Волербус раскрыл глаза, поднёс руку к лицу и разжал пальцы: на ладони его поблёскивала в свете солнца изящная хрустальная рыбка, чудесным образом обретшая плоть, словно соткавшись из энергии разума. Волербус быстро прицепил рыбку на тот же шнурок, на котором носил свой личный дефендер первого уровня. Затем схватил Сторна за серебряную броню своей левой рукой, подтащил к карете, а правой вцепился в руку леди Эльвиры. Силий не мог сообразить, что именно задумал его протеже, но понял, что сейчас произойдёт нечто великолепное, и попятился, одновременно от греха подальше отодвигая руками стоящих рядом.
Глаза Волербуса вспыхнули белым светом, в небесах раскатисто запел гром, округу окутало внезапно набежавшим зеленоватым туманом, словно кто-то сотворил "лазурь", и тотчас вокруг рок-менестреля с характерным электрическим треском засверкали молнии. Земля вздрогнула, как при землетрясении, рыцари и вавилонцы стали расступаться. Вокруг Волербуса соткалась сияющая сфера из ветвящихся молний, воздух наполнился ароматом озона, как при атаках Т'аоса на армию Свиртенгралля. Несколько мгновений сфера ширилась, медленно меняя цвет с голубоватого до ядовито-лимонного, и вдруг прогремел взрыв. Вспышка озарила долину, лимонное пламя, перемешанное с молниями, сперва сконцентрировалось на фигуре Волербуса, впитавшись в доспехи, а затем мощными потоками устремилось по рукам рокера в Сторна и леди Эльвиру. Всё это сопровождалось оглушительным треском и грохотом так, что Авельиру даже пришлось зажать руками уши, дабы сберечь барабанные перепонки. Затем шум стих, хрустальная рыбка начала сверкать солнечными бликами, и воздух наполнился ароматами тропических цветов.
Энергия, сменив цвет на утреннюю лазурь, продолжала течь в напоминающие мумии тела, и те медленно преображались, становясь похожими на людей. Сгнившие покровы на глазах превращались в упругую молодую кожу, безжизненны глаза обретали цвет и наливались иным блеском. Собравшиеся неотрывно следили за происходящим с нескрываемым восторгом, стараясь даже не мигать, так боялись пропустить хоть мгновение чудесного действа. Атака на вражескую армию удивительным оружием Т'аоса тоже была зрелищем необыкновенным, но воины привыкли к картинам разрушений, а вот созидание они наблюдали гораздо реже.
Вскоре, когда потоки энергии иссякли, Волербус разжал пальцы, отпустив руки Сторна и леди Эльвиры. Рыбка перестала сверкать, лазурные вихри рассеялись, молнии растворились в воздухе, оставив лёгкое послевкусие: нежный аромат озона и тропических цветов.
Силий снял очки, спешно протёр стёкла краем своего старого шарфа, щедро покрытого катышками, и поспешил вновь нацепить их, видимо, не доверяя глазам. Волербус стоял на том же месте, крылья его значительно уменьшились, хотя всё ещё казались огромными. А перед ним на земле сидели молодой мужчина и совсем юная девушка необыкновенной красоты. Они ошеломлённо озирались, то оглядывая собственные тела, юной розоватой кожей проглядывающие в прорехах обгорелой одежды и доспех, то с недоумением и восторгом обращаясь взорами к Волербусу. Сторн подполз к девушке, взял её за плечи, с ошеломлённым видом принявшись осматривать.
— Что это, это магия?! — воскликнул он, оборачиваясь к Волербусу. — Ты затуманил мой разум?!
— Это Ваджавьяра! — бросил Волербус.
Силий дёрнулся и ошарашено уставился на своего бывшего протеже:
— Ты постиг Ваджавьяру? — вымолвил он.
— Мне даровали эту силу, — пояснил Волербус. — Но это долгая история, так было необходимо для Пути Вавилона, а, как известно, adversus necessitatem ne dii quidem!
— Ты одолел Айер'н-Крэйа Иссигр-Уарро?! — с изумлением догадался Силий.
Волербус кивнул.
— Это невообразимо! — восхищению Арбитра Стихий не было предела. — Я не смог совладать с Карлиулиусом, а Брелов одолел чародей с острова Эдема!
