Я уже смотрел смерти в глаза, — пожал плечами Маслов. — Посмотрю ещё раз.
— Да ладно! — не поверил Олег. — Хотя… судя по вашей с сестрой подготовке, может и участвовал в боестолкновениях.
— Это не сестра, а моя жена, — усмехнулся Петька, после чего Галка не спеша подошла к нему и позволила обнять за талию.
В столовой мгновенно стало тихо. На эту молодую пару смотрели все: повариха, вышедшие на шум её помощницы и наконец, вся молодёжь. Даже сидевшие за столиками и принимавшие пищу, так и застыли с открытыми ртами.
— Давайте не будем мешать пищеварению остальных, — улыбнулся Маслов. — Кто поел, могут выйти из столовой, и поговорим там. За нами должны зайти от генерала Медведева…
— Он — полковник, — кто-то из очереди попытался поправить лейтенанта.
— Ну да, — ухмыльнулся Петька — только если за ночь его за что-то понизили. Народ! Давайте так: если я говорю что-то, принимаем сразу как свершившийся факт. Вы пока принимайте пищу, а я побеседую с любознательными, но которые уже поели.
На выходе из столовой, как оказалось, Масловых уже ожидал довольно молодой старший лейтенант в тёмной форме, похожей на спецназовскую.
— Старший лейтенант Фомин, — козырнул он. — Полковник Огарков приказал мне проводить вас на общий плац, где будет проведено знакомство с молодёжными ротами.
— Лейтенант Маслов, — представился Петька и представил супругу — и младший лейтенант Маслова. Тарщ старший лейтенант, а почему никого от генерала Медведева нет?
— По чесноку… — замялся тот — …они вчера с нашим полковником звания обмывали. Но это между нами, — подмигнул он.
— Замётано. — подал руку Петька и спецназовец её пожал.
— Олег, — не отпуская руки парня, представился представитель Огаркова
— Пётр, а это Галя — моя супруга.
— Хех! — мотнул головой спецназовец. — До нас доходили слухи, что приедет новый руководитель молодёжных формирований из Тополиновска. И у вас в таком возрасте уже женятся?
— Законы новые читал? — усмехнулся Маслов. — По ним и можно, но только тем, кто в боестолкновениях участвовал.
— А ты где?
— Выходил против заражённых в составе добровольцев. Галя зачищала их остатки. Так что оба участвовали.
— Мужик! Уважаю! — похлопал его по плечу спецназовец. — Достойных прислали, нечего сказать. Слушай… — он посмотрел на часы —…до построения ещё около часа… а давайте-ка двинем ближе к плацу. Тут аллейка хорошая… есть где переговорить с глазу на глаз… мне ж полковник ещё вчера вечером поручение дал — приглядывать, чтобы кое-кто из местных не быковал, а я, вишь, упустил этот момент сегодня. Так что, пройдёмся? — испытывающее посмотрел он на Петьку.
— Почему нет? Давай.
Они втроём перешли пустынную дорогу и попали на тенистую аллею с асфальтированной дорожкой.
— Класс! — резюмировала Галка. — Вот здесь и будем бегать!
— Утренняя пробежка? — усмехнулся Фомин.
— Мы привыкли у себя в Тополиновске, — пояснил Петька. — Так о чём хотел поговорить?
— Значит, смотри… сегодня ты дал по соплям Мелику Оганесяну. Это глава молодёжной роты. Смешанной. Там армяне, грузины, ну и несколько других народностей. Русских нет. Глава армянской диаспоры — Гагик Оганесян. Человек гадкий во всех отношениях и очень мстительный. Когда пришла Чума, он притих и старался быть максимально полезным Руслану Халидовичу. За это и встал старшим у них. А теперь борзеет день ото дня всё больше и больше.
— То-то я удивляюсь, как такого борова командиром роты поставили, — ухмыльнулся Петька. — Он же на турнике ни разу не подтянется.
— Какой турник? Ты о чём вообще, лейтенант? — удивился Фомин. — Тут половина бойцов в армянской роте такие же по физподготовке, а оружия в глаза не видели… ну, за редким исключением. Да и в остальных таких хватает. И Огарков просил вам передать, чтобы по вечерам не высовывались из комнаты.
— Волков бояться, в лес не ходить, — усмехнулась Галя. — Мы не трусы.
— Оружие личное есть, «не трусы»? — улыбнулся старлей.
— ПМы, — ответил Маслов. — Видимо, придётся носить постоянно.
— А так с чем знакомы? — поинтересовался Фомин.
— Кроме них были «ксюхи», но их мы сдали у себя дома. А так проходили «сорок седьмые», «семьдесят четвёртые», ПКМ, Стечкин и даже «мосинки».
— Ого! — удивился старлей. — Вот это раритет у вас в анклаве!
— Раритет — это пулемёт «Максим», — снова усмехнулась Галка. — Если бы не он… в общем, из него один раз банду, напавшую на анклав, покрошили.
— Хренассе… — мотнул головой старлей. — Ладно, я понял. К вечеру вам привезут по рации и настроят на отдельных канал, плюс сообщат два других — для экстренной связи со своими — военными, ну и с нами — гэбэшниками. При малейшей заварухе лучше не геройствовать, а вызвать помощь, — подмигнул он.
Старлей посмотрел на часы.
— Всё, сейчас подъедут ваши и погонят молодняк на плац, где состоится ваше представление. Давайте двигать обратно.
— Галюнь, вот тебе ключ от комнаты, — Петька протянул его супруге. — Возьми мой и свой пистолеты и кобуры к ним. Думаю, успеем привести себя в порядок.
— Хорошо, Петь, — девушка мгновенно сменила шаг на бег.
— Мой тебе совет: с местными пацанами не заигрывай, — сказал Фомин Петьке, когда Галка скрылась из вида. — Ты местных раскладов не знаешь, поэтому остерегись пока друзей находить.
— Олег, у нас комсостав всегда дружный, — покачал головой Маслов. — Без этого никак. А скажи мне, в армянской роте все такие борзые?
— Понимаешь, есть у нас и грузины, и осетины, и… кого только нет. Но воду мутят только они. И есть среди них нормальные парни.
— Тогда будем проводить селекцию, — усмехнулся Петька. — Чтобы «по чесноку» было. А в их роту я поставлю комсоставов не армян, а других. И вообще есть мысль перетасовать всех. Ну, чтобы сплотить, — посмотрел он на Фомина.
— Ох, и рисковый ты, Петя… — мотнул головой тот. — Ладно, смотри сам по обстоятельствам.
* * *
Если Огарков остался досыпать после вчерашней коллективной попойки в своём доме, Медведеву пришлось напрягаться и вставать — повод был весомый: представление новых командиров молодёжной роты. Ни «антипохмелин», ни голова под холодную воду — ничего не помогало. Михал Михалыч
