Авиация армии в течение 11 апреля вновь боевой работы не вела, из-за не пригодности для взлета аэродрома Купелицы.
Из оперативной сводки № 202 к 20.00 11.04.42 г. штаба Западного фронта:
«Части западной группировки армии в течение суток 10.04 и с утра 11.04 вели напряженный бой с противником, продолжающим сжимать кольцо окружения пехотой и танками.
К 23.00 10.04 противник, наступая с севера из района МАНУЛИНО, овладел ТЯКИНО, КОЛОТОВКА, ЖУЛИНО, НОВ. ЖУЛИНО, ЖЕЛТОВКА, НЕОНИЛОВО, ДМИТРОВКА. К 10.00 11.04, перейдя р. УГРА в районе ДМИТРОВКА, овладел ФЕДУРНЕВО. К тому же времени противник, наступавший с юга, овладел АЛЕКСАНДРОВКА, ГАТИШИНО, ХМЕЛЬНИКИ.
К 10.00 основные силы западной группировки, отойдя за р. УГРА и организуя оборону по вост. берегу реки, вели напряженный бой с противником, удерживая район КУЗНЕЦОВКА, лес вост. ФЕДУРНЕВО, МОЛОДЕНЫ, КОРОСТЕЛИ, ВЫСОКОЕ, лес сев. ЩЕЛОКИ, ЖОЛОБОВО, отм. 201,8, лес. вост. ШПЫРЕВО, ФЕДОТКОВО, МЕДВЕДЕВО, НИКИТИНКИ (в промежутке двух рукавов р. УГРА).
Части 160 СД, действуя в отрыве от основных сил группировки, вели упорный бой с противником в районе лес южн. ПЕСКОВА, дорога ПЕСКОВА — БУСЛАВА.
1288 СП 113 СД, отрезанный от остальных частей дивизии, в 23.00 10.04 вел бой в районе СТУКОЛОВО, ГОРБЫ, лес южн. ЛОМОВКА, имея задачей ударом на восток прорваться из окружения и выйти на соединение со своими частями. Дальнейшие действия этого полка и положение его и частей 160 СД уточняются.
В бою 10.04 в районе ДМИТРОВКА, ДРОЖЖИНО подбито два танка, в АЛЕКСАНДРОВКА — три танка противника»[398].
Сведения, указанные в оперативной сводке штаба фронта, в значительной степени не соответствовали обстановке. Данные были устаревшими, местами отставая почти на сутки. Сводка, составленная по состоянию на 20 часов 11 апреля, давала данные о положении войск на 23 часа 10 апреля, в лучшем случае на 10 часов утра 11 апреля.
Не отсюда ли принятие штабом решений, не соответствовавших сложившейся обстановке?
Весь день в район Шпырево сосредотачивались обозы медицинских батальонов дивизий, которые до этого были разбросаны в разных местах. Начальник отдела укомплектования, устройства и службы войск армии полковник Самсонов, назначенный приказом командарма исполняющим обязанности начальника тыла западной группировки, планировал разобраться с положением дел, сложившимся среди раненых, и организовать работу по подготовке к выходу из окружения. К вечеру скопилось столько подвод, что пришлось срочно выделять дополнительное место для их сосредоточения. Обозы с ранеными представляли весьма жалкое зрелище. При них было немало бойцов, которые не были обременены никакими обязанностями.
Полковник Самсонов до глубокой ночи собирал списки раненых и больных, уточнял построение колонны, которая, по самым скромным расчетам, должна была насчитывать около 200 подвод. Вместе с ранеными и больными, а также обслуживающим персоналом и охраной ее численность составляла около 2650 человек.
12 апреля 1942 года
Всю ночь части и отдельные подразделения западной группировки вели бой с противником, пытаясь улучшить свое положение, с тем чтобы создать условия для выполнения задачи, поставленной командующим армией на период подготовки к прорыву. С рассветом бой разгорелся с новой силой. Противник всеми силами стремился как можно сильнее сдавить занимаемый соединениями окруженной группировки район, с тем чтобы лишить их свободы маневра и как можно сильнее расширить коридор, отделявший западную группировку 33-й армии от соединений 43-й армии, которые продолжали вести наступление с целью деблокирования окруженных.
Полки 160-й СД, прорвавшиеся накануне через дорогу Буслава — Песково и соединившиеся с главными силами дивизии, отдельными подразделениями вели бой с пехотой противника в лесу севернее Буслава. Часть подразделений к исходу дня сосредоточилась в районе высоты с отм. 201,8, который был определен дивизии как исходный район сосредоточения дивизии перед прорывом. Штаб дивизии по-прежнему находился в Шпыреве, куда рано утром прибыла оперативная группа штаба во главе с генералом Ефремовым.
