Короче, здесь довести моё тело до идеала было и быстрее и проще. А значит и усилий на это потратить будет не жаль.
— Прекратить! — громкая команда, прилетевшая откуда-то сбоку, в то же мгновение закончила едва-едва начавшуюся драку. И даже толпа, возжелавшая меня разорвать моментально притихла, — Вы что тут, паразитки, устроили⁈ Силу девать некуда? Так я найду, куда её применить! А ну марш все по своим местам! Сегодня всем двойной норматив!
С гулом возмущения и тихими проклятьями в мой адрес, толпа начала расходиться, даже отпустив Кесси, схваченную кем-то во время боя. Держали её не со зла, а чтобы не мешалась у нас под ногами, так что и руки ломать кому-то мне не было необходимости. Пусть идут.
Тем более, по нашу душу, похоже, явилась хозяйка всего этого комплекса.
— Мастер, мы… — подняв получившую удар в печень женщину, остальные забияки что-то пытались промямлить, но все их оправдания были решительно прерваны.
— Молчать! Потом поговорю с вами. И разберём все ваши ошибки как следует, вдумчиво… А теперь марш отсюда, чтобы вас было ни видно, ни слышно! И Апинью в лазарет отнесите — у неё, похоже, печень отбита.
Проводив взглядом четвёрку ушедших женщин, крепкая старуха… Да что там крепкая! Мощная, словно высеченная из камня, чей возраст мог легко быть как пятьдесят, так и все восемьдесят лет (по азиатским лицам не всегда можно верно оценить возраст), с телом, увитым тонкими, сухими, но явно стальными мышцами, с почти исчезнувшей грудью, но задницей, способной наверное грецкие орехи колоть, пристально осмотрела меня своими чёрными глазами.
— Так вот ты какой… Верно Ваан говорила. Силён. А я-то девок терроризировала — думала они какому-то слабаку городскому, размалёванному продули. Чуть ноги им не повыдергала! Ну, проходите что ли. Покажу свою вотчину.
К слову, сама Ваан уже ретировалась под общий шумок, оставив нас с Кесси только вдвоём. А значит, она либо струсила, или, что наиболее вероятно, весь этот спектакль был просто проверкой на вшивость. Достоин ли я был вообще того, чтобы на меня тратили время.
— Приветствую, госпожа Велламо, — я сделал очередное традиционное приветствие равного равному, — Меня зовут Колбин Владимир Владимирович. А это моя секретарша, Кесси.
— Просто Кесси? — удивилась стальная старуха.
— Просто Кесси, — подтвердил я, — У неё пока нет фамилии.
— Хм… хорошо. А я — Велламо Амарин — третья старейшая этого анклава. Отвечаю за физическую подготовку девочек. Кстати, хочу извиниться за этих засранок, поведших себя недостойно! Обещаю, они своё ещё получат.
— Беспокойное Море и Бессмертная… Суровое у вас сочетание имён. Впрочем, они вам явно к лицу! — постарался я поддержать разговор.
— Хо, нечасто встретишь вдали от родины кого-то из белых европейцев, что может похвастаться такими знаниями чужой культуры. Впрочем, многие и о своей-то ни черта не знают! Нынешние поколения без нейропомощников даже подтереться не способно, не то, что мы! А кое-кто даже читать уже не умеет, ты представляешь? Всё через озвучивание машиной воспринимает! Немыслимая деградация! Старших не уважают, работать не хотят и не учатся. Только и умеют, что сношаться по подворотням, да колёса жрать…
Мы медленно шли вдоль огромного ангара, превращённого в тренировочную базу, и слушали причитания женщины о временах и нравах, сдобренные какофонией десятков тренирующихся людей. Ну, чисто бабка у подъезда!
Весь мир у неё — шлюхи да наркоманы. Одно их поколение всё в белом.
И, тем не менее, слушая её монолог и поддакивая вовремя, я не забывал изучать местную обстановку. Огромный ангар, построенный на стальном каркасе, с отделкой из современных материалов, был разделён на несколько зон. Площадка, уложенная матами, где спарринговалась младшая поросль. Зона с тренажёрами. Свободная зона для боя с тенью, ката или работы со скакалкой, где было упругое резиновое покрытие. И в самом конце четыре боевых ринга, каждый из которых отличался своей уникальностью.
