ветер смял поврежденное крыло. Неживой посланник Порчи рухнул вниз, скрытый на мгновение облаком пыли и пепла. Туда продолжали лететь снаряды полевой артиллерии. Надеюсь, какие-то из них еще сильнее повредят крылья чудовища. Тварь на крючке, но в любой момент может сорваться.
Когда облако пыли рассеялась, Вестник уже стоял на ногах. Чёрная пустота в центре его грудной клетки, будто пыталась закрутить пространство вокруг по спирали. Левое крыло сильно пострадало от обстрела. Монстр метнул еще несколько костяных клинков, серьёзно ранив одного из Велвегров, и начал отступать пешком. В этот момент снаряд баллисты, пущенный с невероятной точностью, угодил в правую ногу чудовища. Множество мелких щепок разлетелись от сломанных костей. Отлично! У нас ещё есть шансы. Мастерство орудийных расчетов, помноженное на магию Велвегров и способность Орины наводить артиллерию, давало нам надежду.
Однако не только я спешил на место рокового противостояния. Белквергост бросил терзать Шестнадцатый, устремившись туда, где огребал его союзник. Но случилось нечто удивительное. Ещё до того как я отдал этот приказ, легионеры, только что натерпевшиеся от него бед, атаковали монстра с флангов и в спину. Вместо того, чтобы дать ему уйти, они продолжали сражаться с этим чудовищем, несмотря на разницу в силах. Это ненадолго, но задержало проклятого вождя. Ему пришлось уходить под градом ударов и дротиков.
В это время Вестник таки попал по венатору костяным копьем. Воин храма Гетионы выжил, но получил серьезное ранение. Снаряд не пробил броню, однако сбил человека с ног. Вероятно у него было несколько серьезных переломов.
На самом деле в этот момент Вестник-Иратион мог уйти. Ухромать прочь, невзирая на заметно ослабший обстрел. Многие орудия требовали перезарядки. Однако враг поверил в свою победу. Во множестве рук он уже отращивал новые костяные снаряды, чтобы добить венатора и его отряд. Лишь слегка ублюдок отошел назад. И вдруг его костяные снаряды почти перестали рости.
Что, сука, кальций закончился⁈ Молока с утра мало выпил⁈
Просто расстояние между нами было уже меньше пятисот метров. Я использовал:
Повергающий перст
Увеличивает количество использований поглощения героизма с одного до трех раз в сутки. Вместо того, чтобы самому получить этот коэффициент подавления вы можете наделить им пространство на расстоянии пятисот метров от вас. Вы создадите незримую сферу радиусом тридцать метров, где на пять минут будет действовать доступный вам коэффициент подавления.
Навык, который я до этого ни разу не применял в бою. Он стал сюрпризом для врага. Только что торжествовавший Вестник вдруг словно осунулся. Ещё несколько попаданий болтов выбили из него костяные щепки. Восстановление чудовища сильно замедлилось. Снизилась и скорость передвижения.
«Задержите его любой ценой!» — заклинал я Орину и её союзников.
Вестник понял, что ситуация складывается уже совсем не в его пользу. Он повернулся и поспешил прочь, однако снаряды, шаровые молнии, ураганный ветер обрушились на него. Я уже был близко. Бежал со всех ног, не щадя дыхания. Воздуха в моей маске остро не хватало. Хотелось сорвать шлем, но я понимал, что это была бы ошибка которая может стоить мне жизни, а Империи победы.
Ещё чуть-чуть, ещё немного.
По моему приказу двое Велвегров подняли на руки раненого венатора, чтобы доставить его поближе к Вестнику. Пусть воин храма Гетионы уже не способен сражаться как прежде, но всё ещё может ослаблять вражескую магию.
Меньше ста метров.
Орина почти прекратила обстрел, чтобы не задеть меня. Мой небольшой отряд из четверых бойцов буквально проносился сквозь исковерканных зомби. Ноций просто таранил их щитом, разбрасывая в разные стороны. Твари, ослабленные подавлением, не могли причинить нам серьезного вреда.
Белквергост к нам пойдёт? Нет. Похоже, он пока избегал меня. Проклятый вождь понял, что мы доберемся до Вестника быстрее и вернулся в общее сражение. Жаль. Но зато у меня был шанс расправиться хотя бы с одним из лидеров вражеских сил.
Все ближе…
Отрезанная голова в пасти рогатого черепа вращала глазами вразнобой. На лбу Иратиона горел и кровоточил знак спирали. Я ощущал чудовищные эманации страданий от этого существа. Тени, окружавшие чудовище сжались и съежились предо мной. Я подходил все ближе, подняв над головой меч, благословленный Забытым.
Даже несмотря на совокупное подавление, эта тварь ещё продолжала двигаться.
— Ты… Это ты… — раздался скрипучий голос, лишь отдаленно напоминавший речь Иратиона.
«Я».
Скрип и шелест костей заполнили все пространство с каждой попыткой Вестника снова атаковать. Он метнул в меня обломок одной из своих рук, но путь снаряду преградил Ноций. Его невероятная реакция и сила позволили без всякого вреда принять осколок на тяжелый круглый щит.
— Из-за тебя мы столько… Страдали!
«Да. И я пришёл это закончить. Не жди от меня ни жалости, ни чувства вины, ни справедливости. Я принесу вам лишь одно — покой».
— Мы тебя… уничтожим!
«Ну попробуй».
Даже несмотря на совокупное подавление Вестнику удавалось формировать то длинные жгуты непроницаемой тьмы, то огненные вспышки, то кавалькады кричащих призраков. Монстр концентрировал огромную магию в одном действии, чтобы преодолеть наше сопротивление. Однако Ноций снова мог использовать активный эффект дополнительный антимагии, стихийные атаки блокировал один из Велвегров, а призраков я изгонял даже легким касанием меча.
Наконец мы прорвались сквозь сопротивление чудовища. Выдав напоследок ударную волну, чтобы сокрушить и отбросить костяные конечности, я нанес колющий удар в центр зияющей тьмы. Раздался звук, похожий на эхо тысячи криков.
С одного удара повергнуть это чудовище, конечно, не удалось. Однако поверх всех уже имеющихся эффектов подавления добавился еще один. Сила Вырванного Клыка:
Изгнание
Пока в клинке, который благословил Забытый, достаточно силы любой нанесенный им удар губителен для монстров, нежити или иных магических существ. Он лишает их силы, повергает в смятение и даже способен полностью уничтожить враждебную нежить.
Объем расхода: 154.
Эффекты:
— при попадании по цели, имеющей стихийную энергию или обладающую силой Великого Пламени на нее накладывается эффект аналогичный коэффициенту подавления равному 2,9.
— жертвы теряют до 160–372 морали.
— существует 43% шанс парализовать или полностью уничтожить нежить при попадании, если могущество цели меньше могущества артефакта на 2 и более единиц.
Тьма в центре грудной клетки чудовища начала рассеиваться. Защитная магия ослабевала. За её барьером скрывалась уязвимая часть монстра. Она выглядела как несколько детских тел, сросшихся между собой. От них исходили нити, будто питавшие остальные части Вестника.
