и поиском решения проблемы становления личности. Спустя годы, потраченные на поиск ответов, мы вдруг понимаем, что он всего один.
Я имею в виду, что у каждого человека есть социально одобряемое лицо и та часть личности, о которой знает только он сам и очень близкие люди. Это установленный факт, и это нормально.
Оглянитесь вокруг, и вы поймете, что в норме расщепление самости свидетельствует о личностном росте; в патологии подобное расщепление – результат схизма, то есть раскола мышления разной степени тяжести, а самая тяжкая форма – шизофрения.
То, о чем я рассказываю, одновременно просто и общеизвестно, а вместе с тем чрезвычайно важно.
В процессе написания данной речи мне пришлось прерваться на беседу с ребенком.
Это сын коллеги, ему десять. У него серьезная проблема. Он живет в хорошей семье, однако его жизнь нелегка. Суть проблемы в том, что он испытывает постоянные сложности в школе. Раньше ему легко давалась учеба, все были в восторге и называли его «чудом XX века». Это создавало определенные трудности. Затем последовали другие изменения. Он перестал спать и сказал своим родителям: «Все из-за стремления быть первым в школе. Это ужасно. Я как девчонка». Лежа в кровати без сна, он страдал и переживал; его мучила мысль о том, что он или его отец могут умереть. Он вспоминал исторических персонажей, которые умерли в 16 лет от тяжелой работы. Переживания вызвали определенные перемены в поведении. Это произошло после получения первой четверки в школе. Выйдя из школьного автобуса, он внезапно испытал новый страх: увидел мужчину на улице и решил, что тот хочет его убить. Вместе с тем мысль о том, что его могут убить, была приятна. Он сказал: «Я не буду спать. Если я закрою глаза, меня зарежут».
Я вынужден многое опустить, чтобы уложиться по времени. Еще мальчик рассказал мне о своих снах. Один из них необычен. Он нарисовал себя лежащим в кровати, рядом – убийца с мечом. Затем он изобразил себя сидящим и испуганным, рука прижата к губам, а убийца готовится поразить его мечом. Здесь можно увидеть убийство как символическое изображение сексуального насилия; подобные сны не типичны для мальчика этого возраста. Он рассказал мне, что если будет хорошо учиться, наладятся отношения с отцом, но это приведет к утрате собственной идентичности. Именно поэтому он перестал слушаться взрослых, начал спорить с отцом и выводить из себя учителей. Так мальчик чувствовал себя лучше. Если он становился послушным, его снова одолевали кошмары, в которых он не столько боялся, что его убьют, сколько своего желания быть убитым, что заставляло его больше идентифицировать себя с представительницей женского пола.
У мальчика и правда имелась проблема, впрочем, довольно обычная, а благодаря доверительным отношениям с родителями ему удалось ее осознать. Другими словами, он использовал ложную самость, чтобы порадовать других, а сам страдал от этого. Иногда человек начинает терять связь с реальностью, но этот мальчик чувствовал угрозу, идентифицировал себя с представительницей женского пола или пассивной жертвой насилия. Он отчаянно старался изменить что-то, желая больше быть самим собой, стал непослушным и своевольным, хотя это было и не лучшим решением проблемы.
Я привел данный пример, потому что, с моей точки зрения, мальчик вполне здоров. Это подтверждает мою мысль: чаще всего подросткам приходится самим справляться со своей проблемой. Возможно, и в вашем окружении есть люди с похожими трудностями, преуспевающие в жизни, имеющие признание, но будто оторванные от реальности. Пытаясь ощутить вкус жизни, они создают неудобства окружающим; эти люди ведут себя вызывающе и намеренно портят со всеми отношения.
В этом недостаток нашей экзаменационной системы. Ведь любой экзамен – своего рода обряд инициации. Сначала экзамен «11+» в 11–12 лет, затем O-level и A-level, и так вплоть до выпуска из университета; складывается впечатление, что проверку проходят не только умственные способности, на что существуют разнообразные IQ-тесты, но и умение человека справляться с неудачами в попытке приобрести качества, необходимые для жизни за пределами студенческого кампуса.
Возможно, вы замечаете, что вокруг есть люди, легко приспосабливающиеся к жизни, в то время как другим приходится трудно. Если этим людям нужна помощь, они просят совета и чаще всего возвращаются к своей истинной самости, или как вы это назовете. Какова бы ни была проблема, всегда надо с уважением относиться к человеку, обратившемуся за помощью. Если вы – родитель, вы, конечно, будете надеяться, что борьба между истинной и ложной самостью не отразится на способности ребенка усваивать школьный материал. Это важный и значимый аспект детской жизни, и никому из родителей не хотелось бы, чтобы сложности с адаптацией помешали чаду развиваться в личностном и общественном плане.
Надеюсь, вы не будете возражать, если я обращусь к раннему детству. Вы учите маленького ребенка говорить «спасибо». В первую очередь, это проявление вежливости, а не истинное намерение малыша. Другими словами, вы учите его хорошим манерам и заставляете говорить неправду, чтобы соответствовать требованиям общества: понятно, что ребенок не всегда говорит «спасибо» по своей воле. Многие дети легко смиряются с несправедливостью, а кому-то это не удается. Либо в раннем детстве от них слишком настойчиво требовали произнесения первого слога, либо им с самого начала с трудом дается личностная интеграция. Конечно, есть и такие дети, которые скорее пойдут против правил, чем скажут неправду.
До сих пор я имел в виду здоровых детей, но в продолжение темы хочу упомянуть тех, для кого сложны манипуляции с истинной и ложной самостью. Компромисс возможен, но далеко не для всех и не во всех сферах жизни. Это может быть наука, религия, поэзия или игра. Здесь нет места компромиссам.
Значимость депрессии
По мотивам речи перед участниками Генерального собрания Ассоциации работников социальной психиатрической службы, сентябрь 1963 года
Термин «депрессия» имеет широко распространенное и узкопрофессиональное значение. Они практически повторяют друг друга. И на то есть причина. Как аффективное расстройство депрессия сопровождается ипохондрией и рефлексией; человек в этом состоянии подавлен и может ощущать боли в области сердца, легких, печени и в суставах. Психиатрический термин «гипомания», напротив, используется сугубо профессионально, в чем-то сходен с психоаналитическим понятием «маниакальная защита» и означает, что человек отрицает свое подавленное настроение. (Среди широкой публики это может называться высокомерием, но оно предполагает приподнятое настроение, что не свойственно гипомании).
Существует точка зрения, что в депрессии заложен некий смысл. Однако, испытывая ее, человек страдает, может нанести себе вред или даже покончить жизнь самоубийством; большинство таких случаев
