«Легко ль позабыть грязь на Боричевом, да двенадцать батогов, да хвост кобылячий?!» В 988 году, во время крещения Киева, изваяние Перуна, привязав к конскому хвосту, ритуально протащили по Боричеву взвозу в Днепр, при этом двенадцать княжеских слуг колотили идола батогами.
Шаркунцы – плетенные из лыка погремушки.
Ближики – приближенные.
Дымоволок – отверстие для выхода дыма в курной избе.
«…Бысть во граде Переславле камень».Из жития святого Иринея, про почитаемый Синий камень у города Переяславля. Невзирая на неоднократные попытки его низвергнуть или замуровать в стену церкви, Синий камень по-прежнему лежит там, где лежал, и к нему по-прежнему ходят люди.
Пертов угор. Рассказ о Пертовом угоре большей частью основан на местных легендах Шиловского района Рязанской области.
«Жили при древнем месте хранители, и каждый нарекал сына Пертом». Под Минском до начала ХХ века функционировало святилище, где совершала обряды одна и та же семья, мужчины в которой из века в век звались Савастеями. Савастеев хоронили на отдельном кладбище, а не как христиан.
«Медведь-камень» – если так можно выразиться, собирательный образ почитаемого камня, принадлежащего к категории т. н. «синих камней». Основным прототипом был Синий камень у села Тырново Шиловского района, кое-что взято от Синего камня с Плещеева озера, а также от других священных камней. Очень часты рассказы о том, как противятся подобные камни попыткам их передвинуть, о печальной участи потревоживших их покой, о том, что при возвращении назад камень будто бы становится легче, о страхе, который он способен навевать на людей. Такие камни часто старались вмуровать в стены церквей.
«У Тимошкиной веси… велел гридням утопить Перта в ближнем озере». Рядом с селом Тимошкино Рязанской области по сей день существует Пертово озеро. По преданию, туда низвергся нечистый по имени Перт, потеряв Синий камень. Поскольку христианство рассматривало волхвов-язычников как «воплощенных бесов», то я и превратил духа Перта в волхва Перта.
«Глеб, стакнувшись с половцами, перебил созванных на пир-братчину в честь Ильина дня братьев» – это печальное событие произошло в 1217 году.
Пешня – тупой колющий наконечник на острой палке, предшественник лома.
Струб-остров – такое название этого острова на Оке рядом со Старой Рязанью осталось еще в трудах Сигизмунда Гербенштейна, посетившего рязанские земли в XVI веке.
Голядским именем – голядь – балтское племя, дальняя родня современных литовцев и латышей, дославянские туземцы русского Залесья. Большая часть неславянских названий рек, деревень и прочих мест в тех краях не финского, как ошибочно полагали ранее, а балтского происхождения.
Кутный Бог – домашний, местный, бог родного угла, отчего дома. Упоминается в поучениях против язычества рядом с культами «лесного Бога» и прочих младших Божеств и духов. Возможно, одно из древнейших упоминаний домового.
Пестерь – лыковый заплечный короб с лямками, своеобразный плетеный «рюкзак».
«Кто этому месту обитатель, кто…» – здесь и далее по возможности приближенные к аутентичным тексты заговоров.
Про Володимера Славича Красное Солнце, что сидел в древнем Киеве на Дунай-реке. Тот тоже, бывало, посылал богатырей добыть зверя лютого иль птицу-лебедь, да живком – кумирам на жертву. Князя былинного Киева, Владимира Красное Солнышко, до ХХ века ни один сказитель не называл Святославовичем. Если прибавить к этому тот факт, что в целом ряде былин Киев стоит на Дунае, а в немецких и шведских поэмах про «Вальдемара, короля руссов» и его лучшего воина, Илью Русского, эти герои воюют с готами и гуннами, начинаешь подозревать, что русские былины складывались в местах и временах, далеких от жизненного пути Крестителя Руси, с которым их почему-то связывают. Былинный сюжет, связанный с заданием богатырю привезти птицу или зверя живьем, исследователи связывают с жертвоприношениями.
Индрик – мифический «всем зверям отец» из «Голубиной книги». Живет под землей, прокладывая русла рек и отворяя подземные водные жилы. С ним связывали находки мамонтов на севере Руси (см. далее описание по тексту).