— Волербус молодец, просто ломает всех через колено, — заметил Конструктор. — Помнится мне, ещё на совете в Кхиарон просветлённые Вавилона предвидели появление демоноборца, обладающего неимоверной силой, коей покорятся целые королевства.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— А что за Ваджавьяра? — переспросил Авельир. — Та самая?
— Именно, — подтвердил Конструктор. — Энергия Возрождения, та, что способна восстанавливать изначальный благодатный порядок вещей в объектном мире.
Скинувший с себя облик полуистлевшего воина, коего некогда откопал в Илвергленне, поубивав всех жителей деревушки Филирд, злобный Стронцвет, Сторн превратился в довольно красивого молодого мужчину. Теперь он одновременно испытывал счастье возрождения, вдыхая воздух и вновь наблюдая свою возлюбленную, но и страх будоражил его разум, что Волербус сделает с ними, зачем вернул им жизнь? Леди Эльвира, немного придя в себя после векового сна, подалась вперёд и всем телом прижалась к супругу, из глаз её медленно потекли слёзы радости.
— Зачем ты сделал это, чего хочешь от нас? — с тревогой в голосе спросил Сторн.
— Ничего, — спокойно ответил Волербус. — Все мои планы оказались не нужны, когда я узрел любовь. Ступайте, и живите, как вам нравится, но если я снова увижу тебя в седле с мечом, идущим на моих друзей…
Волербус оскалился и зарычал:
— И речь не только о вавилонцах, но и обо всех добрых жителях Адальира, ибо все они отныне мои друзья и находятся под защитой моей длани, — продолжил крылатый рокер. — Если ты вновь станешь служить злу, то я уже не буду столь щедр, ты понял?
Только тут Сторн окончательно осознал, что это не магия, не уловка хитрого противника, а настоящее возрождение. Волербус с лёгкостью даровал им то, что чародеи Свиртенгралля обещали много лет, но так и не смогли воплотить в жизнь. Полководец бросился к Волербусу и, припав на одно колено, склонил голову.
— Ты величайший из всех кого я видел! — воскликнул он, исполненный восторга и благодарности. — Ты вернул мне любовь, даровал новую жизнь, я склоняюсь перед твоим величием, и короли будут тебе внимать!
Ариллия усмехнулась, вспомнив стихи, которые возлюбленный рокер читал ей накануне.
— Приказывай! — продолжал говорить Сторн. — Я буду служить тебе верой и правдой, как раб, и исполню любой приказ!
— Нет, — Волербус мотнул головой. — Рабы мне не нужны, я ж не Гиртрон поганый. Порабощение — стезя слабых и гнилых, мне же нужна дружба и соратничество. Однако у меня есть служба и для тебя.
Волербус протянул Сторну руку, помогая подняться, а затем подвёл его к Эллеру:
— Ваше Величество, — обратился он к монарху. — Я привёл вам отличного полководца, который готов служить вам верой и правдой, прошу принять его в доблестную армию Герронии.
Эллер нахмурился и посмотрел на Силий, ожидая одобрит ли тот, видимо, Uberrima Fides всё же был для него главным авторитетом. Арбитр Стихий светился от счастья, он видел Волербуса, и пребывающим в гневе, и в обличие зобного монстра, но теперь его протеже полностью оправдал надежды Силия, начав даровать людям счастье, обращая зло в добро.
— Конечно! — поспешил подтвердить решение Силий. — Сторн великолепный военачальник и он станет ценным приобретением для конницы Ормунда.
— Тогда ты должен присягнуть мне на верность, — сказал Эллер. — Но, как ты можешь сделать это, если уже давал присягу Старгерольду?
— Все ваши присяги — чушь! — рявкнул Волербус так, словно это он был королём, а не Эллер. Впрочем, в некотором смысле, так оно и было. — Ваджавьяра дала этим двоим новую жизнь, и теперь они свободны от всех прежних уз. Отныне да их будет да и нет будет нет, без клятв и присяг.
Сторн кивнул в подтверждение слов:
— Я буду служить вам, Ваше Величество, и стану защищать Ормунд от любого врага, как свой новый дом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Да будет так, — согласился монарх. — Тогда отправляйся с супругой леди Эльвирой в город, пусть вам подберут одежду и найдут достойное жильё. Сопроводите нашего нового полководца и помогите ему и его жене, — скомандовал он стоящим рядом рыцарям.
— Это ещё не всё, — сказал Сторн, обращаясь к Волербусу. — Ты воистину величайший воин и кудесник, и я должен рассказать тебе кое-что.
