– Почему ты этого не делаешь?
– Потому что для решения вначале нужно расшифровать забытый язык. Мне нужен ключ, Розеттский камень, после чего все станет предельно ясно.
Короче, мне нужна помощь землян, чтобы выяснить значение выражений.
Джиллиан пожала плечами.
– Еще один прорыв. Но на этом корыте недостаток математиков. Со старой математикой забавлялись Крайдайки и Том. Я знаю, что то же делали Чарлз Дарт и Такката-Джим.
Она вздохнула.
– И Эмерсон Д'Аните. Он был последним, кто мог бы помочь тебе.
Джиллиан направилась к своей справочной панели.
– Наверно, можно просмотреть личные файлы, чтобы выяснить, нет ли еще кого.
– Возможно, это не необходимо,– прервал ее Нисс.– Возможно, удастся связаться с одним из упомянутых вами специалистов.
Джиллиан мигнула, не веря собственным ушам.
– Вы поручили мне еще одно дело – на что смотрел этот хищный разумный титлал, которого называют Грязнолапым, в конце заседания совета. Чтобы выяснить это, я увеличил последнюю сцену, переданную камерой разведчика, прежде чем ее вывели из строя осы тайны.
Смотрите внимательно, доктор.
На большом экране появилось последнее изображение, присланное переставшей работать камерой. Джиллиан было физически болезненно смотреть на бьющиеся крылья насекомых, и она испытала облегчение, когда Нисс переместил фокус в угол поля, убрав с экрана ос тайны. Крупным планом стала видна часть машины кузнеца Уриэль – чудо изобретательности и находчивости.
«Я проходила курс старой математики до того, как поступила в медицинскую школу. Нисс может предоставить доконтактные тексты. Нужно только вдохновение. Какая-то интуиция волчат».
Но тут мысли ее прервались, ее увлекло яркое увеличенное изображение. Перед ней лабиринт импровизированных лесов, полный теней, в которых видны яркие вспышки.
Вся эта невероятная деятельность должна привести к чему-то очень важному.
Теперь Джиллиан видела цель Нисса – тени с мягкими очертаниями формы жизни, рискованно снующие по пересечениям тросов. Некоторые маленькие, со змееобразными торсами и множеством ног, в миниатюрных руках со множеством суставов у них инструменты.
«Миниатюрные уры,– поняла она.– Обслуживающая команда?»
Над этими возвышался больший силуэт. Джиллиан ахнула, поняв, что это человек. Но потом вспомнила.
Конечно. Люди – союзники Уриэль и искусные техники. Они также хорошо карабкаются на леса и в состоянии обеспечить работу машины.
Сейчас Нисс, должно быть, до предела использует свои возможности увеличения. Скорость увеличения замедлилась, и под разрешающей силой компьютера медленно начали исчезать тени. Вскоре Джиллиан поняла, что человек-мужчина, судя по форме шеи и плеч. Он на что-то показывает, может быть, дает задание маленьким урам.
Джиллиан увидела, что у него длинные волосы, зачесанные так, чтобы прикрыть страшный шрам. На мгновение она увидела неровную рану на виске…
Еще мгновение спустя изображение настолько прояснилось, что стала видна улыбка.
Узнавание подействовало словно поток ледяной воды.
– Боже мой, не может быть!
Нисс был одновременно доволен и заинтересован.
– Вы подтверждаете сходство?
– Похоже на инженера Эмерсона Д'Аните.
Члена нашего экипажа, которого мы считали убитым Древними во Фрактальной системе.
Его разведочный корабль был окутан всепожирающим светом, когда «Стремительный» кружным маршрутом уходил на Джиджо.
У машины Нисс есть одна общая черта с ее создателями – глубочайшая любовь к сюрпризам. Теперь Нисс выразил свое удовольствие довольным гулом.
– Вы часто спрашиваете, как кто-нибудь мог последовать за вами в этот заброшенный угол вселенной, доктор Баскин.
Кажется, этот вопрос приобретает новые уровни значения.
КАА
Ему так и не удалось сразиться.
Да и как это было возможно, если все оружие отказало с самого начала? К тому же Каа не был уверен, что сможет причинить вред кому-нибудь из своего вида.
Очевидно, у нападающих таких ограничений не было.
Разрушенное убежище лежало далеко внизу, его обломки рассыпаны по континентальному шельфу. Вместе с Пипое и Брукидой Каа едва удалось увернуться от рушащихся стен, избежать водоворота металла и пены, только чтобы увидеть пистолеты хорошо вооруженных нападающих. Их погнали на поверхность, и теперь они тяжело дышали под лучами вечернего солнца.
Напротив, гладкое тело Мопола почти лениво лежало на скоростных санях, которые Пипое привела в убежище со «Стремительного». Мопол управлял двигателем и оружием импульсами, которые посылал через невральное гнездо. Поблизости в упряжи и полном вооружении плавал Заки. Он объяснял ситуацию.
– Вот какое дело, пилот.– Он произносил слова не очень отчетливо.– Вы трое будете делать, что говорят, иначе…
Каа покачал головой и нижней челюстью плеснул в глаза Заки воду.
Глупые угрозы от того,Кто слишком часто смотрел кино!Просто говори, придурок. Немедленно!
Мопол сердито зашипел, но Пипое рассмеялась над затруднением Заки. Теперь продолжать угрозы означало выполнить приказ Каа. Конечно, это не очень серьезная проблема, не полное поражение. Но Каа чувствовал, что сейчас нужно хоть немного вернуть инициативу.
– Мы…– Заки с силой выдул воздух и попытался продолжить.– Мы с Мополом больше не члены экипажа «Стремительного». Мы не вернемся назад, и вы не сможете нас заставить.
«Так вот в чем дело»,– подумал Каа.
– Дезертирство!– возмущенно выпалил Брукида.– Бросить товарищей, когда они больше всего в вас нуждаются!
Мопол издал резкий звук отрицания.
– Наш законный срок службы кончился почти два года назад.
– Верно,– согласился Заки.– И мы никогда не соглашались на это безумие – убегать, словно раненая кефаль, через всю галактику.
– Вы собираетесь стать сунерами,– заинтересованно сказала Пипое.– Жить дикой жизнью в этом море.
Мопол кивнул.
– Когда мы покидали корабль, кое-кто уже говорил об этом. Эта планета для нас рай. Весь экипаж должен сделать то же самое.
– Но если они не хотят,– добавил Заки,– то мы сделаем одни.
И добавил для выразительности хайку:
Шесть или семь клановУже сделали это на берегу.У нас есть прецедент!
Каа понял, что не сможет изменить их намерения. На его лучшие уговоры море ответит своей прекрасной минеральной гладкостью и соблазнительным эхом вкусной рыбы. Со временем дезертиры почувствуют, что им не хватает удобств цивилизованной жизни, или они соскучатся, или поймут, что даже в мире без крупных хищников есть свои опасности. В воде чувствовался слабый вкус изменчивости, и Каа подумал, видел ли кто-нибудь из мятежников настоящую бурю.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
