не соблюдают дресс код. Либо же просто назвали бы мое имя.
Дима не отреагировал на эти слова и пошел следом за Солонским.
— Что будете? — спросил тот, устроившись в мягком кресле и листая меню. — Здесь отличное фирменное блюдо. Рекомендую.
— Я уже обедал.
— Что будете пить? Коньяк, виски? Красное вино? Аллочка его очень любит. Может, за ее здоровье?
— Воду.
Дима едва заметно усмехнулся. Его собеседник очень старался вывести его из себя. Этот местный князек, на самом деле, думал, что сможет это сделать.
— Я вас слушаю, Роман Владиславович.
— Не надо этих помпезностей. Чувствую себя стариком. Просто Роман. И знаете, я очень рад нашей встрече. Очень хотел пообщаться с вами лично.
— Могли бы это сделать раньше. Вместо того, чтобы своих псов на меня спускать.
— О! Вы об этом недоразумении? Поверьте, ни в коем случае не хотел вас обидеть. Я всего лишь хотел поговорить со своей женой. Мои люди иногда чересчур ретиво исполняют свои обязанности.
Сильверов фыркнул.
— Ваш адвокат может попытаться протащить эту версию в суд.
Подошел официант, принес бутылку красного вина и воду. Открыл, разлил по бокалам.
— Не хочу хвалиться, но обычно от меня женщины сами никогда не уходили. Алла всегда была очень необычной девочкой.
Дима чуть прищурился.
— Как же Лиза Жаравлева? Она ведь тоже ушла от вас к Тереховскому? Или может она не по своей инициативе?
Солонский «переключил» выражение лица на грустное и тяжело вздохнул.
— Вы об этом деле? Бедная девочка. Так глупо окончить свои дни.
— Откуда вы знаете что с ней?
— Я общался с ее мамой.
Сильверов кивнул головой.
— И часто вы общаетесь с матерями своих бывших любовниц, которые уходят от вас к другим?
Взгляд бизнесмена стал более колючим.
— Нет, не часто. Я же уже сказал, что от меня редко кто уходит.
— И что бывает за ослушание?
— Вы сейчас из личных интересов спрашиваете?
Дима откинулся на спинку кресла.
— Вы мне угрожаете?
Роман примиряюще поднял руки вверх.
— Что вы, Дмитрий! Я просто хотел узнать вас. И поверьте, не жалею о нашей с вами встрече. Вы интересный. Вы ведь не так давно в нашем городе? Всего пять лет. А перед этим жуткая авария, потеря близких, депрессия, психушка.
— Реабилитационный центр.
— Ах, да! Конечно. Вам виднее, — усмехнулся бизнесмен. — Вы ведь любили мотоциклы, гонки, разного рода любительские соревнования. И вдруг уголовный розыск. Неужели в этом вашем реабилитационном центре так вправляют мозги?
Дима молчал, ждал продолжения.
— В той жуткой аварии погибло много людей. Я читал. Наверное, когда проходишь через такое начинаешь на мир смотреть заново. Тем более сама судьба дает второй шанс, — Роман прервался, глянул на собеседника, который все так же молчал, прикусив нижнюю губу. — Новая жизнь, новые документы, новые возможности.
Солонский достал из тонкого кожаного портфеля папку, положил ее перед собеседником.
— Знакомьтесь — Дмитрий Дмитриевич Сильверов.
Дима открыл папку, в ней лежало всего несколько фотографий. Молодой паренек — лет семнадцати в форме, с обритой головой, худой, невысокого роста. Он потратил большую часть довольно-таки приличного состояния, которое ему досталось от родных Дмитрия Сильверова, чтобы фотографий последнего нельзя было больше найти.
— С тех пор вы сильно изменились, не только так сказать нравственно. Возмужали, раздались в плечах, подросли почти на голову, обзавелись волосами, шрамами. Да и что говорить, столько лет прошло. Люди еще и не так меняются. Все же я позволил себе усомниться и стал копать глубже. Изрыл все, что только можно и ничего, кроме того, что вы Сильверов Дмитрий со всей вашей уже пересказанной биографией, я не нашел. Откуда вы взялись? — Роман деланно вздохнул.
— С другой планеты, — вдруг серьезно ответил капитан, — прибыл в ваш мир, чтобы искоренять зло и восстанавливать справедливость.
— А что, — подстраиваясь под его интонации, поинтересовался Солонский, — на своей планете уже со всем разобрались?
Дима неопределенно взмахнул рукой.
— Не совсем. Видимо, ссылка за особое рвение.
Бизнесмен рассмеялся. На этот раз почти искренне.
— Нет, вы правда мне нравитесь. Не хотите поработать на меня? Подождите! Подождите! — воскликнул он, не дав ответить собеседнику на свой вопрос. — Я не предлагаю вам ничего порочного. Вы могли бы занять место моего начальника охраны. Вы же сами посоветовали мне заменить его. Я хорошо плачу. Больше чем вы получаете в органах. У вас ведь изменения в личной жизни. Жена, потом и детишки пойдут. Да и Аллочку я привык баловать. Машины, драгоценности, дорогие курорты.
— Тронут вашей заботой. И все же откажусь, — Дима язвительно фыркнул, — от столь щедрого предложения.
— Идейные соображения? — сочувственным тоном спросил Роман.
— Личное. Не люблю блондинов.
Солонский подозвал официанта. Тот налил вина в бокал и снова удалился.
— Что же, тогда мне нужен мой начальник охраны. Не позже следующего понедельника я хочу его видеть рядом с собой.
— С чего бы это?
— Скажите, Дмитрий, вы ведь любите Аллу? Хотите, чтобы она жила долго и счастливо? Вы ведь позаботитесь о ней?
Дима встал.
— Думаю наш разговор окончен. Следующий раз если захотите поболтать увидимся в отделении.
— Послушай меня, мент, — глаза Солонского стали холодными и злыми, — не надо переходить мне дорогу. Ты же не хочешь всю оставшуюся жизнь участковым работать, старушек через дорогу переводить? Не лезь в мои дела и мою личную жизнь.
Сильверов развернулся и вышел из ресторана. Он остановился у своего мотоцикла, чувствуя, как каждая клетка тела буквально вибрирует от бешенства. Мужчина до крови прикусил нижнюю губу.
Не так давно он рассказал Алле историю, которая на самом деле могла бы быть у Димы Сильверова, если бы тот выжил в аварии…
Часть 19
Глава 44
— Ты переживаешь, моя маленькая сэя?
Элени всегда смешило, когда Энтони так ее называл. Сейчас она тоже не смогла сдержать улыбки.
— Ты знаешь. За Дима. Я не видела его уже несколько миноров. Не знаю, что с ним и в какие неприятности ввязался. Это все из-за меня.
Избранник покачал головой.
— Не думаю, что он так считает.
Девушка вздохнула.
— Мне было бы спокойнее, если бы я увидела его перед отъездом.
— Почему вы так близки с ним? — спросил Энтони, чтобы хоть как-то отвлечь ее от тяжелых дум. — А ваш старший брат?
Элени задумалась.
— Он всегда был слишком далеко. Он всегда был старшим. Дим однажды спас меня от грозы.
— От грозы?
Она легко засмеялась.
— Он всегда думал, что это я его спасла. На самом деле, он. С ним мне не было одиноко. И никогда страшно.
