В комнате повисла тишина, мы все как одна уставились на собственные пустые тарелки, видимо ожидая, что вот-вот там всплывет подсказка. Я не выдержала первой, это у меня еще с институтских времен черта, ненавижу ожидать развязки. Ожидание смерти хуже самой смерти — это именно про меня.
— Я согласна на контракт. — выдохнула я, и сразу стало легче. Я растерянно моргала, осознавая свое состояние и собственную реакцию на сказанные слова. Было чувство, будто я, наконец, выдохнула. Впервые со вчерашнего дня, когда только услышала о предстоящем выборе. Выдохнула и успокоилась, выбор сделан, дальше действуем по обстоятельствам.
Я еще прислушивалась к своему состоянию, когда рядом прозвучало твердое Женино «я тоже согласна» и уже веселое Лизино «а я сразу была согласна, просто одной очень уж страшно туда идти, а теперь вообще прекрасно все складывается».
Ведана хитро усмехнулась и подмигнула нам, как будто знала наш ответ с самого начала, хотя по нам с Женькой и правда легко можно было догадаться, слишком решительно выглядела моя подруга, с такой отчаянной решимостью на эшафот идут, наверное. Глядя на нее и видя понимание в ее глазах, осознала, что выгляжу точно так же. — «Ну ладно, решили и славно. Времени рассиживаться у нас нет совсем, поэтому идем со мной в сад, остался последний шаг — подготовить вас к переходу». Объявила нам волшебница, и мы послушно последовали за ней из комнаты.
Ожидая снова череду коридоров и поворотов, я от неожиданности застыла, оказавшись в саду едва миновав дверь. Еще более осложнил восприятие реальности тот факт, что сад цвел и зеленел, как на исходе лета. Поэтому мы в своих осенних ботинках и сапогах смотрелись здесь слегка неуместно. Хорошо хоть пуховики остались в доме. Или вообще сгинули в этих волшебных порталах, кто же их сейчас разберет.
Веда же, тем временем, подталкивала нас вглубь сада, где среди зарослей какого-то густого кустарника, похожего на живую изгородь, виднелась небольшая кованая калитка.
— Теперь, девочки мои, я с вами прощаюсь. — ошарашила нас волшебница, — вам предстоит встретиться с Хранительницей нашего мира. — и заметив испуг, мелькнувший на наших лицах, успокоила, — не волнуйтесь, она вас не обидит. Наоборот, успокоит и ответит на вопросы, которые у вас остались. Ничего не бойтесь, вы самые храбрые девочки, которых я встречала. А встречала я, поверьте мне, многих — и воительниц, и колдуний, и темных, и светлых. Так что ступайте и не бойтесь. — с этими словами она подтолкнула нас всех в калитку. И вслед донеслось — Такие смелые девочки заслуживают счастья.
Я обернулась, чтобы поблагодарить ее за добрые слова, но за спиной уже не было калитки и сада. Только я хотела поделиться этим с девчонками, как поняла, что в саду я стою одна. На удивление не было страшно. Вокруг высилась широким коридором живая изгородь, мягко светило солнышко и весело щебетали птицы.
Ну значит пойдем вперед, пути назад все равно нет, — рассудила я и зашагала прямо, проводя ладонями по живым зеленым стенам, высившимся по бокам от меня. С каждым шагом, каждым поворотом и изгибом этого растительного лабиринта мое настроение улучшалось, и в сердце оседала уверенность, что я все сделала правильно, и все в итоге будет хорошо. Я любовалась буйной зеленью, окружающей меня: я смогла отличить лишь дикий виноград и какую-то разновидность плюща. Где-то через полчаса неспешной прогулки, ведомая растениями и кустарниками, высаженными каким-то запутанным узором, в котором не было ни одной развилки, я вышла к просторной поляне, залитой солнечным светом.
Посреди поляны росло высокое дерево. Такие обычно в сказках рисуют, в жизни редко встретишь такие могучие растения. Задумчиво обойдя дерево, и про себя окрестив его лукоморским дубом, прикинула, что оно человек в пятнадцать в обхвате. Пока осматривала его со всех сторон, пришла к выводу, что дуб, может и лукоморский, но цепи на нем нет, да и кота ученого тоже не наблюдается.
Только ветки вот довольно низко начинаются. И если воспользоваться этим корнем, торчащим из земли, как ступенька, я вполне в силах дотянуться до нижней ветви. Верхние терялись где-то в облаках, но я, вероятно, за завтраком блины поедала с какой-то странной смесью отваги и бесстрашия, потому как подтянувшись на ветке, довольно быстро вспомнила детские годы и поползла вверх по стволу. Зачем я туда ползла, я, наверное, и самой себе бы не смогла ответить. Просто была какая-то уверенность, что мне нужно именно туда, на самый верх.
Я уже давно потеряла счет времени, просто взбиралась все выше и выше. Ветки будто сплетались в удобную лестницу, которая вела меня в заоблачные дали. Так мне, по крайней мере казалось. Но заряд бодрости оказался невечным, и в какой-то момент я решила передохнуть, оседлав очередную ветку-ступеньку и привалившись спиной к теплой кроне дерева.
— Интересно, вот доползу я до самого верха, если он там конечно есть, что уже сомнительно, и что? Там обитает Хранительница нашего мира? На верхушке дерева?… Сомнительно как-то, гнездо у нее там что ли, — я размышляла вслух, пытаясь разглядеть сквозь густую крону листьев, есть там что-то выше или снова одни ветви. И тут же чуть не свалилась вниз от неожиданности, потому что рядом раздался веселый мелодичный смех. Как будто колокольчики или музыка ветра заиграли свою мелодию.
Я растерянно уставилась напротив себя, для надежности вцепившись в дерево. На самом краю ветви стояла женщина, окруженная ореолом солнечных лучей. Точнее сказать парила, казалось, она касается ветки кончиками пальцев босых ног. Я продолжала беззастенчиво пялиться на нее, а она, давая мне вдоволь насмотреться, не торопясь подошла ближе и присела рядом на корточки.
У нее была гибкая стройная фигура, почему-то на ум при сравнении снова шли деревья, но не тот дуб, на котором мы сейчас находились, а что-то тонкое и изящное как ивы или молодые березки. Длинные изумрудные волосы струились тяжелыми волнами по плечам. В густом полотне волос виднелись тоненькие косички, украшенные лентами и разноцветными камнями. Так что при их движении в волосах искрилась радуга и сверкали звезды.
— Месяц под косой блестит, а во лбу звезда горит, — выдала я первое, что пришло на ум.
Женщина снова весело рассмеялась, тряхнув своей пышной гривой, и радуга на миг ослепила меня. И когда я проморгавшись снова открыла глаза, на меня смотрела уже царевна-лебедь из той самой сказки: на голове расписной кокошник, волосы заплетены в толстую русую косу, из-под которой и правда сверкает месяц, а во лбу звезда горит.
— Я сейчас точно свалюсь. — сообщила я Хранительнице. Та что-то шепнула и ветви сплелись вокруг нас стенами, образовав своего рода комнату. Если так конечно можно назвать место без пола и потолка. Я парила в кресле из переплетенных веток и лиан, Хранительница просто шагала по листьям, которые возникали под ее босыми ступнями как кусочки живой мозаики.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
