«Ей бы не на работе вкалывать с угрозой для жизни, да наблюдая различную жесть, а дома сидеть и детей своих нянчить. В тепле, сухости и безопасности. Не боевая Кесси девчонка, совсем не боевая. Скорее домашняя. А вот её сестра, судя по описанию Лотос, даже очень зубастая! Хм… А что если провести рокировку? Марию я всё равно хотел приручить и использовать к обоюдной выгоде наших семей. Так почему бы не взять в секретарши или даже помощницы её, а не Кесси? Та пусть дома сидит, на хозяйстве, домом моим управляет. Или ещё лучше, вообще поглощу семью Шульц, сам туда перейдя! Возьму в жёны обеих девчонок! В Лазбурге можно и такой финт ушами провернуть — никто и не почешется. В этом времени и не такая дичь встречается повсеместно. Да и вообще, Владимир Шульц — тоже ведь неплохо звучит?», — пока строил наполеоновские планы, я старательно латал дыры в ауре девушки, сидевшей неподалёку. Корректировал потихоньку её сознание, приглушив ненависть к старшей сестре и добавив чуть-чуть силы воли. (Ни одна личность не переживёт резкого своего изменения и попросту может начать распадаться, так что действовать следовало поступательно и аккуратно.) А заодно мягко стимулировал выработку четырёх гормонов счастья: дофамина, серотонина, эндорфинов и окситоцина.
И Кесси начала, наконец-то медленно оживать!
Если ещё несколько минут назад она сидела, сгорбившись, с потухшим взглядом, уставившись куда-то далеко в пустоту, и даже не замечала проходящих рядом наглых девиц, специально на английском обсуждавших её «блядскую суть». То теперь на её лице даже начала играть лёгкая полуулыбка!
Глазки ожили. Спинка выпрямилась. И словно опомнившись, Кесси, наконец, потянулась, красноречиво выпятив вперёд свою крупную крепкую грудь. Свою женскую гордость!
Ни одна тайка здесь такой похвастаться не могла, и она это знала.
— Владимир Владимирович, а мы здесь ещё надолго? А то уже кушать очень хочется, — мягко улыбнувшись мне, девушка тут же осмотрелась вокруг.
— Я не ослышалась? Она жрать захотела⁈ Да этой корове уже не мешало бы похудеть! Ты смотри, какую она жопу наела. А сиськи? С таким выменем только в коровник прямая дорога!
— Ха! Точно-точно, удои рекордные ставить. Мозгов-то всё равно нет — всё в сиськи ушло!
Пара юных таек (лет по шестнадцать) мерно качали пресс своих поджарых тел, бесцеремонно насмехаясь над внешностью моей секретарши. При этом говорили они на английском, чтобы Кесси точно их поняла.
— Девушки, зависть — это плохое чувство, ведущее к саморазрушению. Вы разве не знали? — теперь же, чуть придя в себя, Кесси не только услышала их разговор, но и ответила нахальным тайкам, — И вообще, имейте в виду, сильные женщины созданы для работы. А мягкие и слабые — для любви. Так что если завидуете, делайте это хотя бы молча!
Под конец она так высокомерно улыбнулась и столь снисходительно осмотрела двух не самых симпатичных девиц (с грудью где-то первого размера с копейками), как умеют только уверенные в своей красоте женщины.
Тех таек аж перекосило от злости!
Щебеча оскорбления на своём родном языке, они обе отстранились от снарядов, медленно начав приближаться к Кесси. И она, не будь дурой, сразу же встала со своего места, моментально оказавшись рядом со мной. Всем своим видом показывая, что находится под защитой вполне конкретного человека!
Я сейчас как раз был у мешка, снова отрабатывая тяжёлые боксёрские удары, и удары ногами из муай-тай, осыпая снаряд со скоростью пулемёта. Стокилограммовый мешок мотало из стороны в сторону со страшной силой, а иногда даже подбрасывало вверх на несколько десятков сантиметров!
Не решившись нарываться на неприятности как недавняя четвёрка более старших коллег, парочка перекаченных подростков поумерила пыл, быстро ретировавшись куда-то по своим делам.
— Ты как? Всё хорошо?
— А? Да, конечно! Всё просто прекрасно, — улыбнулась мне Кесси. Она ожидаемо не заметила моего воздействия на неё, и теперь была в куда более светлом настроении, чем даже утром. Теперь-то я это отчётливо видел даже обычным человеческим взглядом.
