Командир пожарной части помнил об еще одной весьма реальной возможности: огонь мог бы прорваться где-то под его людьми, и это был бы конец. Но ничего не сказал.
— Так что третья вероятность может остаться единственной, — закончил Нат.
Тим Браун спросил:
— Вы имеете в виду пушку, выстреливающую трос? А что дальше?
— Переправа на спасательных поясах.
Гиддингс выглянул в окно трейлера.
— Куда?
— На северную башню Всемирного торгового центра. Она ближе и выше всех.
Все пятеро мужчин уставились на небоскребы, пронзавшие вершинами небо. Казалось, что их вершины почти соединяются. Тим Браун сказал:
— Сидеть, просунув ноги в ременную петлю, на высоте четырехсот метров? Четырехсот метров? — Он потрясенно уставился на Ната.
Патти, услышав это, содрогнулась.
— Ну и что же? — ответил Нат, и голос его звучал резко, почти грубо. — А вы что предпочитаете — болтаться до смерти перепуганным в ременной петле или изжариться в огне пожара, который не остановится на полпути? Другого выбора нет.
— Кроме лестниц или лифтов, — напомнил командир пожарной части.
Нат покачал головой.
— Мы не можем ждать.
Лейтнант Поттер произнес, ни к кому не обращаясь:
— Нам не из чего выбирать.
Все пятеро повернулись к нему.
— Это лучше, чем ничего, — продолжал он. Потом вынул свое удостоверение, раскрыл его и показал жетон. — Если у вас найдется немного времени…
Тим Браун взорвался:
— Ладно! Мы вызовем специалистов из Береговой охраны. У кого-нибудь есть другие предложения? — Он в упор посмотрел на Ната.
«Этот парень боится,— подумал Нат,— но и мы все тоже».
— Пока нет, — ответил он и подошел к Поттеру. — Не знаю, смогу ли я вам чем-либо помочь.
Поттер взглянул на его удостоверение.
— Архитектор Вильсон,— прочитал он. Помолчал.— Некий Джон Коннорс. Это имя вам ничего не говорит?
Нат задумался. Потом покачал головой.
— Это тот, — сказал Поттер, — что изжарился, как головешка.
— Тот электрик?
Поттер удивленно поднял брови.
— Вы о нем знаете?
— Полицейские мне о нем уже говорили. Об этом негре. Этот Коннорс был внутри и катался на лифтах. Я его слышал, но не видел. — В его голове промелькнуло воспоминание о том давнем гризли, о том гигантском медведе, которого он тоже не видел.
В другом конце трейлера Тим Браун кричал в трубку:
— Я не утверждаю, что это обычная просьба, капитан, и допускаю, что все это бред собачий. Но нам не из чего выбирать. — Его тон постепенно понизился до нормального и дальше было не разобрать.
Поттер сказал Нату:
— Второй погибший…— Он не закончил фразы.
— Я его не знаю, — ответил Нат, — но, видимо, это дежурный за пультом.
Поттер молча размышлял. Потом спросил:
— Мог он — останься в живых — чем-нибудь помочь, когда произошел пробой? Может быть, его убрали, чтобы он не мешал?
«Вот мы стоим здесь и спокойно беседуем о том, что произошло, — подумал Нат, — но ведь важнее всего, что будет дальше, что ждет здание и людей там наверху, ведь их судьба важнее всего. Что их ждет, если никто не придумает, как доставить их вниз?»
Он хотел было отмахнуться от вопроса лейтенанта как от второстепенного. Но он не был второстепенным. Нужно двигаться в обе стороны, чтобы, хотя бы в будущем, такое не повторилось.
— Я бы сказал, что мог, — ответил Нат. — Но это только догадки. Каждый отказ появился бы на пульте. Они должны устраняться автоматически, но там все же был человек — на всякий случай. Он мог корректировать действия автоматических систем и, возможно, успел бы что-нибудь предпринять, прежде чем все вышло из строя. — Нат помолчал. — Кажется правдоподобным, что Коннорс, если это был он, думал, что оператор за пультом мог ему как-то помешать, и убрал его заранее.
Патти беспокойно завертелась на стуле. Откашлялась. Оба мужчины взглянули на нее.
— Я, вообще-то, не хочу вмешиваться, — сказала она.
Лейтенант ответил:
— Если у вас есть идеи, мадам, то прошу, высказывайтесь.
Патти не спешила.
— Если этот человек, Коннорс, знал, что есть контрольный пульт и что за ним кто-то дежурит, и особенно если думал, что оператор мог бы ему помешать, то это значит, что Коннорс знал все здание и разбирался, как и что в нем устроено.
Нат улыбнулся.
— Умница девочка.— Взглянул на Поттера.— Это означает, что Коннорс, вероятно, работал на строительстве, что он из здешних.
