Ровно в десять, по-местному — в начале второй стражи, — подъехал Синтада Гинна Пал, как всегда в сером, в окружении адъютантов, ординарцев и посыльных. Теперь Блейд хорошо представлял размеры власти и полномочия этого вельможи. Мало того, что Гинне Палу подчинялись шесть рангар инженерно-полицейского назначения, он еще и представлял в армии особу императора, считавшегося верховным главнокомандующим. И сейчас Гинна Пал появился в лагере ситалла не как спарпет Стражей Порядка, Огненосцев или гасильщиков, а в качестве представителя Великого и Победоносного Гесталиона Фраллы Куза.
Сухо кивнув Блейду, старик начал объезжать ряды восемнадцатитысячного корпуса. Конники были выстроены по текадам; в каждой, как и положено, тысяча двести бойцов, стоявших в две шеренги. Гинна Пал проехал мимо каждой, и Блейд вскоре сообразил, что смотрит он не на коней и не на оружие всадников, а на их лица и глаза. Его интересовал дух, а не плоть и металл; он высматривал следы измены, зреющего бунта, недовольства, а не пятна ржавчины на клинках и не побитые лошадиные бабки.
Ситалла, невысокие жилистые степняки, успели отдохнуть после ущелий и скал Риг Найла, были хорошо накормлены и потому выглядели довольными. Закончив долгий осмотр, спарпет бросил пару скупых фраз похвалы трем атарам, ехавшим за ним по пятам, и направился к лагерю. Блейд подумал было, что старик и тут произведет столь же подробную инспекцию, но Гинна Пал окинул равнодушным взглядом ряды кожаных шатров и спешиваться не стал: телеги, палатки и коновязи его явно не интересовали.
— Господин пообедает с нами? — спросил Шас. Ситалла свято блюли степные законы гостеприимства.
— Благодарю, атар. Нет времени, — отрывисто произнес старый полководец.
— Гости не должны покидать наш стан, не вкусив пищу из наших котлов, — заметил Кин.
— Я останусь у вас и вкушу за двоих, даже за троих, — заявил Блейд. Началась третья стража, и он успел проголодаться; к тому же ситалла отлично жарили баранину.
— Во имя животворного Васана! — важно произнес Шас, и все три агара поклонились. — Это очень хорошо, Доблестный! Ты окажешь нам честь!
Гинна Пал, протянув руку, положил ее на локоть Блейда.
— Ричаос Блейтул окажет вам честь чуть позже, почтенные атары. Он должен немного проводить меня.
— Мы будем ждать с нетерпением.
Старый спарпет, не прощаясь, дернул узду, и его жеребец неторопливо затрусил по дороге. Охрана приотстала; Блейд, как было велено, ехал рядом — слева и чуть позади. Он предчувствовал, что назревает какой-то серьезный разговор, скорее всего, не сейчас, но в весьма близком будущем. Интересно, где состоится эта беседа — здесь, в Бхиоте, или в Конта Силангут? Какие козыри выложит на стол крючконосый и что ему в конце концов нужно? Странник чувствовал, что уже больше месяца, с той самой первой встречи на ристалище альбагов, Гинна Пал прощупывает его — осторожно, аккуратно, тщательно. Не исключалось, что и прелестная Энна Корана, метившая ему в супруги, тоже была агентом крючконосого — либо, почти наверняка, светлейшей императрицы.
— Приглядывай за этими ситалла, — внезапно произнес Гинна Пал, не поворачивая головы. — Еще недавно они были врагами империи, и идут с нами не по доброй воле. Пока, — многозначительно добавил он.
— Я буду следить за ними в четыре глаза, — пообещал Блейд. У него установились наилучшие отношения с Холом, Шасом и Кином, поскольку он никогда не отказывался выпить с ними айрана. На такой подвиг не мог решиться даже старина Хэмб, который вообще-то пил все что угодно.
— Сокол принес послание, — крючконосый спарпет покосился на Блейда. — От Мантула Скрима, из третьей армии. Они форсировали Грисский пролив и через двадцать дней окажутся да юге Силангута. Ты должен высадиться в Силангуте к этому же сроку и оказать Скриму поддержку.
— Я успею, — сказал Блейд. — Для моих войск хватит реквизированных у бхиотов кораблей и десятка новых больших галер. Они будут готовы через пятнадцать дней.
— Ты уверен?
— Сегодня загляну на верфи, проверю, как идут работы.
— Хорошо, — Гинна Пал снова замолк.
Внезапно он приостановил коня и повернулся лицом к Блейду, уставившись на него черными непроницаемыми глазами.
— Недавно прилетел еще один сокол и тоже принес послание. Хочешь знать, откуда?
— Не хочу.
— Почему?
— Воин не должен хотеть, его дело — подчиняться приказам. Если нужно, ты скажешь сам. — Он не добавил «мой господин», как бы показывая, что беседует со старым спарпетом на равных.
— Да, ты настоящий солдат, — произнес Гинна Пал с явным одобрением. — Так вот, тот сокол прилетел из Либонны. Там о тебе ничего не известно, касс.
— Не касс, а Ричаос Блейтул Брит, с твоего разрешения… Я полагаю, справки наводились в архивах либоннских легионов, с которыми ты сражался лет двенадцать назад?
Гинна Пал молча кивнул.
— Ну, тогда ты хорошо представляешь, что после битв, осад, пожаров и окончательного разгрома от этих записей осталось немногое. Я служил в БалПа, Ким-Сае и Ки-Сесте, — Блейд спокойно перечислил названия трех либоннских городов-республик, названия которых выведал у Джефа. — Пусть твои сокола принесут оттуда парочку ветеранов… эти парни наверняка узнают меня, хотя с тех пор прошло два десятилетия.
Наблюдая за лицом старого спарпета, странник подумал, что жизнь в мире, где нет ни телевидения, ни радиосвязи, ни даже фотографии, имеет свои преимущества. Если грозный Гинна Пал не прячет ничего в рукаве, то козыри его биты.
Похоже старик это понял.
— Архивы, разумеется, не полны, — равнодушно произнес он. — Я лишь надеялся, что в оставшейся части есть какие-то сведения о наемнике Ричарде Блейде… о человеке, покинувшем родину в юности и не прошедшем каснитский ритуал посвящения в воины.
Блейд едва не вздрогнул, вспомнив слови прелестной Энны насчет ритуальных татуировок и свой ответ. Выходит, она все же связана с крючконосым? Или это пустые подозрения? В конце концов, старик мог догадаться и сам…
— Я тебя не задерживаю, — сказал Гинна Пал. — Поезжай к ситалла, спарпет, и пообедай там за двоих… можешь даже — за троих.
Слегка склонив голову в знак прощания, Блейд развернул коня и помчался в лагерь степняков. Пожалуй, прав Джефайа-финареот, мелькнуло у него в голове: пора бы великому магу из славного Бартама позаботиться кое о ком. Хотя бы о птичках, которые приносят неприятные вести из дальних краев.
* * *
В конце четвертой стражи Блейд вместе со своим эскортом подъехал к огромным воротам, что вели на верфи славного города Харса. Джефайа уже ждал его, прислонившись к распахнутой створке и поигрывая бицепсами; леди с хвостом и пышным задом исполняли танец живота, а это значило, что рыжий мореход очень доволен. Странник направился прямо к нему и склонился с седла.
