– Ишь ты! – присвистнул Безотказэн. – Гляди-ка, кто пожаловал!
Из машины в сопровождении двух великанов-охранников вышел молодой человек. Он обменялся рукопожатием с восторженным Скокки-Маусом. Лицо гостя примелькалось мне по многочисленным телевизионным выступлениям. Это был Хоули Ган, харизматический молодой лидер мелкой партии вигов. Они с графом, оживленно беседуя, поднялись по лестнице и исчезли в Скокки-Тауэрс.
Мы отъехали от ветхого замка со смешанными чувствами, размышляя о сокровище, которое нам предстояло изучить.
– Твое мнение?
– Скользкое дело, – отозвался Безотказэн. – Очень скользкое. Как вещь, подобная «Карденио», могла вдруг всплыть на пустом месте?
– Насколько скользкое по рыбной шкале? Десятка – колюшка, единица – китовая акула.
– Кит не рыба, Четверг.
– А китовая акула – рыба или вроде того.
– Допустим. Тогда… Скажем, дело это скользкое, как рак.
– Рак не рыба, – возразила я.
– Ну, как морская звезда.
– Тоже не рыба.
– Медуза.
– Попробуй еще раз.
– Четверг, к чему все это?
– Я шучу, Безотказэн.
– А, теперь понимаю, – скупо обронил он. – Не смешно.
На самом деле отсутствие чувства юмора не слишком портило моего напарника. В конце концов, ТИПА не самая веселая организация. Но Безотказэн вбил себе в голову, будто без чувства юмора невозможно стать полноценным членом общества, поэтому я как могла старалась помочь ему. Беда заключалась в том, что он мог прочесть «Троих в лодке», ни разу не хмыкнув, и считал Вудхауза «детским чтивом». Случай был клинический, запущенный и, как я подозревала, лечению не поддающийся.
– Мой напрягометрист предложил мне попробовать силы в качестве эстрадного юмориста, – сообщил Безотказэн и уставился на меня, ожидая реакции.
– Ну, твое «как вы находите „гриффин“? – где оставляю, там и нахожу» для начала неплохо, – заметила я.
Прост непонимающе заморгал. Оказывается, он и не думал шутить.
– Вот, записался на вечер «Мы ищем таланты» в «Счастливом кальмаре» в понедельник. Хочешь послушать мой номер?
– Я вся внимание.
Он откашлялся.
– Три муравьеда идут в…
Послышался громкий треск, потом хлопок. Нас занесло, но Безотказэну все же удалось выровнять машину.
– Черт! – выругался он. – Шина лопнула.
Нас тряхнуло еще раз, но теперь мы ехали уже не так быстро, и обошлось без заносов. Безотказэн загнал автомобиль на парковку возле остановки воздушного трамвая «Южный Керни».
– Две покрышки подряд? – пробормотал он, когда мы выбрались из машины.
Мы посмотрели на остатки покрышек, потом друг на друга, а затем на оживленную дорогу: может, тут все прокалываются? Но ни у кого проблем не возникало. Машины спокойно катили себе в обе стороны.
– Как могут обе камеры полететь за десять секунд?
Я пожала плечами. Какие-либо версии на сей счет у меня отсутствовали. «Гриффин» у Безотказэна, ко всему прочему, был новехонький. Я водила всю свою сознательную жизнь, и у меня ни разу не лопалась шина, тем более две одновременно. Поскольку запаска у нас имелась только одна, застряли мы крепко. Я предложила позвонить в ТИПА-отделение, чтобы прислали эвакуатор.
– Похоже, рация сдохла, – сообщил Безотказэн, повозившись с микрофоном и настройками. – Странно.
У меня появилось нехорошее предчувствие.
– Не более странно, чем две лопнувшие шины подряд, – сказала я, направляясь к ближайшей телефонной будке.
– Здравствуйте. Нельзя ли прислать две… – начала я, когда на другом конце провода сняли трубку, и осеклась.
Сверху на телефоне-автомате лежал билет. Я машинально взяла его, и тут же по стальным рельсам над головой как по заказу подкатил воздушный трамвай.
– Что ты там нашла? – спросил Безотказэн.
– Билет на воздушный трамвай, – медленно ответила я, кладя трубку на место. В памяти зашевелились смутные образы чего-то полузабытого. Это сбивало с толку, но я знала, что делать. – Я сяду в вагон и посмотрю, что будет.
– Зачем?
– В опасности неандерталец.
– Откуда ты знаешь?
Я нахмурилась, пытаясь разобраться в своих ощущениях.
– Не уверена. Как будет «дежавю» наоборот?
– Э-э… «Юважед»?
– Ну, вроде того. Что-то должно произойти, и я в этом замешана.
– Я еду с тобой.
– Нет, Безотказэн. Если бы тебе суждено было ехать со мной, я бы нашла два билета.
Покинув ошарашенного напарника, я кинулась на станцию, показала билет контролеру и поднялась по стальным ступеням на платформу в пятидесяти футах над землей. Там никого не было, за исключением сидевшей на скамейке девушки, которая поправляла макияж, глядясь в карманное зеркальце. Она скользнула по мне взглядом, но тут двери вагона с шипением открылись, и я вошла внутрь, гадая, что меня ждет.
Глава 4.
Пять совпадений, семь Ирм Коэн и один отчаявшийся неандерталец
Клонирование неандертальцев было предпринято прежде всего ради получения в качестве подопытных кроликов живых существ, предельно близких по физиологии к человеку, но, согласно букве закона, людьми не являющихся. Эксперимент с восстановленными ДНК клеток из руки homo Llysternef, обнаруженного в торфяном болоте близ местечка Листернев в Уэльсе, завершился беспрецедентным успехом. Впрочем, к разочарованию «Голиафа», даже самые косные представители медицинской науки выступили категорически против проведения опытов над разумными и наделенными членораздельной речью существами. Поэтому первую партию неандертальцев из подопытных кроликов переквалифицировали в пушечное мясо. Однако и этот проект пришлось положить под сукно, поскольку в ходе тренировок обнаружилось, что для военной службы неандертальцам катастрофически не хватает агрессивности. Впоследствии они были постепенно включены в социум как дешевая рабочая сила и торжественно освобождены от уплаты налогов. Поскольку мужчины-неандертальцы оказались бесплодными, а средняя продолжительность жизни неандертальца не превышает пятидесяти лет, о них вскоре забыли, посчитав всего лишь очередным провалом в продолжающейся полосе неудач генной инженерии.
ГЕРХАРД ФОН СПРУТТ. Неандертальцы: возвращение после недолгого отсутствия
Совпадения – странная штука. Мне нравится история о сэре Эдмунде Годфри{1}, который был найден мертвым в 1678 году в канаве на Гринберри-Хилл в Лондоне. За его убийство арестовали и повесили троих – мистера Грина, мистера Берри и мистера Хилла. Мой папа говорит, что большую часть совпадений спокойно можно не принимать во внимание: каждый день вокруг нас происходят миллионы вероятностных пересечений, и некоторые из них иногда всплывают на поверхность, только и всего. «Возьми любого человека на улице, – говорил он, – и покопайся в его прошлом. Очень скоро обнаружится множество совпадений, слишком невероятных для того, чтобы быть случайностью.»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
