жеребец стал для него настоящим другом.
Подъехавший к нему Роман выдернул парня из сторонних размышлений. Не сбавляя скорости, казак склонился с седла и, кивая на дорогу, сообщил:
– Княже, дальше развилка будет. Можно малость дорогу срезать. Да и зайдём по ней мы к тому селу с другой стороны.
– Веди, – тут же согласился Руслан.
В нужном месте Роман, вырвавшись вперёд, съехал с тракта на едва заметную тропу, и отряд, вытянувшись в колонну по одному, двинулся дальше. Руслан опасался, что на неезженой тропе их скорость заметно снизится, но этого не случилось. Да, приходилось чаще наклоняться, чтобы не хватать лицом ветви деревьев, но такое и на обычной дороге не редкость. Ведь специально за состоянием дорог в стране никто не следил. Чего уж говорить про предгорья.
Именно поэтому Руслан приказал сделать от города до имения и в самом имении настоящие набивные дороги. Месить в межсезонье грязь ему совсем не хотелось. Роман вёл отряд уверенно, явно зная дорогу и куда именно она их приведёт. Примерно часа в четыре пластун вскинул руку и, спрыгнув с коня, повернулся к Руслану.
– Княже, за поворотом сразу околица той деревни будет, – пояснил он.
– Ты знаешь, что делать, – кивнул Руслан. – Мы тебя тут ждём.
Усмехнувшись, казак кивнул и, жестом подозвав к себе своих бойцов, исчез с ними в кустах. Повинуясь командам хорунжего, казаки быстро отдали коней коневодам и начали готовиться к бою. Примерно минут через сорок на тропу выбрался один из следопытов и, подойдя к Руслану, доложил:
– Тут османы, княже. Два десятка, как сказано. Сейчас баб сильничают да по хатам шарят.
– Вокруг осмотрелись, сторонних нет? – на всякий случай уточнил Руслан, отлично зная, что это входило в обязательную программу действий.
– Чисто всё.
– Добре, начинаем, – кивнул Шатун, жестом поднимая своих бойцов.
Казаки охватили деревню со всех сторон и начали медленно стягивать кольцо. Брать пленных Руслан не собирался. По сути, им нечего было толком сообщить. Так что задача должна была решиться быстро и без всяких сантиментов. Турки пришли сюда убивать, а значит, жалеть их никто не собирался. К тому же сами бандиты, а называть их по-другому Руслан не собирался, повели себя нагло и глупо.
Увлёкшись насилием и грабежом, они даже не подумали выставить часовых. Так что в деревню казаки просочились незамеченными. Проходя двор за двором, бойцы быстро, но тщательно обыскивали все постройки, пуская в ход кинжалы, чтобы сохранить тайну своего появления. Счёт убитым, как ни странно, открыл денщик Мишка. Двигаясь рядом с Русланом, казачок на всякий случай заглянул в сарай и, наткнувшись на увлечённо рывшегося в сене турка, недолго думая, двинул его прикладом в челюсть, после чего, бросив карабин, выхватил кинжал.
Оглушённый бандит глухо захрипел, получив тридцать сантиметров булатной стали в сердце. Услышав знакомый звук, Руслан влетел в сарай, но увидев своего денщика, спокойно добивающего врага, только одобрительно кивнул. Мишка, выдернув кинжал из тела, аккуратно вытер клинок об одежду убитого и, сунув его с ножны, тихо проворчал:
– Нашёл где казну крестьянскую искать, баран. Откуда у крестьянина деньгам взяться.
– Не ворчи. Время, – поторопил его Руслан.
Подхватив брошенный карабин, Мишка ловко проверил его на предмет повреждений и поспешил следом за хозяином. Ещё минут через десять они вышли к деревенской площади, и Шатун, присев за кустами бузины, пронзительно свистнул сойкой. В ответ, спустя минуту, раздался крик выпи. Это означало, что весь отряд занял исходные позиции. Плавно подняв карабин, Руслан взял на прицел самого здорового турка и, зло усмехнувшись, плавно спустил курок.
* * *
Согнанные турками в большой сарай крестьяне, разобрав лопаты и заступы, отправились копать одну общую могилу на всех уничтоженных османов, а Руслан, устало присев на ближайшую завалинку, мрачно огляделся. Что-то в этом нападении ему не нравилось. Категорически. Так что пришло время подумать и разложить всё увиденное по полочкам. Итак, по порядку, с самого начала. Да, эта группа находилась не на фронте, а в тылу противника. Но это совершенно не означает, что они могут забыть об элементарных правилах, принятых во всех армиях мира.
Захватив деревню, турки загнали всех жителей в один большой сарай и, заперев, принялись грабить, даже не выставив часовых. Часть из них принялась насиловать женщин, не озаботившись собственной безопасностью. Да, османская армия уже не та, что была во времена Ивана Грозного, но и настолько деградировать она тоже не могла. Чем дольше Руслан обдумывал всё увиденное, тем больше приходил к выводу, что этот взвод им элементарно подставили. Бросили на убой. Само собой, тут же возникает вопрос: «Зачем?»
Отвлечь от чего-то, что должно произойти совсем в другом месте? Тогда где это должно случиться, а главное, для чего? Что в предгорьях есть такого, что может сильно мешать османам решать свои проблемы? Ведь они методично засылают на Кавказ свои отряды, чтобы наводить ужас на местное население и таким образом выдавить его отсюда. Это не особо касается только части мусульманского населения, да и то не всегда. Выходит, есть тут ещё что-то, что им доставляет сильное неудобство. Но что именно?
Чувство опасности обострилось настолько, что у парня в очередной раз на загривке шерсть встала дыбом, а промеж лопаток промчалось стадо ледяных мурашек. Стремительно поднявшись, Руслан осмотрелся, но, не заметив ничего опасного, замер, не понимая, что с ним происходит. Тряхнув головой, чтобы хоть как-то избавиться от этого наваждения, Шатун быстро пересчитал своих людей и, убедившись, что казаки службу знают и про посты не забыли, негромко выругался.
– Ты чего, княже? – подойдя к нему, тихо спросил хорунжий.
– Не нравится мне всё это, – угрюмо ответил Шатун, продолжая оглядывать опушку леса. – Такое чувство, что мне кто-то в спину целится.
– Окстись, княже. Стена у тебя там, – растерянно проворчал казак, удивлённо заглянув парню за плечо.
– Знаю. Похоже, этих болванов нам просто подставили, чтобы из города выманить, – поделился Руслан своими размышлениями. – Слишком уж беспечно они себя вели. Даже часовых не выставили, хотя знали, что пастух сбежать успел, а значит, подмога точно придёт.
– А ведь похоже, – задумчиво кивнул хорунжий. – Что делать станем, княже?
– Собирай наших. Только тех, кто скачку долгую выдержать может. Остальные пусть с обозом сами в город идут, – помолчав, решительно приказал Шатун. – Оружие, гранаты, патроны иметь, словно к бою готовимся. Выходим черед десять минут. Выполнять!
– Есть! – автоматически вытянулся в струнку казак и, развернувшись, бегом помчался выполнять приказание.
Его зычный голос разом разрушил усталое спокойствие бойцов. Понимая, что просто так панику никто поднимать не станет, казаки тут же принялись пополнять боеприпас и подтягивать подпруги коней. Подбежавший
