Читаем без скачивания Хлеб богословия - Афанасий Евтич

— Владыка, а Ваша епархия сильно пострадала во время войны в Боснии й Герцеговине?

— На территории моей епархии во время войны проживали на севере мусульмане, а на юго-западе хорваты. В ней около 150 храмов; 35 из них уничтожены, в том числе — кафедральный собор, епархиальная резиденция и монастырь в Мостаре. В Мос-таре до войны была одна треть сербов, одна треть хорватов и одна треть мусульман. Сейчас сербов там живет две-три, самое большее четыре тысячи. Отняли сербскую территорию. Около Требинья 50 деревень, из них 40 чисто сербских! Все это у нас забрали.

— Правда ли, что Вы и другие сербские епископы прямо на поле боя помогали раненым, отпевали убитых?

— Помогали, конечно! Мы были и остаемся со своим народом. Другого народа у нас нет. Когда мне передавали из Женевы, и Патриарху говорили, почему, мол, Афанасий там ходит по боевым позициям, я всегда отвечал: потому что там народ, живые люди. Я и хорватов спасал, и мусульман…. Но об этом никто не говорит. Они заранее решили, что сербы — злодеи и надо сербов представлять черными дьяволами. А сейчас выясняется, что, когда бомбили центр Сарае-ва, площадь Маркале, и было убито 80 человек, это сделали моджахеды, организованные и руководимые американцами[11]. Свой народ убили, чтобы показать: вот сербы какие! Это было на Успение Божией Матери, в 11 часов, когда сербы еще были в церкви! И мы сразу сказали, и тогда еще говорил японец Ясуши Акаши[12], что это не сербы, но его не слушали, а сейчас английский генерал Роуз пишет, что это сделали моджахеды. Неправда и лицемерие западной цивилизации, о которых говорил Достоевский, — это ужасно. Мы испытали это на себе. Каждый из нас мог бы стать западным человеком, бесчувственным, бесчеловечным, бессовестным. Это всегда таится в ветхом, не возрожденном Христовой верой человеке, ветхом Адаме. А они это культивировали до идеала: стать такими, как Клинтон, преступник, аморальный человек. И, конечно, большая мафия, наркотики. В Черногории и в Косово, особенно в Косово, действует черный рынок наркотиков, оружия, женщин, сигарет… Говорят, вышла книга «Албанская мафия», написали ее два француза. Они пишут, что американцы собирают каждый год из этого региона пять миллиардов. И в Боснии это тоже было. Но они всегда всё скрывают, всегда у них действует конспирация.

Бог знает, что они сейчас задумали сделать с этим Афганистаном. Боюсь, что они хотят подойти к России через мусульманские страны. Им никогда нельзя верить. Говорят, сербы — националисты. А скажите, есть ли больший национализм, фашизм, нацизм, чем американский? Он называется «американские стратегические интересы». Какое дело нам на Балканах до американских стратегических интересов? Это фашизм, нацизм, агрессия, это американский тоталитаризм. Они во всем мире хотят править по-своему, это — демонический тоталитаризм.

— И в своих целях они используют исламский экстремизм?

— Да, мусульмане давно поддерживали турок. Когда Сербия в начале XIX века стала освобождаться от турецкого ига, они говорили: турецкое государство законное. Сейчас написали историю Боснии и историю Косово, Чтобы доказать: турецкое государство было юридически безупречным, все было в порядке, и как албанцы потом были угнетаемы сербами. И действительно: как у Гитлера были самые жестокие войска СС, точно так же и албанские четы (вооруженные отряды) были орудием турок. Они пишут такую историю, какая им нужна, а не такую, какой она была на самом деле, которую мы все знаем и которая задокументирована. Они говорят, что сербы никогда в Косово не были в большинстве. А как тогда объяснить наличие 1300 сербских церквей и монастырей с XII века? Как это объяснить? И все время вплоть до XX века церкви и монастыри разрушали и много раз восстанавливали. И мы, даст Бог, восстановим и недавно разрушенные церкви. Но они не хотят исторических свидетельств, они не любят историю из-за своей темной и грязной совести.

Сербы выдержат, у сербов глубокая вера. Сербы грешный народ, но Бог пришел спасать грешных. Во время войны меня обвиняли: «Вот Афанасий сказал, что сербский народ — Божий народ». Патриарх меня спросил: «Как ответим на это в Женеве?» (Они прислали 2000 маленьких таких коробочек, по несколько килограмм помощи, а мы получали из Греции, из России, но особенно из Греции, намного больше. Мы очень благодарны им. Они спасали наш народ. У меня было тогда 100 тысяч православных, в том числе 32 тысячи беженцев, 2000 убитых, 800 детей-сирот). И я ответил: «А это Божий народ. Бог не имеет другого народа на этом пространстве, кроме сербов. Сербы — Божий народ». Евреи тоже были Божий народ, были грешные. Мы, православные, Божий народ, хотя и грешные. Нам необходимо спасение, спасти может только Спаситель, значит, мы тот народ, который пришел спасать Господь.

