Разумеется, не исключалось, что преступление совершено из политических соображений. Тем более раз уж соотечественники профессора в том не сомневаются. Но где здесь отыщешь изоляциониста? Ведь здесь курице не укрыться и уж тем более не загримироваться под человека. Наемный убийца?
Кора решила поговорить с Греггом, чтобы узнать, насколько свободно прилетают сюда бродяги или туристы с других планет. Но видеофон администратора молчал. Того не было ни дома, ни на службе.
Будь Кора в обличии нормальном, своем, она отправилась бы в городок, зашла бы в бар, поужинала в ресторане, поговорила с людьми – может, даже сблизилась бы с каким-нибудь рудокопом или космонавигатором. Но вряд ли она представит интерес для навигатора в образе курицы, даже если убедит, что ее шкура – временная. Ведь бравые штурманы не ждут, пока лягушки сбросят пятнистую кожу и превратятся в принцесс.
Значит, этот путь расследования, самый плодотворный, если ты молода и хороша собой, исключается. Придется работать в одиночку.
Чтобы не терять времени даром, она решила проникнуть в квартиру Гальени – в собственную квартиру. Как она поняла, никто еще специально ее не осматривал, – но чем больше ей удастся узнать об убитом, тем больше шансов понять, кто же убийца.
День уже клонился к закату. Кора проголодалась. Ей не хотелось идти по больничному коридору в столовую или на кухню – она знала, что ей предложат обычную кашу или бутерброды. Бутерброд она еще могла съесть, но без всякого удовольствия. Каша была ей противопоказана. Попробуйте хлебать кашу, если у вас клюв!
Голод стал дополнительным позывом к походу в дом археологов. Почти наверняка там сохранилась какая-то пища – зерна, крупа, орехи – мало ли что вкусное может там оказаться! В крайнем случае она выцыганит что-нибудь у ассистента.
Разумеется, лучшим путем к бегству из больницы было окно, но Кора не до конца верила в силу своих крыльев и потому избрала самый обычный способ – лестницу.
У входа в сад за столиком сидела медсестра в наколке.
– Хотите погулять в саду? – спросила она, тем самым избавив Кору от необходимости придумывать.
Кора кивнула.
– Через час ужин, – улыбнулась снисходительно сестра. – У нас сегодня сырники.
От слова «сырники» у Коры что-то перевернулось внутри – видно, курицы не выносят сырников. Она попыталась вежливо улыбнуться, хоть куриная физиономия и не приспособлена для этого.
– Да, – вздохнула сестра. – Нелегко вам приходится.
– Нелегко.
– А когда вам… рожать? – Сестра не хотела показаться назойливой – это было выражением сочувствия. Ну кому охота рожать за другую женщину!
– Не знаю, – сухо ответила большая курица и поспешила по ступенькам в скудный полярный сад, где на лавочках сидели ходячие больные с посетителями. Ее появление не прошло незамеченным. Люди смотрели ей вслед, шептались, даже перекрикивались – конечно же, в таком небольшом городке, да еще на краю Галактики, новости путешествуют мгновенно. Здесь все знали о смерти археолога и трагедии в космопорту, где погибли две женщины – Кора и Гальени-папа. Так что всем было ясно, что под перьями громадной курицы скрывается гибкое тело земной девушки.
Кора прошла в глубину сада, где кусты сблизились настолько, что скрывали ее от любопытных глаз. Вот и забор – высокий кирпичный забор. Через него надо еще перебраться. Но как?
Кора решила, что забор-то одолеть можно. Потому, отыскав свободную от кустов полянку, примыкающую к забору, она разбежалась и отчаянно замахала крыльями, надеясь перелететь через забор. Ей это почти удалось – но все же она со всего размаха ударилась грудью о верхнюю часть забора и, ушибшись, медленно сползла на траву.
Тут же вспыхнула тревожная мысль: как бы не разбить яйца!
Она прислушалась, сидя у забора и вытянув вперед короткие желтые когтистые ноги. Внутри все молчало!
И все же перелетать через забор придется.
Кора отошла подальше от забора и мысленно прицелилась к перелету с большим запасом. Крыльями она начала бить так, словно плыла на скорость.
В нужный момент тело послушно оторвалось от земли и перелетело через забор так, что между животом и вершиной забора оставался пробел сантиметров десять.
Рожденный курицей летать не может! Кто это написал? И имелась ли в виду курица? Нет, кажется, речь шла о робких пингвинах.
Перелетев через забор, Кора довольно плавно опустилась на пешеходную дорожку, до смерти перепугав мирно гулявшую розовую лохматую собаку. Собака, как назло, оказалась небольшой, но совершенно бесстрашной. Она угадала в гигантском существе самую обыкновенную курицу и кинулась вслед за ней. Кора поняла, что ей нельзя ждать от собаки добра. Она припустила по улице и нырнула в первый же проулок. Проулок был узок, так что крылья пришлось прижать к телу. Собака, не ведая страха, кинулась следом за Корой и готова была уже схватить ее за пятку. Вот тут-то Кора остановилась и, подождав, наклонила тело вперед таким образом, чтобы загнуть голову под брюхо и посмотреть назад.
Когда собака подбежала, завывая от предвкушения того, как она сейчас вонзит зубки в куриное тело, Кора резко выставила назад ногу. Ударившись с ходу о костяную пятку, собака полетела назад и скрылась на основной улице. Она обогнала свой собственный визг, который еще несколько секунд бился в проулке в поисках выхода.
К счастью, проулок не был тупиком, и Коре не пришлось встречаться с опечаленным хозяином собачки. Она проследовала дальше и вскоре вышла к дому, где жили археологи.
К тому моменту голод завладел всеми ее желаниями – она была рабыней собственного желудка. И даже понимала, в чем дело: ведь она была будущей матерью, ей приходилось кормить не только себя, но и как минимум три яйца.
Дверь в дом была открыта.
Кора вошла в коридор и позвала:
– Господин Орсекки, где вы? Я к вам пришла в гости.
Дом молчал. И молчание отзывалось пустотой. Было очевидно, что никого дома нет.
* * *
Кора сразу прошла на кухню.
Это никуда не годилось: дело должно стоять на первом месте. Но Коре хотелось есть.
Не таясь, она зажгла свет и поразилась тому, насколько иначе устроена кухня в доме археологов, чем в человеческих домах.
На кухне не было плиты и печки. Вокруг комнаты шли широкие полки, на которых стояли мешки с различными зернами и орешками. В большинстве своем они были Коре незнакомы, но по запаху и вкусу очень приятны.
Тело Коры знало, как устроиться на круглой плоской метровой подушке, лежавшей на полу рядом с другими такими же подушками. Тело даже подсказало, какую из подушек занять и за каким из мешков с орешками протянуть когти.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
