Зелоса, прочитала имена. На какое-то время замерла.
— Это?.. — она сглотнула комок, вставший в горле. — Это… наследник империи? — прошептала она последние слова.
— Законный. Тот, который по прошествии аров будет иметь полное право вступить на престол.
— О, Боги! Но как?..
Дим внимательно смотрел на ее побледневшее лицо.
— Ты можешь отказаться. И лучше подумай об этом сейчас. Назад уже дороги не будет.
Бренна сделала глубокий вздох. Протянула руки и взяла ребенка.
— Я сделаю все, как ты скажешь.
— Он будет расти как твой сын. Но когда он войдет в свою полную силу, когда познает свое могущество, ты отдашь ему браслет и все расскажешь. Он сам решит, как ему быть.
Девушка опустила голову.
— Я поняла, — с каким-то надрывом произнесла она. — Я тебя ненавижу.
Дим растерялся.
— Почему ты как все нормальные люди просто не можешь сказать, что все будет хорошо? Что ты сам вырастишь этого ребенка и все ему расскажешь. И сделаешь как надо. Почему ты не говоришь, что будешь с нами?
— Так я это и имею ввиду, — стараясь выглядеть убедительным, закивал он головой.
Бренна посмотрела поверх его плеча.
— Смотри-ка эти двое — из нашей охраны. Кого-то ищут. Тебя, наверное.
— Сейчас узнаем, — Дим повернулся. Его заметили, подошли.
— Ваше светлейшее высочество, — человек остановился на расстоянии в несколько шагов. Видно было, что он огорчен и потерян.
— Что? — спросил Димостэнис, чувствуя, как у него холодеет внутри. Он в который раз посмотрел туда, откуда должны были появиться его сестра и Энтони.
— Ваша сестра исчезла. Ее избранник мертв. Его нашли в их доме.
Ахнула Бренна, прикрыв рот ладонью, расплакался разбуженный младенец. Мир сузился до понимания этих страшных слов и замер.
— И еще вот это, — тихо добавил человек и протянул ему несколько листов из печатного издания, на которых обычно сообщаются новости и распространяются среди населения.
— Как это могло случиться? — мертвым голосом спросил Димостэнис, не глядя на протянутые листы.
— Мы не знаем. Мы никого не видели чужих на территории деревни.
Страж отступил на шаг.
— Простите.
— Убирайтесь, — закрыл глаза Димостэнис, стараясь обуздать свое бешенство. — С глаз моих долой.
Он пытался контролировать себя. Но серебро уже было везде. На его коже, перед глазами, весь мир начал тонуть в этом мареве, даже Талла стала светить ярче. Налетел порыв ветра, смешанный с пылью. Разлохматил волосы, сорвал плащ. На море поднялись волны. Плакал, надрывался ребенок.
— Дим!!! — голос Бренны.
Димостэнис запустил в небо серебряный вихрь. Хорун, который доставил его до пристани, кружил где-то недалеко, поэтому опустился перед своим наездником всего через несколько мен. Серебряный запрыгнул на подставленное крыло и забрался в седельное углубление. Ярх, чувствуя настроение хозяина, рванул в небо, оставляя на земле растерянных, испуганных людей.
Дим толкнул дверь и вошел в дом, где еще недавно царило счастье. Теперь здесь гостевала смерть. Художник лежал на полу. Нож все еще торчал из его груди. Дим опустился перед ним на колени.
— Энтони, — прошептал он, не отдавая себе отчета, что в первый раз назвал избранника сестры по имени. Большего сказать он все равно сейчас был не в состоянии. Димостэнис положил руку на сжатую ладонь мужчины, прощаясь. Нащупал что-то твердое. Разжал пальцы и обнаружил свою печатку. Ту самую, которая пропала после того, как Клит пытался его отравить, а потом утопить в болоте.
Завеса серебра, которая все это время была перед глазами, стала плотнее. Он попытался положить кольцо в карман, но наткнулся на смятые листы, которые дал ему страж на пристани. Достал, расправляя.
"Объединенная армия империи подавила мятеж, поднятый против своего правителя Лауренте Иланди. Его величество император Астрэйелля Аурино Стефан Эллетери обвинил Великие Дома Иланди и Пантерри в измене. Было проведено расследование и предъявлены неоспоримые доказательства того, что именно эти два Дома организовали покушение на его Императорское Величество на праздничном шествии.
Высокий суд признал все улики действительными и вину неоспоримой. И приговорил преступников к смертной казни на рыночной площади через повешение, как принято поступать с всеми убийцами и покусителями на главные человеческие ценности.
Его величество император проявил величайшую милость и отменил приговор судьи. Казнь произойдет согласно благородному происхождению рода и древнейшим традициям".
Димостэнис вышел из дома, поднял глаза в серое бездонное небо. Он просил помощи. У Таллы, у стихий. Он — один из них. Ему нужна была сила. Та безраздельная сила, которая есть в этом мире, которой наполнена каждая капля и каждая искра. Сила, которой он сможет управлять. Сила, которая поможет ему спасти.
Спасти. Это было одно единственное желание, которое целым океаном бушевала внутри него. Оно переполняло его и уходило в мир, наполняло все вокруг одним смыслом.
Стихии откликнулись на его зов. Вокруг все искрило от энергии, чистое нетронутое полотно, которое мир отдавал в его полное распоряжение, делился с ним. Человеческая сущность упала в эту искрящуюся силой бездну. И он смог это взять.
Хорун был рядом. Ярх жалобно урчал и просил помощи. Для него было трудно вынести все то, что происходило вокруг. Серебряный ослабил давление стихий. Создал защитный кокон, в который закутал своего верного друга. Они поднялись в воздух. Всем что осталось внутри него, всем, чем он мог чувствовать и желать, он желал лишь одного — успеть. Успеть. Успеть. Успеть.
"Согласно благородному происхождению и древнейшим традициям". Благородных не казнили на рыночных площадях и не одевали веревку на шею. Это происходило в их доме, в том, который считался родовым гнездом. Потом предавали огню вместе с жилищем, так чтобы не оставалось даже памяти, только ветер развеивал прах.
Никто не стоял у него на пути, когда он спустился на землю около своего родового поместья и вошел в дом. Он знал, что это ловушка и что его здесь ждут. Что все и было сделано для того, чтобы заманить его сюда.
Только вот его величество император Астрэйелля Аурино Стефан Эллетери плохо знал возможности Серебряных и их силу, раз думает, что сможет помешать ему. Дим пообещал себе, что обязательно восстановит это пробел в его знаниях. Только сейчас надо успеть.
Дом встретил тишиной. Неестественной и пугающей. Димостэнис остановился на пороге, пытаясь услышать хоть что-то, почувствовать.
Пусто. Тихо. Мертво.
Он ошибся? Здесь никого нет? Его ждали в другом месте?
Дим быстрыми шагами пересек залу и поднялся на второй этаж в ту половину дома, где были покои его родителей. Открыл дверь спальной.
Они лежали на кровати, рядом друг с другом. Отец был весь в черном, их родовой цвет. На маме было красивое
