Она лежала в своей теплой постели и смотрела в потолок. Сегодня было совершенно новое для нее утро. Она больше не была пленницей ярла Лейва, не нужно было лгать, наконец можно быть собой. Улла запустила руки в волосы, с наслаждением перебирая их. Сладко потянулась. Теперь ей предстоит много работы, нужно будет показать свою силу людям и убедить Скалля. Но это не должно было стать чем-то сложным, ведь боги сами выбрали ее, а значит укажут верный путь, когда она попросит.
Улла соскользнула с кровати.
- Куда ты собралась? – зашипел Торгни, хватая ее за запястье.
Улла пыталась проскочить мимо него за дверь.
- Хочу принести воды, - прошипела она и встряхула рукой.
- Я принесу.
- Мне что, теперь нельзя даже за водой выйти?
- Скалль велел охранять тебя.
- Скалль хотел, чтобы я пережила эту ночь. Я почти уверена, что уже утро, - Улла гордо воскликнула нос.
- Ладно, иди, - Торгни махнула на нее рукой, будто бы ему было плевать на провидицу и приказ конунга.
На самом деле он приоткрыл дверь и наблюдал за тем, как Улла прошмыгнула мимо перевернутых столов и лавок, оставшихся после свадьбы. Маленький силуэт девушки петлял в полутьме. Когда она приоткрыла двери, ведующие на улицу, Торгни заметил, что стало и вправду светлее. Наступало утро.
Улла увидела рядом с домом деревянное ведро, наполненное водой. Но сейчас на поверхности была плотная корка льда, которая поддалась только на третий удар ее маленького хрупкого кулака. Холодная вода резко обожгла пальцы. Зашипев, Улла уже собиралась вернуться в дом, но краем глаза увидела силуэты на горизонте. Тор все еще вел сражение со змеем.
Провидица набрала в легкие воздуха и закрыла глаза, будто пыталась прямо сейчас поговорить с Тором, но ничего не произошло. Снова шум и треск, какой был и раньше. В ушах зазвенело от громких звуков, доносившихся из Асгарда. Улла открыла глаза и вздохнула.
- Скоро мы повговорим, Тор, ведь, к счастью, ты наконец-то рядом. А то я устала ждать, - улыбнулась она, будто обращалась к давнему знакомому, который сильно припозднился на их встречу.
Удивительно, но близость бога и чудовища ее совсем не пугали. Улла уже очень давно ожидала их в Мидгарде, поэтому теперь только вздохнула с облегчение.
Наконец-то рагнарёк начался.
Улла вернулась в комнату и заметила, что ее охранник пристально осматривал залу, ожидая её возвращения. Торгни смерил ее долгим взглядом и забрал из рук ведро. Они умылись в полном молчании.
В комнате все еще было темно, поэтому разглядеть мужчину Улле толком не удавалось.
- Можно мне уже на улицу? – прохныкала Улла, скрещивая руки на груди.
Торгни, заканчивая протирать мокрыми руками шею, замер и вздохнул.
- Спросишь это у Скалля, когда он вернется,.
- А когда он вернется?
- Когда посчитает нужным.
- Где он спал этой ночью?
- Не имею ни малейшего понятия.
- Лейв выделил ему один из больших домов здесь рядом.
- Вероятно, он там.
- Сходишь за ним?
- Нет.
- Мы просто будем ждать, когда он придет?
- Да.
Улла подняла глаза к потолку и простонала.
- Ты куда-то торопишься? – хмыкнул Торгни.
- Скалль хочет, чтобы я призвала на помощь Тора. А он, как ты видишь, очень занят. Мне нужно подготовиться к ритуалу и придумать, чем усилить свой зов… Здесь мне плохо думается, - скривилась девушка.
Торгни смог это заметить, потому что разжег несколько больших свечей. Он ухмыльнулся, замечая, как забавно она вздернула свой носик.
- Не хочешь пока узнать, кто пытался тебя убить? – заговорщецким шепотом спросил Торгни и кивнул на дальний угол.
Улла вздрогнула, ведь она совсем забыла про ночное происшествие. Неуверенно девушка приблизилась к трупу и присела рядом. Отодвинула в сторону повалившийся табурет, кувшин, несколько горшков и шкатулок, которые во время драки мужчины повалили со столика. Потом взялась руками за край плаща, накинутого на голову убитого. И замерла.
- Никогда не видела трупы? – спросил Торгни и подошел ближе.
