девчонки? — к нам за столик присаживается Виталина Андреевна.
Мы с Анжелой не сговариваясь делаем "покерфейс", утыкаясь взглядами в свои тарелки.
— Машуль, я слышала, ты переезжаешь, — не стала ходить вокруг да около, а перешла сразу к сути Виталина. Мы не то, чтобы с ней подруги… Скажем так: если бы ее сбила машина, я бы принесла на ее могилу цветы. Засохший гербарий. Это было до того, как я узнала, что эта сучка увела моего мужа. А сейчас…
На моём лице расплывается довольная улыбка, когда я представляю, как обхватываю ее тонкую бледную шею руками и…
Меня трясет от злости. Видимо, я переступила тот порог, когда поддаешься эмоциям, плывешь по течению, говоришь глупости. Сейчас в моей голове произошел щелчок. Организм устал от сильных эмоций и решил расслабиться. В дело вступает мозг и чувство юмора. Видимо это защитная реакция. Резерв сил.
— У вас неверная информация, Виталина Андреевна. Я остаюсь. Работать здесь и жить в своей квартире, — с нажимом на последней фразе, откидываясь на спинку стула, закидываю ногу на ногу.
— Но как же, мне Вадим сказал, что ты решила съехать и продать квартиру, — растерянно говорит Виталина. Видимо не ожидала, что я дам отпор их с Вадимом фантазиям отсудить у меня картиру.
— Я ничего такого не решала.
— Ну ты вспомни, вы ведь с Вадимом разговаривали на эту тему.
— Да? — настойчивость Виталины начинает меня утомлять. Теперь я понимаю, на какой почве сошлись эти двое. Каким именно образом, я не хочу даже представлять — слишком больно.
— Да. Я даже могу тебе помочь с переездом, — утвердительно кивает головой завуч.
— Чем же? Вещи перевезти? Вам же нельзя поднимать тяжести. Вы же беременны, — повышаю интонацию на последнем предложении, добиваясь нужного эффекта — на нас оборачиваются ученики.
— Ты что! Не ори так. Ещё никто не знает, — шикает на меня Виталина, посылая испепеляющий взгляд на всех, обернувшихся в нашу сторону. Но дело сделано. Ученики, хоть и отвернулись каждый к своим тарелкам, но спины их напряжены и за столами царит тишина. Значит ушки свои навострили в нашу сторону.
— Я могу тебе помочь, — голос Виталины становится тише. — Могу предложить тебе поменяться квартирами. Ты переедешь в мою, а мы с Вадимом заселимся в твою. В вашу, — исправляется она. — Моя квартира по стоимости как раз покрывает твой долг перед Вадимом. Как тебе идея?
Перевожу обалдевший взгляд на внезапно начавшую кашлять Анжелку.
Как я не заржала как конь в лицо этой… — диву даюсь.
— Виталина Андреевна, — сделав глубокий вдох, пытаюсь как можно мягче и понятней донести до нее информацию, но меня прерывает предварительный звонок, оповещающий, что большая перемена закончилась, и пора идти на урок.
Мы с Анжелкой встаём со своих мест, прихватив подносы с тарелками и молча передвигаемся в сторону приема грязной посуды. Так же молча выходим из столовой.
Бросаю взгляд за наш столик. Виталина все так же сидит, не шелохнувшись и сверлит меня гневным взглядом.
Как же я устала от всего этого!
От автора: Дорогие читатели! Я вижу, что книга вас заинтересовала, и вы добавляете ее в свою библиотеку. Я очень рада, что книга нашла отклик, но хотелось бы получить обратную связь в виде лайков, коментариев, а так же подписки на автора. Спасибо
15. Михаил
Понедельник день тяжёлый. Если учесть, что начался он еще в четверг. Поимка "особо опасной преступницы" затянулась до субботы, а потом всю операцию сорвали взбалмошные девицы, приехавшие спасать "бедного Митеньку". Нагоняя этот олух получил, как только проснулся. И сразу же получил пару выходных, чтобы вывести из организма клофелин.
Встреча с адвокатом клофелиншицы Анны Пологиной двадцати двух лет от роду, проживающей в далёком Урюпинске и не имеющей местной регистрации не принесла результатов. Ни для него, ни для нее. Блондинка осталась за решеткой до выяснения обстоятельств, которые привели к отравлению моего сотрудника. Во вторник была назначена очная ставка этой девушки и сыночка высокопоставленной особы.
Ранним утром невыспавшегося и злого меня "обрадовала" любимая дочурка, которая написала записку перед уходом в школу.
"Папуль, ты только не сердись. Тебя просят прийти в школу для беседы. Если не придешь — меня выгонят" — гласила бумага, расписанная мелким корявым почерком. Хорошо, хоть без ошибок написана. Не зря малая ходит в эту самую школу. И предчувствуя головомойку в дистанционном режиме, раз уж поговорить с глазу на глаз не удалось, Лизка отключила мобильный телефон.
Молодец, дочурка! Вот как нужно ставить папу перед фактом своих шалостей. Черканула писульку и смылась!
И теперь раздраженный и злой в понедельник вечером я захожу в школу, где учится моя дочь для того, чтобы получить головомойку от классного руководителя за проделки, в которых я не виноват.
Охранник на входе подсказал, где находится учительская.
— Грхм, здравствуйте, — постучав в открытую дверь обращаю внимание на знакомый силуэт возле одного из деревянных столов. Мария нацепила на нос очки в роговой оправе, которые придают ей строгости. Хрупкая фигурка, облаченная в черный костюм, оперлась попой на столешницу, опущенная голова внимательным взглядом скользит по странице тетради, которую Мария читает, помечая что-то карандашом.
Приталенный пиджак не скрывает, что талия у его обладательницы есть. Да еще какая! Упругая аппетитная грудь — двоечка выделяется под тонкой тканью светло-голубой блузки. Юбка обтягивает манящие крутые бедра девушки, вызывая у меня приступ слюноотделения. Скромная учительница моей дочери настоящая секс-бомба, как бы не пыталась скрыть это под маской тихой Мышки.
На лицо невольно лезет улыбка, а в груди разливается какое-то теплое чувство, которое я не могу объяснить.
— О! Товарищ майор, — влетевшая в учительскую следом за мной рыжуля узнала меня сразу, а вот поднявшей голову на звук наших голосов Марии на осмысление потребовалась пара секунд. Затем недоумение в ее глазах сменилось страхом и настороженностью, что вызвало во мне приступ неконтролируемого раздражения.
— Я отец Лизы Медведевой, — прохожу вглубь просторного светлого кабинета, заставленного одинаковыми столами и, приставив стул поближе к Марии усаживаюсь на него, закинув ногу на ногу.
— Так Я это… — собирает тетради и папки со своего стола рыжуля, — …пойду я. Вы тут сами. До свидания, товарищ майор.
— До свиданья, Анжела. Мите привет передайте и пожелания скорейшего выздоровления.
Мария тем временем меняет место дислокации и легким движением поворачивается ко мне спиной, невольно позволяя заценить ее упругую попу под обтягивающей черной юбкой-карандаш, и плавно опускается на стул.
— А откуда вы знаете, что Митя…
— Ну а где ж ему ещё быть? — хмыкаю я. — Я