Лютый, лютый зверь – загадочное животное древнерусских текстов. Судя по изображению на одной новгородской печати – крупное кошачье. Историк В. Мавродин предположил, что речь идет о последних леопардах, сохранявшихся на юге Восточной Европы со скифских времен.
Еловец – навершие островерхого шлема русских воинов в виде пучка перьев, волос, позднее – флажка из ткани.
Чекан – кавалерийский боевой топорик с узким лезвием.
«Не сблудила ли с бабами богомерзкими блуды» – исповедальный вопрос из «Устава преподобного Саввы» (XVI в.). Кстати, наличие такого вопроса в уставе времен Ивана Грозного подразумевает, что его было кому задать! Да, слова про «блуд» здесь скорее всего надо понимать в церковнославянском смысле – т. е. отклонение от православной веры.
Попутник – божество, упоминаемое в поучениях против язычества. Судя по имени, был Богом-проводником, помощником в дороге.
Упыри лютые и вы, вилы-берегини — добрые и злые природные духи, которых угощали и почитали в начале языческих обрядов на Руси. Берегини – русалки, вилы, судя по некоторым упоминаниям в источниках, представлялись в образе, похожем на позднейшую птицу Сирин. Вил упоминают болгарские и сербские песни.
Жагра – факел. Слово сохранилось в поморском диалекте.
Лапоть – каждение лаптем применялось во многих обрядах и игрищах. Он же – вместилище домового при переезде из дома в дом. Так что, по всей видимости, роль его в языческих обрядах – явление древнее.
«Идол, ему же кланястася сии» – из «Сказания о построении града Ярославля».
«Кроме Медведь-камня, на Пертовом угоре стоял идол» — предания о плывущих по рекам или ходящих по земле каменных идолах в русском фольклоре были перенесены на каменные кресты времен Киевской Руси. Зачастую эти кресты и вырубались из древних языческих изваяний. А некоторые детали преданий о таких неспокойных крестах – безуспешные попытки занести их в церковь, случаи, когда выкопавшийся из земли крест ночью преследовал запоздалого путника, пока тот не прятался от него в церковь, ясно показывают языческие истоки этих легенд.
«Где в морозный лютень, где на исходе жатвы» – главные праздники Велеса отмечались в феврале-лютне (в православии – Власьев день, близкий по времени римским волчьим праздникам – луперкалиям и индийскому Махашиваратри – главному празднику Шивы, арийского Бога – покровителя колдовства, зверей и нежити), а также в конце жатвы, когда последний сноп завивают «Велесу на бороду».
«Русоволосые узколицые вятичи и белобрысая круглолицая голядь» – судя по останкам, вятичи-славяне и голядь-балты были длинноголовы, но различались формой лица. Таким образом, кстати, вятичи, сохранявшие язычество дольше всех других славян (до 1415 года, когда был крещен последний город вятичей-язычников Мценск), были длинноголовы и узколицы, т. е. принадлежали к пресловутой «нордической расе». А то иные поборники христианства на основании их языческого упорства уже умудрились записать вятичей в «финно-угры».
«Прочь с дороги!» – предания такого рода про заночевавших в лесу на «дороге» леших, эльфов и пр. распространены от Урала до Британских островов как минимум.
«Что наклепывали на старинные шлемы» – шлемы с шипами-«рожками» по бокам известны из русской археологии Х века.
«Встала перед серединным ликом» – образ идола здесь – «сводный». Многоликие идолы известны по всем заселенным славянами землям, в том числе и на Рязанщине. Распространенная деталь – изображение прижатого к груди рога. Несколько изображений на гранях – особенность т. н. Збручского идола. Наконец, идол с вложенным в пасть плоским камнем, призванным изображать язык, стоит у Ореховой горки на Новгородчине.
Ега – шуба мехом наружу.
Трясовицы – они же лихорадки, лихоманки – духи заразных болезней.
Намной – дух, мучающий, душащий маленьких детей по ночам.
«Ты ж Ей всю кудель перепутала, хуже кикиморы» — кикимора, вопреки советской мультипликации, никакого отношения к болоту не имеет. Проказливый домашний дух, одна из любимых забав – путать пряжу, кудель, оставленную на прялке. В данном случае имеется в виду, что, выйдя за князя, лесная ведунья спутала нити судеб, прядущиеся Богиней Судьбы, Макошью, многими почитаемой как супруга Велеса.
