в другой школе в столь короткие сроки! Придётся дочке выпускной отмечать в следующем году.
Ну уж нет!
— Идемте, — выдыхаю, с трудом сдерживая гнев.
Мария встает со своего стула и направляется к противоположной от входа стене, в которой прорисовывается дубовая лакированная дверь.
16. Михаил
После тихого стука в дверь и громкого ответа: «Войдите!», Мария распахивает эту самую дверь, и мы входим в просторный кабинет заведующей.
Шикарная молодая блондинка сидит за огромным тяжелым столом цвета ореха, стучит своим ярко-красным маникюрчиком по кнопкам клавиатуры.
Кабинет немного похож на мой, только стены светло-бежевого цвета, а столы тяжелые дубовые. Перпендикулярно к ее столу стоит еще один, по бокам которого выстроились в ряд дешевые офисные стулья. Очень удобные. Но сидеть на одном из них дольше получаса нереально — жопа болит так, будто просидел десять часов на твердой скамье.
Очень эффектная женщина эта завуч. Светлые волосы уложены в сексуальную прическу, которая сгодилась бы для клуба, но никак для школьного кабинета. Крутые локоны лежат на ну очень аппетитной груди, виднеющуюся в глубоком декольте. Тонкую шейку очерчивает широкий золотой ошейник. Акула. В офисе какой-нибудь фирмы ей не было бы равных. В роли секретарши. Украшающей своим хищным видом стол начальника. Поэтому удивительно, что она делает в обычной государственной школе.
— Виталина Андреевна, — подает тихий голос Мышка, точнее Мария Ивановна. — Это папа Лизы Медведевой. Михаил… — она ищет взглядом ответа.
— Просто Михаил.
— Ммм. Надо же какие люди, — блондинка эффектно встает из-за стола, сексуально крутанув бедрами, подходит ко мне и протягивает руку для приветствия. Я легко пожимаю теплую нежную ладонь завуча. Духи у этой женщины приторные, тяжелые. Чувствую, как в затылке начинает пульсировать боль усталости. Мне бы на свежий воздух, но еще предстоит выдержать экзекуцию. — Приятно познакомиться, — тихим грудным голосом говорит Виталина Андреевна.
— Вы хотели со мной поговорить об успеваемости дочери, — решил не продлевать церемониал обмена приветствиями, тем более из-за пламенных взглядов Виталины Андреевны, которые та бросала на меня, понял, что разговор может затянуться.
— С успеваемостью у Лизоньки все хорошо, — Виталина Андреевна проскользнула обратно на свое рабочее место, указав жестом на два стула возле стола.
Мы с Мышкой… Тьфу ты, Марией Ивановной занимаем предложенные места.
Теперь я понимаю, что чувствуют мои сотрудники, когда я вызываю их на совещание.
Тяжелая атмосфера нависает над нами, Виталина Андреевна концентрирует свое внимание на мне.
— Вы в курсе, что вытворяет ваша дочь в стенах школы и за ее пределами? — голос завуча из томного превращается в жесткий, со стальными нотками.
— Да, Мария Ивановна просветила меня на счет поведения Лизы, но я не нахожу ничего предосудительного в том, что она защищает себя от нападок сверстников. Насколько я понимаю, вы завуч по воспитательной работе, тогда почему вы не можете наладить дисциплину в отдельно взятом классе? — парирую холодным тоном.
— Вы знаете, сколько классов на моем попечении? — холодно чеканит Виталина Андреевна. — В мои обязанности не входит разнимать драки, этим занимаются классные руководители, — зыркает в сторону Марии Ивановны. Та сводит вперед плечи, инстинктивно пытаясь прикрыться от злобных уколов завуча. — Им за это зарплату платят, между прочим.
— Я делаю все, что могу, — тихо пищит она со своего стула. — Разнимаю, беседую. Вызываю родителей, но те не всегда приходят на собрание, — это уже укол в мою сторону.
— Я занят на работе! — оправдываюсь я.
— А дети страдают, — продолжает констатировать тем же холодным тоном Виталина Андреевна.
— Насколько я понимаю, Лиза всего лишь защищается.
— Она дерзит и хамит преподавателям!
— Виталина Андреевна, — подает голос Мария, — она дерзит только вам и по вполне понятной причине, от остальных преподавателей жалоб на Лизавету не поступало. Все отзываются о ней хорошо, исключительно хвалебно.
Спасибо, Мышка!
— Она послала меня матом, — жалобно шипит мне завуч.
— Ну кто в их возрасте не употребляет матерные слова? — притворно улыбаюсь я, стараясь сгладить обстановку.
— Такое поведение недопустимо в стенах школы! — завуч приподнимается и склоняется над столом. Тяжелая грудь натягивает вырез короткого черного платья. Зрелище, конечно, поистине волнующее. Только слишком наиграно все. К чему этот цирк? — Еще один инцидент, и я обращусь в попечительский совет и поставлю вопрос об исключении Лизы из нашей школы.
— Но ведь до экзаменов остается два месяца! — взрываюсь я. — Где я найду школу так срочно? Или ей придется потерять год из-за того, что она не хочет сдавать деньги на ремонт школы?
— Я могу помочь Лизе, — остужает накалившуюся обстановку тихий голос Мышки… Тьфу ты, Марии Ивановны.
— Каким это образом? — хмыкает завуч, садится обратно на свой стул и вопросительно смотрит на классного руководителя моей дочери.
— Я буду ее наставницей. С разрешения Михаила, разумеется, — она бросает короткий взгляд на меня в поисках поддержки и обращается к Виталине Андреевне, пытаясь убедить в собственных словах. — Я буду проводить с ней время вне школы, объясню, как нужно вести себя в конфликтных ситуациях. Лиза — хорошая девушка, но она еще ребенок, который должен нести ответственность за свои решения и действия. Но в силу неопытности, Лиза не может просчитать последствий своих действий, а из-за своей горячности, она сначала делает, а потом думает. До выпускных экзаменов осталось совсем немного… — делает паузу Мария Ивановна, собираясь с духом. — Под мою ответственность, — твердо выдерживает изумленный взгляд Виталины Андреевны.
— Я не знаю, как попечительский совет отреагирует на ваше предложение, — подняв брови вверх, завуч ищет причины отказать, но Мышка… Тьфу ты, Мария Ивановна, не сдается.
— Лиза мне доверяет, прислушивается к моим советам. В течение последнего года, я много беседовала с ней, и наше общение пошло ей на пользу. Она стала немного спокойнее. Перестала ввязываться в споры и драки. Я на хорошем счету у коллег, думаю, они меня поддержат.
— Я не имею таких полномочий, — вяло протестует завуч. Мария не выдерживает, вскакивает со своего стула, падает ладонями на стол и тихо произносит:
— Интересно, как попечительский совет отреагирует на аморальное поведение сотрудников нашей школы, которое приводит к разрушению крепкой счастливой семьи. Такое поведение не является образцом для подражания, — с вызовом смотрит на завуча. — Вы, как я понимаю, скоро уйдете в декретный отпуск. А когда вернетесь, останетесь ли на своей должности? — Завуч идет пятнами, вскидывает подбородок и шипит сквозь зубы:
— Сучка!
На моих глазах происходит какая-то борьба, нюансов которой я не понимаю, и это приводит меня в смятение.
— Я понимаю, вы в положении, — голос Марии Ивановны тянется тягучей патокой, но своего напора она не убирает, — беременность влияет на гормональный фон, но давайте
