– Она и борщ шикарный готовит, – тут же парирует Мила. – Еще она делает вареники с мясом, еще… – она морщила лоб, вспоминая, что еще готовила Идочка Финк.
– Мила, не нужны мне вареники и борщи, и Идочка твоя мне не нужна! – Не на шутку сердился Лев Григорьевич.
– Хорошо, не надо Идочку, в конце концов, есть и другие претеденки.
– Что?! Претеденки? – Лев Григорьевич начинал смеяться, Макс присоединялся.
Мила обиженно замолкала, потом фыркала и улыбалась.
– Шлемазалы вы оба, вот вы кто. Ну и ладно, живите, как хотите.
Но через некоторое время все повторялось. Тетя знакомилась с очередной незамужней женщиной и пыталась сосватать ее брату. Попытка неизменно проваливалась, но, кажется, Мила была этому даже рада. Другую женщину в семье она бы не потерпела.
Макс встречался с разными девушками даже американками, хотя, как правило, они предпочитают соотечественников, иммигрантам, в лучшем случае, предлагалась только дружба. И потом разве будут они хлопотать по дому, варить борщи и делать вареники? В лучшем случае купят гамбургер и разогреют его в микроволновке. А его представление о жене складывалось по Миле, которая готовила, заботилась о нем, провожала на работу и встречала. Именно такой он представлял женщину, которая будет рядом.
Он хорошо зарабатывал и женихом считался завидным. Несмотря на многочисленные связи, серьезных отношений не возникало. Макс заранее знал, что произойдет после первой встречи и после первого поцелуя – все было предсказуемо. Его коробило от каких-то уловок и маленьких хитростей, еще ненавидел притворство и кокетство даже самое невинное. По натуре он был сухой, расчетливый и очень сдержанный мужчина, несмотря на свою молодость. По сути, женщин немного презирал, но сегодня…
Когда он сейчас увидел Валентину, он опешил – что-то удивительно невинное и чистое было во всем ее облике. Это выходило за рамки его представления о женщинах. Конечно, Макс еще при первом знакомстве отметил, что девушка хороша, его даже удивило, что такая красотка сидит в этой глуши. Здесь попадались хорошенькие мордашки, но, как правило, были вульгарные или наоборот какими-то дикими, а еще его поразило, что большинство были с железными коронками. Наверное, поэтому здешние девушки мало улыбаются. Красоту Вали он заметил сразу, кроме роскошной косы, которую она безжалостно скручивала в пучок, у нее был слегка вздернутый носик и выразительные серые глаза. Макс заметил и прекрасные зубы, уж она могла позволить себе улыбаться во весь рот, но была на редкость молчаливой и серьезной, зато, когда улыбалась, на щечках появлялись соблазнительные ямочки. Она нравилась ему, но мысль переспать не возникала. Боже упаси, конечно, не из-за того, что она прислуга – он никогда не был снобом, но в знакомствах был осторожен. В Москве у него была одна подруга, с которой он познакомился в Нью-Йорке, куда Лена приезжала в гости к их общим знакомым. Именно там завязался роман, который продолжилась и в России. Его такие отношения вполне устраивали. Возможно, Лена и имела на него какие-то виды, но никак этого не показывала. Со своей стороны Макс никогда даже не намекал на серьезное продолжение. Наоборот, всегда подчеркивал, что в его работе семья только мешала бы. Но как раз сегодня Лена попыталась устроить ему сцену со слезами и упреками, Макс понял, что ему безразличны и ее слезы и тем более упреки.
– Извини, если был не прав. Ты заслуживаешь лучшего. Прощай.
Вслед послышались проклятья и даже ругательства, но его это больше не трогало. Пока он ехал в машине до Озерного, она без конца звонила. Макс смотрел на высветившийся номер и думал, что совершенно не знал эту женщину, уверенный, что ее так же устраивают их отношения, и еще раз похвалил себя за осмотрительность. А дома ждал такой сюрприз… Черт! Как же эта девчонка его зацепила. Ему это абсолютно не нужно. Какая-то бедная провинциалка… Кстати, она действительно бедна – Макс заметил, что она очень плохо одета, ездит на автобусе и еще эти кошмарные сумки… Все, его это совершенно не касается, он не будет больше думать об этом. Завтра воскресенье, он съездит в Сергиев Посад, давно туда собирался, а в понедельник все встанет на свои места.