Весь день вела бой с противником 338-я СД. После оставления накануне Коростели в руках частей дивизии теперь оставалось только два населенных пункта: Красное и Высокое. Особенно тяжелый бой шел в первой половине дня за Красное, где бойцы 1138-го СП отразили несколько атак вражеской пехоты численностью до 300 человек. Весь день дивизия удерживала за собой оба этих населенных пункта. С наступлением темноты, оставив небольшие отряды прикрытия, малочисленные остатки частей 338-й СД начали отход в направлении Жолобово, где после уточнения решения командармом ей был определен исходный район для прорыва.
Большую помощь оказала окруженным частям авиация армии и фронта, которые в течение дня нанесли несколько бомбовых ударов по врагу. Это в значительной степени способствовало снижению активности действий его пехоты и позволило частям окруженной группировки организованно отойти в указанные районы.
Настоящий подвиг совершили в этот день бойцы и командиры 1288-го СП и штаба 113-й СД, которым удалось не только вырваться из окружения и соединиться с главными силами дивизии, но и нанести противнику ощутимые потери. Командир 113-й СД полковник К. И. Миронов и подчиненный ему личный состав с успехом воспользовались подсказкой командарма прорываться из окружения южнее Дмитровки, где их меньше всего ждали.
Незаметно выйдя к броду, расположенному в 1,5 км северо-восточнее Дрожжино, 1288-й СП и штабные подразделения, буквально на глазах у противника, преодолели р. Угра по льду и углубились в лес по направлению к населенному пункту Молодены, который был занят врагом. Но уже ничто не могло остановить наших бойцов и командиров. Сметая все на своем пути, 1288-й СП разгромил небольшое по своему составу подразделение пехоты 484-го запасного батальона, оборонявшее Молодены, захватив несколько пленных.
В ходе этого беспримерного по своей отваге и мужеству рейда погибло большое количество бойцов и командиров 113-й СД, значительная их часть попала в плен ранеными. Многие из них погибли позже в лагере для военнопленных, находившемся на территории города Вязьмы.
К вечеру полк и штаб дивизии сосредоточились в Семешкове, где майор П. Ф. Толстиков вручил полковнику Миронову приказ командующего армией № 027 на выход из окружения.
Пока 1288-й СП прорывался из окружения, 1292-й СП успел занять часть рубежа, который надлежало оборонять 113-й СД, для того чтобы дать возможность частям 160-й и 338-й СД уйти на прорыв. Всю вторую половину дня в районе опушки леса северо-западнее Медведева полк вел бой с противником численностью около 150 человек, сдерживая его попытки прорваться к Семешкову. Понеся большие потери, вражеская пехота отошла в исходное положение.
На основе директивы командующего войсками Западного фронта № 619 и принятого накануне решения командующий 33-й армией генерал-лейтенант М. Г. Ефремов утром подписал приказ, известный под названием «Боевой приказ командующего 33-й армией № 027»[399].
Приказ командарма практически полностью повторял директиву фронта и, по всей видимости, был издан в целях соблюдения юридической стороны дела, нежели для того, чтобы довести до подчиненных суть боевой задачи. Задачу и так все прекрасно знали — во что бы то ни стало прорваться на соединение с главными силами фронта. Единственным новшеством было то, что в приказе были уточнены полосы, в которых должны были действовать соединения, идя на прорыв обороны противника.
К моменту подписания приказа обстановка была крайне сложной и запутанной. 160-я и 338-я СД вели бой с противником в прежних районах. Сменить их, как планировалось ранее, было некем, так как 1288-й СП 113-й СД вместе со штабом дивизии еще находился на территории, занятой врагом, и перспективы прорыва к главным силам западной группировки были весьма туманными. Малочисленный 1292-й СП вел бой с противником, прикрывая район, занимаемый соединениями западной группировки с севера и северо-запада. Все это свидетельствовало о том, что выход из окружения придется отложить минимум на сутки, ибо времени на его подготовку абсолютно не было.
Генерал Ефремов прекрасно понимал это, но тем не менее до последней минуты надеялся на благополучный исход. Время шло, но никаких существенных изменений в обстановке так и не произошло. Наоборот, во второй половине дня обстановка еще более ухудшилась: противник перешел в наступление на участке обороны 1292-го СП. После чего командарм твердо решил отложить выход из окружения на ночь следующего дня.
О принятом им решении генерал-лейтенант М. Г. Ефремов доложил командующему фронтом, а после его утверждения генералом армии Жуковым — в штаб армии.
В журнале боевых действий 33-й армии вечером появилась запись:
