Ряд, помеченный М-П, оказался прямо напротив, и Шеврон пошел вдоль него, читая надписи на белых, из слоновой кости, табличках на каждой дверце. Пройдя весь ряд, Шеврон попал в десятиметровое круглое помещение с рабочими местами для ремонта снастей, развешанными по стенам морскими картами и отверстиями вентиляционных шахт. Дальше шли душевые и различные службы клуба: бар, столовая, вспомогательные помещения.
Людей было мало, следовательно, время было выбрано правильно. Шеврон повернул в конец пролета, прошел «О» до «О'Киф» и начал двигаться назад к бассейну, идя уже по другой стороне ряда.
Пристанище Полдано оказалось в середине ряда. Каждый член клуба занимал метровой ширины раздевалку, стенки которой были вровень с обстановкой, состоящей из вместительного шкафа и тумбы с шестью выдвижными ящиками. Шеврон занялся ящиками, вскрыв замки с помощью сверхчувствительного щупа из набора.
В них не было ничего, за исключением груды коралловых обломков, которые обычно собирает каждый ныряльщик. Они будут выброшены как ненужный хлам следующим владельцем.
Если бы было время все тщательно обдумать, в этом можно было найти определенный смысл. С течением жизни у вас накапливается масса вещей, представляющих для вас определенную ценность, но они абсолютно ничего не значат для кого-либо другого. Когда вы уходите – вы уходите совсем, не оставив никакого следа. Северянин поступил правильно, собрав в кучу все барахло и предав его огню.
Шеврон перенес свое внимание на высокий запертый шкафчик. Вскрыл замок, прислушался: не стучится ли снаружи Закайо, и затем повернул ручку.
Широко открытые глаза Анны Рилей, ослепленные неожиданно ворвавшимся светом, изумленно таращились на него поверх белого кляпа, закрывающего всю нижнюю часть ее лица. Заломленные назад руки были привязаны за запястья к одежным крючкам. Лодыжки были связаны вместе и подтянуты к стойке так, чтобы у нее не возникло искушения набить себе синяки на обнаженных пальцах ударами ног в стенку. Кроме кляпа, на ней не было ничего, за исключением крошечных абрикосового цвета трусиков с черной монограммой «А.Р.» Шеврон прочитал:
– А.Р. Должно быть, вы Анна Рилей? В таком случае, что вы собрались делать, повиснув тут?
Общение было затруднено, но ее глаза, привыкнувшие к свету, сумели выразить всю гамму эмоций: облегчение, что это был один из своих; нетерпеливое желание поскорее освободиться; обида от того, что ему следовало быть более учтивым.
Шеврон, занятый развязыванием веревки, понял ее затруднение и тихо прошептал:
– У китайцев на этот случай есть поговорка: «Жизнь играет мной, но она делает это бездумно». И я не требую себе каких-либо особых привилегий. А вы? Обладаете ли вы таким качеством?
Находящаяся рядом обнаженная фигурка в шкафчике не могла быть совершенно спокойной, но Шеврон выбрал правильный тон. Из ее глаз ушло некоторое напряжение, и она вполне осмысленно кивнула.
Он вытащил ее, прикрыл створкой двери и повернул для того, чтобы добраться до узла на затылке.
На мгновение она коснулась его. Гладкая как алебастр кожа, легкое облачко сандалового дерева. Пальцы Шеврона неожиданно стали неуклюжими.
Когда он вытащил кляп, Анна выдохнула:
– Как вы узнали, что я здесь? Что вы собираетесь теперь делать?
– Вы задали два вопроса. Что касается первого, то я этого не знал. Надо же было с чего-то начинать. Что касается второго – мы уходим. У вас есть костюм для подводного плавания?
– Да, в моей раздевалке.
– О'кей. Наденьте его. Не для того, чтобы нельзя было хорошенько рассмотреть дорогу, а потому, что мы должны выбраться отсюда через бассейн.
– У меня нет ключа.
На самом деле – крошечный абрикосовый наряд не имел кармана.
Словно прочитав его мысли, она резко возразила:
– Если вы помните, я не собиралась быть сегодня здесь.
– О'кей, о'кей. Наденьте этот свитер, на тот случай, если мы встретим епископа. Я пойду следом.
Это заняло всего несколько минут. Дело сдвинулось с мертвой точки. Почти в каждом проходе находились припозднившиеся посетители. В блоке Р-Т было с полдюжины открытых дверей. Шеврон прошел вперед и вскрыл замок. В ее раздевалке было очень чисто, все под рукой и на своем месте – дань дисциплине. Девственно-белый костюм висел на спинке стула, словно еще один заключенный.
До того момента, когда Закайо должен был действовать, оставалось совсем немного времени, и Шеврон сказал:
– Быстро одевайтесь и приходите к бассейну. Я буду ждать там. Если возникнут какие-либо проблемы, не молчите. Тихонько позовите.
– Я так и сделаю, хотя не могу не думать, что волк уже в санях. Расположившись у края бассейна между двух блоков основания скатов, соединяющих -раздевалку с верхним ярусом, Шеврон мог наблюдать за происходящим.
Движение было незначительным и, в основном, вверх. Внезапно он заметил уборочную тележку с большим продолговатым контейнером из холста. Она появилась с нижней дорожки. Два огромных служителя, обнаженных по пояс и одетых в красные фески, стояли вместе на узкой подножке. Для полного сходства с евнухами гарема им явно не хватало только кривых сабель.
Шестое чувство заставило Шеврона слезть со своего насеста. Когда тележка свернула прямо в блок М-П, Шеврон был уже абсолютно уверен, что Анну Рилей держали здесь временно, до тех пор, пока не будет как следует организована доставка. Теперь все было готово, и сборы шли полным ходом. Они полностью владели ситуацией. «Аквалайф-клуб» являлся естественным прикрытием для тайной организации. Нет никаких сомнений – Полдано обнаружил это. Его устранение могло быть не более чем простым проявлением самозащиты.
Тележка остановилась около раздевалки Полдано. Один из мужчин отбросил крышку контейнера, другой возился с замком. Когда дверь открылась, он попятился назад. Голоса поглощались акустикой свода, но по обрывкам можно было догадаться:
– Абдулл, девки здесь нет.
– Ты – дурак, Кази. Из всех грецких орехов только этот, пустой, разговаривает. Дай-ка я взгляну.
– Камень от руки друга – яблоко. Но она действительно исчезла.
– А-ах. Ты прав. Мы должны известить хозяина. Позвони из конторы.
Услышать дальнейшее помешал голос Анны Рилей.
– Вы удивляете меня, мистер Шеврон,- проговорила она.- Я думала – мы торопимся.
Шеврон взглянул на девушку, которая еще недавно была прикована обнаженной к скале и освобождена его же рукой, но не стал вдаваться в подробности.
– Это действительно так. Противник начал ответные действия.
Прикройте маской это изменчивое лицо и плывите вниз по водостоку, словно какая-нибудь рыба.
***
Закайо смотрел на часы и терпеливо ждал, когда секунды отмерят положенное время. Ему было дано двадцать минут, и они истекли. Он подождал, когда цифры пять и девять не перешли в ноль-ноль, и отошел от перил, попутно прихватив со стола окапи и засунув его за пазуху. Когда его компьютер подал предупредительный сигнал тройным зуммером, он в последний раз оглядел лагуну. Где-то с правой стороны яхты поднималась двойная цепочка пузырей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
