Тем временем грохочущая копытами и звенящая сталью доспех армада экстриодронов уже преодолела пятую часть равнины, заполонив всё пространство вокруг Ормунда. Воины в авангарде конницы вынули луки и арбалеты, готовясь атаковать собравшихся на опушке людей. Но вдруг Сторн дёрнул поводья, резко заставив коня затормозить. Безжизненные глаза восставшего из трансцендентариума воина прошедших эпох узрели Т'аоса. Войско также замедлило ход, практически остановившись. Экстриодроны обернулись к воеводе, ожидая приказа. Они не обладали высоким интеллектом, поэтому не поняли, что происходит. Сторн прикинул расстояние до противника, он хорошо помнил мощь Т'аоса, но также отлично знал, что каменный хранитель рубежей Адальира был уничтожен. Новое создание, возвышающееся над равниной у самой кромки Вэльмвельдонского леса, могло лишь внешне напоминать знаменитого хранителя и не иметь особой силы. Тем не менее, необходимо было предусмотреть и тот вариант, что вавилонцам как-то удалось возродить его.
Сторн помнил позорное поражение, понесённое его войсками при первом броске через тоннель Кергелля, когда бесчисленные герддроны были разбиты призраком древнего строителя. Он не знал о связи Адальира с Изначальным Миром и эффектом эха, когда событие в одном мире отражается в другом, и потому полагал тот проигрыш исключительно собственной ошибкой. Впредь он не мог допустить повторения подобного провала. Взвесив все "за" и "против", Сторн вскинул меч над головой и галопом погнал коня на мечущихся по опушке жителей Ормунда. Он рассудил, что с его армадой даже Т'аос не сможет оказаться помехой, тем более в битве с экстриодронами. Войско тотчас возобновило движение, помчавшись следом.
— Задай им жару! — громогласно прокричал Волербус, и вопль его неистовый перешёл в нечленораздельное рычание.
Огонь факела в руке Т'аоса вспыхнул так ярко, что всё обозримое пространство растаяло в слепящем белом свете. Даже Силий на мгновение перестал различать окружающие предметы, видя лишь контуры вековых деревьев. Авельир же едва успел зажмурить глаза, дабы не лишиться зрения.
Раздался оглушительный хлопок, словно лопнул воздушный шарик размером с дирижабль, и где-то вверху раскатился сухой электрический треск. Воздух переполнился ароматом озона, столь сильным, что просто резал нос. Когда свет немного стих, ошеломлённые люди увидели волну слепящего света, с низким гулом расходящуюся кольцом от факела Т'аоса. Она двигалась, словно в замедленной съёмке, напоминая энергетическую атаку Визиронта, и лишь сейчас достигала приближающегося войска.
Экстриодроны, увидев несущийся на них световой шквал, открыли огонь из луков и арбалетов, устремив тысячи гневных стрел в неприятеля, но те, едва коснувшись световой волны, отлетели назад, как от каменной стены. Наконец, волна с сокрушительной силой столкнулась с воинством Сторна. Первые ряды экстриодронов отбросило назад вместе с лошадьми и по инерции унесло к самому Ормунду, где воители и закончили путешествие, врезавшись в стены города. Следующие сборы просто повалились наземь, а волна прокатилась по ним сверху, разорвав на части. Конь Сторна, защищаясь от шквала, встал на задние ноги и неистово замахал передними, но поток энергии свалил его, и выбил из седла самого воеводу.
Волна иссякла, но странный гул продолжал блуждать над долиной, то ослабевая, то усиливаясь. Всё вокруг заволокло лёгким белёсым туманом, внутри которого принялись гулять небольшие смерчи.
Сторн поднялся на ноги и огляделся: вся его армия лежала вокруг в виде обломков стали и пучков зелёных грив, не подавая никаких признаков активности. Это было немыслимо, но удар, нанесённый таинственным оружием Т'аоса, оказался настолько сильным, что разрушил экстриодронов до основания, не позволяя им даже регенерировать.
Однако его конь остался цел, Сторн мгновенно оседлал его и громогласно вскричал, призывая уцелевших экстриодронов вступить в сражение.
