гражданского докладчика. А потом видно будет. Ворошилов согласился, тем более он неоднократно убеждался в том, что доводы подполковника кажутся неординарными, мягко говоря, оригинальными, но жизнь показывает, что только так и надо делать. Утренний туман уже рассеялся, когда машина маршала подъехала к позиции, на которой стоял танк Т-26, еще с цилиндрической башней образца 1934 года. Рядом с ней стоял экипаж из трех человек. Поверх комбинезона старшего из них проглядывал воротник формы с капитанскими петлицами. Чуть поодаль стояла группа командиров, десять человек, всем своим видом показывающая, что начальство чудит – чего им делать ранним утром на полигоне?
Ворошилов первым вышел из остановившегося автомобиля, следом за ним в трех шагах от маршала шел Ахмеров в своем черном пальто и фуражке, похожей на головной убор доктора Ватсона из сериала про Шерлока Холмса. Раздалась команда «равняйсь, смирно». Группа командиров зашевелилась, подравнялась и встала смирно. Ворошилов принял рапорт от руководителя группы, поздоровался, получил в ответ почти слитное «Здраст».
«Да, надо переходить на «Здравия желаем», - подумал маршал, и продолжил. Он представил стоящим в строю командирам специалиста института перспективных разработок товарища Ахмерова и попросил собравшихся выслушать доклад о том, какой видит институт будущую войну и что считает важным в действиях войск, в предстоящих боевых действиях.
Ахмеров начал с того, что, несмотря на то, что собравшиеся здесь в основном будущие командиры общевойсковых соединений, разговор пойдет о танках, их роли, сильных и слабых сторонах. Остановившись на том, что бронетанковые войска являются основной ударной силой современных армий, он обратил внимание собравшихся на то, что кроме ударной мощи, подвижности и защищенности танки имеют и ряд слабых сторон.
- Товарищи, кто из вас умеет управлять автомобилем, прошу поднять руку.
Подняло два человека.
- А кто умеет управлять танком? Кто хотя бы раз был в танке, на месте командира или заряжающего?
Таких не нашлось.
- А теперь давайте подумаем. Вам поручено руководить общевойсковыми соединениями или объединениями. Вы будете посылать в бой, в том числе и включенные в состав ваших соединений танки. Вы будете ставить перед ними задачи, а как они смогут их выполнить, и смогут ли в принципе, их выполнить вы не знаете. Вот недалеко от вас стоит линейный танк Т-26 образца 1934 года. Неплохая машина, с мощной пушкой калибром 45 мм. А вы знаете, что из него ничего не видно и очень сложно разглядеть, где противник и его противотанковые средства? Что его лобовая броня 15 мм, и она пробивается штатными противотанковыми средствами противника, а именно пушками «панцерабверканноне» ПАК 36 калибром 37 мм с любой дистанции? Вы представляете, каково командиру танкового подразделения руководить своим взводом или ротой без радиосвязи и заодно выполнять функции заряжающего или наводчика. Ведь радийных танков у нас в войсках, хорошо если тридцать процентов. Вот и пойдут ваши танки в бой без оперативного управления, без взаимодействия с пехотой и артиллерией. А если противник применит против ваших танков свои.
- Танки с танками не воюют, - раздался чей-то голос из строя.
- Значит, вы выходите навстречу танкам противника и говорите «Стоп, камрады. Подождите, я подвезу свои противотанковые средства и тогда начнем». Времена рыцарских поединков кончились давно, и договориться с противником об условиях боя это или глупость или предательство.
В группе зашумели, типа нас так не учили, это не по уставу, а за предательство можно и ответить.
- Равняйсь, смирно! – громким унтер-офицерским голосом привел к порядку аудиторию Ахмеров. – Я что перед вами зря распинаюсь, я вам что «Лох» расписной что ли, там где вы учились мы – преподавали, да я ваши ромбики на петлицах вертел на синхрофазотроне. Мне народный комиссар обороны Советского Союза поручил изложить соображения института, а вы мне тут «Ваньку валяете». Я изложу их, во что бы то ни стало. Команда была стоять смирно и слушать.
От неожиданности, не только группа командиров, но и стоящий рядом Ворошилов и его адъютант встрепенулись и встали по стойке смирно. Не говоря уже о танкистах, стоявших возле своей машины.
Увидав, что группа замолкла и стоит смирно, Ахмеров продолжил уже спокойным, академическим голосом. Он рассказал, что противотанковые средства не будут стрелять по пехоте. Эффективность существующих противотанковых орудий против пехоты незначительна. Пехоте страшны пулеметы, против которых танк может использовать свою защищенность, пушку и пулемет, гусеницы и ударную мощь. А пехота своим действенным огнем может подавить противотанковую артиллерию противника. Поэтому надо укреплять взаимодействие танков и пехоты. Пехоте трудно прорваться через оборону противника без танков, а танки могут быть защищены от огня не подавленной ПТО противника пехотой.
- Вопросы есть по первой части доклада?
- Товарищ народный комиссар обороны, разрешите обратиться, комбриг Казаков. Товарищ лектор сам то в танке бывал хоть раз и умеет ли он водить боевую машину?
- Ну что, товарищ Ахмеров? Отвечайте комбригу Казакову.
- Т-26 не водил, но, наверное, умею. Разрешите попробовать, товарищ маршал? – и, не дожидаясь ответа, скинул пальто и кепе на руки адъютанту и почти бегом направился к машине.
Подойдя к танку, он спросил – Товарищ капитан, шлемофон найдется?
Капитан растеряно посмотрел на Ворошилова, тот махнул рукой, чего уж там, раз пошла такая пьянка…
Шлемофон нашелся, хорошо, что Ахмеров был коротко стрижен, а то тесноватый головной убор мог и не налезть на его большую голову. Самое сложное было забраться в люк механика водителя. Но стресс и адреналин сделали свое дело. С трудом устроившись своими 120-ю килограммами (или может немного меньше, последнее время он чувствовал, что слегка похудел) Ахмеров стал осматриваться в отделении управления танка. Рычаги как на алтайском Т-4, газ, тормоз и сцепление как на родном «Запорожце», двигатель, почти сто лошадиных сил равномерно урчит. «Хорошо, что они его не выключали», не страшнее чем хлопкоуборочная машина. Рычаг переключения передач рядом на коробке. Это не то, что на ХН-3,6, через всю машину. Коробка перемены передач вот она, рядом. Даже слишком близко – тесновато. Внимательно посмотреть на шильдик. Так, первая передача здесь, вторая напротив, а третью мы и включать не будем. Рычаги на себя, сцепление (вернее – главный фрикцион) отжать до упора, включить первую, черт, без синхронизаторов тяжело, но получилось. Полный газ. Отпустить главный фрикцион и плавненько оба рычага синхронно от себя. Поехали. Скорость три километра в час, пять, семь. Полный