Классический боксёрский ринг с канатами. Пентагон, закрытый со всех сторон сеткой, как в ММА. Площадка с песком вместо пола. И самый жёсткий вариант — голый бетон, покрытый заливным полимерным покрытием.
Каждый из рингов, похоже, имел свои правила и ограничения. Так за канатами девушки часто носили шлемы, капу и средние боксёрские перчатки. Внутри пентагона снаряжение ограничивалось только каппой и тонкими перчатками без пальцев, а на песке девушки и вовсе бились в шортах да майках! Капа, тем не менее, всё ещё присутствовала во рту.
Четвёртая же площадка сейчас пустовала, но даже издали я успел отметить на ней несколько въевшихся пятен засохшей крови. Видимо, там занимались только самые опытные бойцы, в условиях, приближённых к реальным боевым.
— Ну как? Впечатляет⁈ — не без гордости обвела руками свою вотчину старейшая, когда мы прошли ангар насквозь. Метров двести он был в длину, если мне не изменял глазомер.
— Более чем. Очень достойный комплекс. Для меня было бы честью позаниматься здесь!
— Учить я тебя не стану. Это запрещено, — строго посмотрела на меня женщина.
— И не нужно. У меня свой путь.
— Я заметила. Карате-до? Бокс? Муай-тай?
— В основном последние два. Элементы иных искусств я применяю только по ситуации.
— К примеру, акупунктуру, — кивнула понимающе мастер Велламо.
— И акупунктуру, и захваты, и удушение, и если нужно, броски. Во главу угла поставлена скорость выведения противника из строя. Как со смертельным исходим, так и без него — по ситуации.
— Хорошо! Я дам тебе доступ к тренажёрам, площадкам для спарринга и медицине. В любое время дня и ночи можешь тренироваться, как тебе нравится, — сложив руки в замок на груди, старуха с хитрой улыбкой пострела сперва на меня, а после перевела взгляд на своих подопечных у меня за спиной.
— А что взамен?
— Спарринги с моими воспитанницами! В полный контакт. Минимум пять боёв в день. Выдержишь?
— Один на один? Двое на одного?
— А потянешь двоих-то? Эффекта неожиданности, смотри, уже не будет, — взлетели её брови вверх, а указательный палец упёрся мне в торс.
— Почему нет? Я не боюсь проиграть, наоборот, так для меня будет только лучше.
— Ха! Хоть у кого-то в этом городе есть яйца и мозги! — хлопнув меня по плечу своей стальной рукой, старуха рассмеялась, отправившись восвояси, — Осваивайся здесь потихоньку!
— Всё? Мы наконец-то уходим из этого жуткого места? — тотчас подскочила ко мне Кесси, нервно озиравшаяся вокруг.
— Страшно было? — улыбнулся я ей в ответ.
— Да капец вообще! Я думала, они тебя убьют! Что эта жуткая тётка сказала?
— Мне дали разрешение здесь тренироваться. Так что нет, Кесси, мы пока не уходим. Шорты и бинты мои у тебя?
— Да, вот, — Кесси выудила из своей сумочки туго стянутый пакет.
— Идём! Мне нужно переодеться. Теперь мы будем каждый день здесь бывать!
— О не-ет… каждый день! Да за что мне всё это⁈
Не переставая тихонько ныть, тем не менее, Кесси беспрекословно следовала за мной всюду, не смея ослушаться даже в мелочах. Словно тень, девушка была рядом, даже трясясь от страха, и это делало ей немалую честь!
Она помогла мне переодеться, закрывая от похотливых взглядов местных девиц как могла, спрятала всю одежду и обувь в пакет, не доверив её местным шкафчикам, после чего терпеливо подавала мне боксёрские бинты, покуда я медленно, но методично наматывал обмотку на руки и ступни, на манер муай-тай.
— Идём! — подскочив с лавки, я направился к беговым тренажёрам на разогрев.
(Пример формы в Муай-тай)
Глава 5
(без вычитки)
Моя тренировка шла больше пяти часов. Начав с расслабленного бега, я постепенно повышал нагрузку, закончив разогрев рваным ритмом с кратковременным ускорением до предела. Так что за час в совокупности пробежал больше пятнадцати километров!