— Из отцовских бумаг будет видно,— добавила Патти, — работал ли он у генподрядчика. По документам субподрядчиков можно выяснить, не работал ли он у них.
Нат медленно произнес:
— Он назвался электриком.— Покачал головой.— Сомневаюсь. Электрик не стал бы шутить с высоким напряжением, разве что хотел бы покончить с собой. С тем же успехом он мог облиться бензином и чиркнуть спичкой, и то было бы лучше, потому что при ожогах можно выжить.
Патти задумалась, потом сказала:
— Позвоню отцу в контору и скажу им, пусть выяснят, есть ли фамилия Коннорс в списках наших рабочих.
Она встала, довольная, что нашла занятие, которое отвлечет ее мысли, неустанно возвращающиеся к огромному беспомощному человеку на больничной койке.
Нат, улыбаясь, смотрел ей вслед.
Но к ним уже шел своим журавлиным шагом Тим Браун. Его рыжие волосы растрепались.
— Береговая охрана пришлет несколько человек, — сказал он, — и кое-какое снаряжение. — Он сердито пожал плечами.— Они думают, из этого ничего не выйдет, но согласны попробовать. Проблема в том, что ближайшее здание, Торговый центр, все-таки слишком далеко, и если с него не получится, — он развел руками, — тогда все…
Нат задумчиво сказал:
— Это мы еще посмотрим.
* * *
Когда Зиб, запыхавшаяся и раскрасневшаяся, добралась наконец до отеля в центре города, Пол Саймон был уже там. Она взглянула на телевизор. Экран не светился. «Значит, он ничего не знает,— сказала она себе.— Он думает, что ничего не случилось». И когда Пол потянулся к ней, сказала:
— Нет. Я не за этим пришла.
— Ничего себе новость. А зачем же я тебя сюда тащил?
Она была на удивление спокойна. «Точнее было бы сказать, совершенно убита»,— подумала она. Но голос ее звучал твердо:
— У меня для тебя новость. Ты нужен у Башни мира.
Она подошла к телевизору и включила его. Тут же появилась отчетливая картинка: площадь, пожарные машины с лестницами, люди в форме — вся эта организованная сумятица. Зиб убрала звук, и в комнате стало тихо.
— Мне звонил Нат. Он пытается тебя найти. Патти там с ним, это она сказала, что я могу знать, где ты.
— Ах так? — сказал Пол. И все. Смотрел на немую картинку на экране. — Что происходит?
— Он мне только сказал, что в Башне пожар, что Берт Макгроу в больнице с инфарктом, что сотни людей отрезаны в банкетном зале и что ему кое о чем нужно с тобой поговорить.
Это все? Могла что-то забыть, но эти слова она неустанно повторяла с того момента, как Нат повесил трубку.
— Отрезаны…— Пол повторил только одно это слово. Не спускал глаз с экрана. — Это значит, что лифты не ходят. Это значит, что здание обесточено. — Он наконец взглянул на Зиб. — А чего он хочет от меня?
— Не сказал.
На лице Пола появилась загадочная усмешка.
— Ничего больше не говорил?
Зиб закрыла глаза и покачала головой, прокручивая в уме весь разговор. Потом открыла глаза. Пол показался ей чужим и равнодушным человеком, которого все это не касается.
— Он сказал: «Где этот засранец? Если не знаешь, то найди его. И пошли его сюда. И галопом!»
Пол ответил:
— Ну-ну! — Загадочная улыбка стала шире.
— Я ответила ему, — продолжала Зиб, — что он никогда в жизни так со мной не разговаривал.
— Ну и?…
— Сказал, что это было ошибкой, что ему, видимо, следовало регулярно драть мою породистую задницу. — «Как маленькую девочку, — подумала она, — как избалованную маленькую девочку, которой слишком долго позволялось делать все что угодно».
— Так что хорек уже в курятнике, как говорят англичане, — сказал Пол.
Неужели она когда-то смеялась подобным шуткам? Ну не важно.
— Сейчас не время для шуток.
— Да? А для чего? Для упреков? — Пол снова бросил взгляд на экран, на крохотные суетящиеся фигурки. — Я там ничем не смогу помочь. Ничем. — Он снова смотрел на Зиб. — Как сказал бы Шекспир, «из ничего не выйдет ничего».
— Но ты мог бы попытаться. Они-то пытаются.
— Это одна из тех банальных истин, которыми я уже сыт по горло,— ответил Пол.— «Если не получается, пробуй снова и снова». Цитирую Дэвида Брюса с его пресловутым пауком. Я думаю, что B.C. Филдс сказал немного лучше: «Если тебе не повезло, оставь это и не будь дураком».