Зайдя в ванную, он увидел брошенный Валентиной фен и подумал, что волосы она так и не досушила, еще простудится по дороге, чертыхнулся и полез под душ.
* * *
Людмила Григорьевна смотрела интересный сериал, не американский, конечно, поскольку английский она так и не выучила, а русский, вернее, российский, который шел уже третий месяц. Три месяца в одно и то же время она усаживалась в кресло перед телевизором, рядом в кресло усаживала своего брата, говоря, что сейчас начнется этот дурацкий сериал. Лев Григорьевич каждый раз спрашивал.
– Если он дурацкий, зачем ты его смотришь?
– Лева, я посмотрела уже 184 серии, теперь жалко бросать, надо же знать, чем они закончат. Интересно, объяснится когда-нибудь этот шлемазл в любви. А эта дрейдела, может, скажет наконец, что она беременна. Кстати, у нее уже шесть месяцев беременности, а пока ничего не видно. Ей, наверное, забыли подложить живот.
– Боже мой, как можно это смотреть? – Вздыхал Лев Григорьевич, но покорно садился в кресло и тут же закрывал глаза и через некоторое время тихо похрапывал под ее негодующие возгласы.
– Лева! Я так и знала! Она таки потеряла ребенка! Подумаешь, споткнулась! Лева, ты слышишь меня?!
– Что там случилось, Милочка? – Лев Григорьевич открыл глаза и зевнул.
– Что случилось? Эта идиотка споткнулась и сразу потеряла ребенка!
– Надо было под ноги смотреть.
– Причем здесь, смотреть? Я же про то, как они быстро теряют детей. Помнишь мою подругу еще в Харькове Галку Кулакову. Так вот, когда она нечаянно беременела, рожать никогда не хотела. Что она только не делала? И со стула прыгала и даже со стола, про лестницы я уже не говорю. Один раз ногу сломала – неудачно прыгнула – всю беременность пролежала в гипсе в больнице. Так вот, она почему-то не теряла своих детей, она их рожала, причем раз пять, а эта… Подумаешь, споткнулась! Лева, что ты молчишь? Ой, телефон звонит, может, Максик. Але! Але! Кто это? Лена? Ах, Леночка, здравствуйте. Как вы поживаете?… И мы хорошо…А как там Макс? Вы давно его видели? Недавно? Поругались… Не надо… Ну что вы… Конечно, я поговорю, я попытаюсь. Все будет хорошо… Спасибо, передам…До свидания.
– Кто звонил?
– Это Леночка звонила, ну которая с нашим Максом встречается.
– Что-то случилось?
– Они поссорились, она плачет, бедняжка. Надо их помирить. Порядочная девушка, из очень хорошей семьи. Ее пап был управляющим всем общепитом их города, забыла, откуда она.
– Меня совершенно не интересует ее папа, да и сама она… Мне лично она никогда не нравилась – высокомерная выскочка.
– Да, но у нее столько денег…
– Мила!! – Лев Григорьевич ударил по столу и заходил по комнате – Не смей так говорить! Кому нужны ее деньги? Ты, наверное, забыла, что мы давно не нищие, а если было бы так, Макс, я в этом уверен, посчел бы для себя унизительным жениться ради денег.
– Но он с ней встречался и морочил ей голову, а это непорядочно!
– Непорядочно навязываться мужчине! – Он замолчал, замолчала и Людмила Григорьевна, обиженно отвернулась к телевизору.
– Мила, что она хотела?
– Хотела помириться. Говорит, что он не отвечает на звонки. Позвони ему, Левочка, нет, лучше я сама ему позвоню. Скажи, во сколько надо звонить?
– Тогда позвони ему с утра, пока он дома, но у нас будет очень поздно, ты заснешь.
– Ничего, я почитаю книжку.
Людмила Григорьевна дождалась назначенного часа и набрала номер. Макс сразу же ответил, Мила вздохнула с облегчением, значит, не разбудила.
– Максик! Это Мила.
– Что случилось!? – Сразу заволновался Макс.
– У нас все в порядке, не волнуйся. Просто я давно с тобой не говорила. Как у тебя дела?
– У меня все хорошо. Как папа?
– Папа работает, ходит на какие-то встречи, ругается, таблетки ему даю регулярно, но он молодец. Чувствует себя хорошо, по воскресеньям мы ходим гулять в парк, потом он ведет меня в ресторан обедать.