— Ладно, хватит на сегодня — идём домой. Тренировка была что надо, но нужно и меру знать, — начав разматывать бинты на руках, я медленно двинулся в сторону выхода.
— Ох, ну наконец-то! Я уж думала, помру от скуки! Здесь даже доступ в сеть ограничен.
— А ты в следующий раз книжку скачай почитать, или с документами поработай в виртуале. Локальное расширение для наладонника купить несложно.
— Да ну! — отмахнулась Кесси, — В сети работать удобнее — там сразу всё есть, в облаке или на сайтах. Да и книжки читать уже лет сто не модно — проще послушать аудио версию. Или и вовсе установить приложение с нейросетью, что пишет книги на лету. Говорят там можно любые теги выбрать, в одно предложение описать общую концепцию, и нейронка любого размера роман накатает за пару минут! Хочешь фантастику? Пожалуйста! Фентези? Да хоть сто томов! Даже психоделическую муть выдавать научилась, под соусом какой-нибудь философии. Куда там людям из далёкого прошлого…
Под её энергичный бубнёж я спокойно разматывал бинты на руках, двигаясь к выходу. Неожиданно из-за какого-то высокого тренажёра вышла и хозяйка огромного комплекса.
— Ну как вам у нас? Понравилось? — с интересом разглядывала мои разгорячённые мышцы старуха Велламо Амарин.
— Очень всё круто! Благодарю за оказанное доверие. Спарринги начнём сегодня или уже с завтрашнего дня?
— Лучше завтра, сразу после твоего разогрева, — взглянув мне в глаза, старуха ухмыльнулась, — Пока ты ещё можешь сносно двигаться, и полон сил.
— Договорились. До завтра.
— Ну-ну… Хе! — чему-то ухмыльнувшись, Велламо снова вернулась к станкам, на которых занимались совсем юные девочки лет тринадцати.
Мы же с Кесси добрались до шкафчиков, где я, заняв место на пустой скамейке, наконец-то смотал бинты с ног и приготовился к водным процедурам.
— Ой. А ты что, и в душ здесь пойдёшь⁈
Видя, как я беру из шкафчика большое одноразовое полотенце и оборачиваю им свои бёдра, просто чтобы немного прикрыться перед подрастающими ещё девочками, сновавшими по коридору туда-сюда, девушка неожиданно растерялась.
— Да тут же девки одни! Ты что!
— Не переживай, Кесси, никто меня тут не изнасилует. А помыться надо! Я же потный весь и жутко вонючий после работы.
— Да, но!.. Может…
Исчез в проёме душевых я раньше, чем она успела что-либо придумать, и моментально очутился в бабьем царстве. Не по контингенту, а по духу…
Весь интерьер, внешний вид фурнитуры, дизайн стен и светильников, кричали о женской руке. Ну и десяток голых девичьих тел также прилагалось к комплекту! Как и весьма характерные визги и даже стоны из одной душевой кабинки где-то поодаль…
Под удивлёнными и заинтересованными взглядами я двинулся вглубь помещения.
«Логично, чё. Мужчин у них нет. Анклав чисто женский, а значит, и снимать стресс есть возможность только друг с другом… Типичная проблема для закрытых однополых организаций. Те же военные училища прошлого, где мальчишки взрослели без доступа к девочкам хотя бы иногда, и без определённой доли свободы с доступом к порно, тоже провоцировали ненормальные половые отношения. Что является общей проблемой такого подхода!»
Выбрав свободную душевую, совершенно не стесняясь любопытных девичьих глаз, я вошёл в закуток без дверей, сняв с себя полотенце и повесив его под небольшим козырьком, должным защитить его от воды. После чего начал тщательно изучать сенсорную панель настройки и режимы работы вполне современного душа.
«Но вот что характерно. Если от однополых связей среди мужчин меня чуть не выворачивает от отвращения, то к расшалившимся девушкам отношение совершенно спокойное. Почему так?.. Хм. Наверное, потому что в первом случае, гомики теряют свою мужественность, и начинают вести себя не так как должны мужчины. И этот диссонанс вызывает во мне сильный отклик. А девушки, даже развлекаясь друг с другом, остаются в рамках своей женственности, и их поведение не вызывает во мне внутреннего отторжения… Э⁈»