- Нет, не в этом дело, - поежилась Улла. – Вдруг это кто-то, кого я считала другом?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Кого в Скогли ты считала другом? – удивился Торгни.
- Может быть, Вальдр был им… После ухода отца он помогал нам с матерью по хозяйству. Я бы не хотела, чтобы это был он, - Улла поджала губы и повернулась к рыжему воину, подняв на него глаза.
- На миг мне показалось, что тебя вполне устраивает людская ненависть. Видимо, я ошибся, - хмыкнул Торгни и улыбнулся.
Улла же неоднозначно покрутила головой:
- То ли да, то ли нет… - она набрала в легкие воздуха и наконец подняла край плаща. И облегченно выдохнула. – Это Олаф, - вдруг она хохотнула. – Признаться… Я до смешного удивлена. При ярле Лейве он бы никогда не решился на такое. Всегда был паинькой. О, Олаф, тебе ведь всегда не хватало мозгов, верно?
Торгни заинтересованно разглядывал неопрятного бородатого воина, одетого в поношенную теплую рубаху и штаны не по своему размеру, утянутые тугим поясом.
- Он ненавидел тебя?
- Нет, но вот Ненне ненавидел всю нашу семью уже многие годы. А Олаф был его глупым доверчивым прихвостнем. Наверное, только его и можно было убедить пробраться этой ночью ко мне, чтобы убить. Он верил всему, что Ненне говорил, - Улла вздохнула. – Жаль его.
Но она безразлично накинула край плаща обратно на голову покойника и прошла к кровати. Достав гребень, девушка стала расчесывать свои спутанные волосы, разрушая остатки свадебной прически. Торгни смотрел на нее долгим взглядом, словно видел ее при ином свете. И никто ничего не говорил.
Молчание так бы и висело в воздухе после этих слов, но в помещение вошел Скалль.
- Ты жива, - удовлетворенно улыбнулся он и хлопнул в ладоши.
- А ты, смотрю, выспался, - устало протянул Торгни и подошел, чтобы поприветствовать друга. - Нам нужно вынести тело до того, как все проснутся, - он указал пальцем в дальний угол, где торчали поношенные башмаки несчастного Олафа.
- Что ж, я рад, что ты был здесь, - Скалль засучил рукава и повернулся к Улле: – Ты готова? Я хочу начать скорее, чтобы мы вышли в море до заката.
Вёльва тяжело сглотнула, пытаясь не встречаться глазами с конунгом. Наверное, никогда нельзя быть готовой к такому. Всю свою жизнь Улла взывала к богам, а теперь, как она сама говорила, боги обращены ушами только к ней одной, оставив всех остальных людей. Невероятное время для вёльвы. Невероятные возможности! Но все-таки Улла боялась, что еще не готова пробудить в себе силу, способную привлечь внимание Тора во время его самого опасного сражения. В глубине души она очень боялась, что не сможет.
- До заката не получится, - выдохнула наконец Улла.
- Почему? – Скалль был явно недоволен этим.
- Мне нужно много времени, чтобы провести все приготовления. Ритуалы не терпят спешки. Мне нужно усиление, чтобы создать зов, который долетит до Тора. И люди будут ждать столько, сколько потребуется, чтобы я смогла провести всё в точности, как того требуют священные порядки, - девушка продолжала расчесывать свои волосы, все еще не смотря на конунга и его друга. И если бы они пригляделись, то увидели, что ее руки трясутся.
Но мужчины только переглянулись и нахмурились. Неожиданное высокомерие вёльвы поразило их обоих, лишив дара речи. Торгни еще во время их ночного разговора понял, насколько вёльва возвышает себя над ними, хоть ее положение было до смешного шатким в этой ситуации. Разве, думал Торгни, не должна она сейчас кланяться в ноги Скаллю за то, что тот оставил в живых, дал возможность проявить себя и даже заступился перед целым городом? Да и он, спасший ее ночью от убийцы, заслуживал более уважительного отношения.
Но Улле, конечно, так не казалось.
- Не забывайся, прорицательница, - сощурился конунг. – Ритуал нужен, чтобы ты вернула себе доверие людей и обрела мою благосклонность. Пока ты движешься в обратном направлении.
- Что за вздор! – Улла всплеснула руками. - Ритуал нужен лишь, чтобы я помогла вернуть море к берегам. Потому что ты не хочешь идти по суше.