Какие злодеи, какая бесчеловечность там на Западе, в Америке, в Калифорнии, в Лондоне, в Париже. И никто об этом не говорит. Какое лицемерие, бесчеловечность, бесчувствие! Я никогда не видел, чтобы они плакали. А кто не плачет, тот не человек. Сербский народ умеет плакать. И если сделает зло, защищаясь или, может быть, иногда в нападении на человека, и прольет кровь, то мы знаем, что такое покаяние, в покаянии — спасение. Есть сербская поговорка: «Самый красивый цвет человеческой честности — это покаяние». Вот какое слово у сербского народа. Когда пришла эта натовская сила на Косово, а албанцы начали разрушать все, сжигать монастыри, наш Патриарх сказал: «Милошевич не серб и не представитель сербов. То, что сделал Милошевич, сделал не сербский народ». Сербский народ страдал под Милошевичем, и больше всех — сербы в Косово, а албанцы от косовских сербов не страдали!

Я писал об этом. Помните, как 16 марта 1981 года в неделю Торжества Православия албанцы подожгли Печскую Патриархию? Большой монастырский корпус, в котором жили 30 сестер и гости. Никаких беспорядков еще не было, никаких Милошевичей. Понимаете? Значит, они против Церкви действовать начали еще тогда. И Патриарх говорит: «Монастыри и церкви в Косово — почему их разрушают, чем они виноваты?» Мы выдержим, даст Бог, выдержим, но только лучше было бы не терять каждые 10–20 лет самую лучшую кровь, самых лучших молодых людей. У нас все время с XIX века войны, войны, войны… Теряем таких людей… Больше миллиона сербов убито во время Второй мировой войны; это кроме тех, кто погиб на фронте. Народ перебили в Хорватии, Боснии, Герцеговине и в Косово. И мы всё выдержали и выдерживаем. Сербы — народ терпеливый, народ благодушный.

Хорваты и мусульмане в начале 90-х вместе стали воевать против сербов, а потом год воевали друг с другом с марта 1993-го до мая 1994-го, пока американцы не навязали им мир. Война между мусульманами и хорватами в Боснии была очень жестокой — такая была ненависть и злоба. Значит, не сербы виноваты во всем. Потом это быстро забыли, и сейчас, когда мусульмане и хорваты никак не могут мирно жить вместе, они говорят: «Нам все-таки лучше с сербами, потому что сербы всё быстро забывают и быстро прощают». Вот что говорят хорваты. Это правда. Серб, как православный человек, умеет прощать, умеет жить с человеком, как с братом своим.

Я надеюсь, что Косово останется сербским. Там народ претерпевает большое страдание. От 300 тысяч сербов в Косово осталось только 120 тысяч, а остальных выгнали. Албанцы и американцы не хотели даже проводить перепись населения, а когда провели, оказалось, что сербов 15–17 процентов. Албанцы говорили, что их 2 миллиона, а оказывается 1 миллион 100 тысяч только. Надеемся, что сербы выдержат, и что мировая ситуация изменится как-то в нашу пользу.

Но вернусь к мусульманской проблеме. Совершенно очевидно, что мусульманская опасность надвигается и поднимается над миром. Мусульман сейчас больше миллиарда, и повсюду они агрессивны.

В Индии 800 миллионов индийцев и 100 миллионов мусульман, и индийцы боятся мусульман, потому что те агрессивны. В Индонезии 160 миллионов мусульман, и Австралия боится Индонезии. Есть такая зеленая карта мусульманских стран от Индонезии до Марокко. В Северной Африке только Эфиопия — христианская страна. Почему Эфиопия страдает все время? Потому что они христиане. Это одна точка в зеленом море. Как живут христиане в мусульманских странах? В Турции, например? Там искореняют Православие. В 1923 году истребили полмиллиона греков, полтора миллиона выгнали. Осталось лишь 120 тысяч; а сейчас их две-три тысячи. Мусульмане в Греции сейчас имеют представителей в парламенте, их сейчас больше 120 тысяч. Как живут православные на Ближнем Востоке? Христианство там угасает, его удушают повсюду. Как живут христиане в Саудовской Аравии, как живут христиане в любой мусульманской стране? А там тоже говорят про свою свободу, свою культуру. Какая культура может выйти из ислама?! Джихад — вот какая культура. Но американцы похожи на них. Они их озлобляют, они их используют, они их эксплуатируют.