Армада, выстроившаяся справа от города, не заставила себя ждать, и новая волна всадников и гигантских чудовищ устремилась на равнину. Теперь они уже не выжидали, а стреляли по готовности. Небо почернело от несущихся в сторону вавилонцев стрел, но Т'аос вновь нанёс удар. На этот раз свет был ещё более слепящим и белая завеса держалась дольше, прозвучало сразу несколько хлопков, и запах озона стал просто нестерпимым, опьяняя, как добротное малиновое вино. Световой шквал разбросал стрелы в стороны и, докатившись до армии Свиртенгралля, смял первые ряды, отшвырнув их далеко назад. Доспехи и шлемы буквально взрывались, разлетаясь на миллионы соколков, зелёные гривы вспыхивали голубым огнём, на скаку обращаясь дымными хвостами, а кони рассыпались на листы стали и тысячи заклёпок.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Однако части воинов всё же удалось прорваться к опушке, ловко скрывшись от энергетического удара за спинами идущих впереди. Небольшая группа, численностью не более пяти-семи сборов, вырвалась вперёд, очутившись всего в нескольких сотнях метров от вавилонцев и Т'аоса. В центре группы виднелся Сторн, именно его прикрывали экстриодроны. Полководец решил нанести решающий удар, и Силий с друзьями уже приготовили мечи, собираясь отражать атаку, но целью Сторна был вовсе не Арбитр Стихий, как все подумали.
Достигнув кромки леса, группа всадников, освободив путь Сторну, распалась на сборы, которые одновременно ринулись в атаку на выстроившихся в ряд рыцарей Ормунда. Сам же полководец Свиртенгралльского воинства направил коня не к Uberrima Fides, а к королю Герронии Эллеру.
Этого не ожидал никто, ведь главными врагами Свиртенгралля всегда были вавилонцы, но Сторн вернулся в Адальир из древнейших времён, и для него основной целью всегда являлся именно чужой король.
Эллер не успел среагировать, когда Сторн, продолжая прыжок коня через построения ормундских рыцарей, полетел на него с выставленным вперёд мечом. Тут бы Эллеру и пришёл конец, но вдруг между ним и противником появился Волербус, вылетевший наперехват.
Монарх подался назад, инстинктивно уходя от атаки, и лишь успел заметить, как могучие руки Волербуса вцепились Сторну в глотку, сбив того с траектории полёта. И вновь предметы растворились в слепящем белом свете. На этот раз, когда ослабло свечение, уже не было видно энергетической волны. Вместо неё от факела Т'аоса веером разлетались световые сгустки, напоминающие мерцающие звёзды. В воздухе за собой они оставляли хвосты клубящегося белого дыма, подобно кометам. Рой таких звёзд обрушился на сражающихся с экстриодронами рыцарей Ормунда, огни минули людей, не причинив им вреда, и в мгновение ока сокрушили экстриодронов. От столкновения с огнями те роняли мечи, тотчас разваливаясь на части.
Силий устремил взор вдаль, где на равнине виднелись остатки армии Свиртенгралля. Уцелевшие экстриодроны и гигантские неповоротливые чудовища, напоминающие смесь динозавров с карьерной техникой земной строительной корпорации, обратились в бегство и спешно покидали долину, двигаясь на север в сторону прохода к земле Фарфаллы. Световые сгустки настигали их, и слышались взрывы. Конных сбивало с лошадей, пеших разносило на части. Когда огни ударяли в чудовищ, то многоногие гиганты теряли ход, их окутывало густым чёрным дымом, и следом они рассыпались на детали.
Ослабнув, свет явил и ещё нечто, не виденное ранее: Волербус стоял напротив короля Эллера, а у его ног валялся поверженный Сторн. Рокер довольно ухмыльнулся и обернулся к синему льву:
— Обычно в такой ситуации появляется Силий, но не стоит думать, что больше некому прийти на помощь! — воскликнул он. — Когда Арбитр Стихий занят или сам нуждается в подмоге, появляются его друзья, в конце концов, не зря же он вложил в нас столько своей души.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Синий лев расплылся в довольной улыбке, оголив ряды сверкающих клыков, и кивнул Волербусу.
Рок-менестрель же взмахнул крыльями, взлетев на плечо возрождённого хранителя Т'аоса:
— Враг бежит, ступай за ним, покончим с дрянью Свиртенгралля! — крикнул он Т'аосу в большое каменное ухо, видневшееся под шлемом.
