отделаны желтым пластиком, а раковина, кухонные принадлежности, включая холодильник и электрическую духовку, – из нержавеющей стали. В холодильнике я обнаружил набор самых разнообразных продуктов. Отодвинув дверцу кухонного шкафа, я увидел на пластиковой подставке девять бутылок шампанского «Дом Периньон». На этом осмотр кухни можно было закончить. Вернувшись в комнату, я прошел – в окружении шелка и кожи – по желтому ковру в другой конец комнаты, где обнаружил на краю шелковой панели другую латунную, а может и золотую, пластинку, нажал на нее, толкнул панель и попал в ванную комнату. О вкусах, конечно, не спорят, но мне понравилось. Сплошь зеркала и мрамор – красный мрамор с желтыми прожилками. Ванна, рассчитанная на двоих, также мраморная. За зеркальными дверцами двух шкафов хранились обширные запасы косметики, которой хватило бы на целый гарем.
Я вернулся в царство шелка и кожи. Нигде никаких ящиков, ни единого предмета меблировки, где мог лежать хотя бы клочок бумаги с какими-то записями. На столике не было ничего, кроме телефонного аппарата, естественно желтого цвета, и телефонного справочника в красной кожаной обложке. Тридцатифутовая стена напротив кровати тоже ничем не заставлена, однако вдоль нижней части тянулась шелковая драпировка шириной три фута, в отличие от остальной шелковой отделки падающая мягкими складками, как на портьерах. Я потянул за край драпировки, она раздвинулась, и перед моим взором предстали ряды выдвижных ящиков из какого-то дерева, похожего на красное, но более насыщенного цвета. Я выдвинул один из ящиков. Женские шлепанцы, не меньше дюжины, в два ряда, различных цветов, фасонов и размеров – от самых маленьких до довольно больших.
Проверив еще пять ящиков, я направился к телефону. Я увидел достаточно, чтобы понять главное: Мег Дункан не единственная обладательница ключей от входной двери и лифта. Я обнаружил еще один ящик с тапочками, опять же разных цветов и размеров, и два ящика ночных сорочек. Это производило сильное впечатление. Разложив на кровати для сравнения восемь ночнушек, я понял, что они также представлены в самом широком диапазоне размеров, после чего пошел к телефону и набрал номер. Если и был определенный риск, что телефон прослушивался или имел параллельную линию, то весьма незначительный, и я выбрал наименьшее из зол, поскольку звонить из телефонной будки на улице мне казалось еще рискованнее.
Сол Пензер, чей номер я прямо сейчас набрал, был фрилансером, к услугам которого мы прибегали только тогда, когда нам требовался не просто оперативник, а лучший из лучших. Но мне ответила лишь девушка из телефонной службы, заявившая, что мистера Пензера нет дома и неизвестно, когда он вернется, но я могу оставить для него сообщение. Отказавшись, я набрал другой номер, Фреда Даркина, занимавшего второе место в рейтинге оперативников, и, к счастью, Фред сам взял трубку. Он сказал, что никаких дел на сегодня у него нет.
– Теперь есть, – заявил я. – Собери сумку на неделю. Скорее всего, ты освободишься раньше, но чем черт не шутит! Приходи в чем есть, парадный костюм не обязателен, но на всякий пожарный прихвати с собой ствол. Он тебе навряд ли понадобится, но оружие лишним не бывает. Приезжай на Западную Восемьдесят вторую улицу, дом сто пятьдесят шесть, вход с цокольного этажа, там, где управляющий, и позвони в дверь. Тебе откроет мужчина, хотя, возможно, и женщина. Они то ли кубинцы, то ли пуэрториканцы. Точно не знаю. Но говорят по-английски. Назови ему или ей свое имя, сообщи, что ты ко мне, и будешь иметь удовольствие меня лицезреть. Можешь не торопиться. У тебя целых три минуты на сборы.
– Восемьдесят вторая улица, – повторил Фред. – Убийство. Как бишь его зовут? Йегер.
– Ты слишком много читаешь, наслаждаешься всякими ужасами и делаешь скоропалительные выводы.
Складывать воздушные ночнушки отнюдь не мужская работа и отнимает кучу времени, но я, стиснув зубы, справился с задачей, ибо детектив всегда должен оставлять место осмотра в первозданном виде. Уложив это добро обратно в ящик, я вызвал лифт, спустился на нижний этаж и подошел к открытой двери слева по коридору. Семейство Перес проводило совещание на кухне. Мать и отец сидели, Мария стояла. В кухне было светлее, чем в коридоре, а истинный бриллиант при свете сияет ярче. Глядя на Марию, любой мужчина из плоти и крови невольно думает: «Какого черта! Я могу сам мыть посуду и штопать носки. Бежевая ночнушка с кружевным верхом среднего размера сидела бы на ней идеально». С трудом оторвав от Марии взгляд, я перевел глаза на ее родителей:
– Скоро придет один человек. Высокий и довольно упитанный. Он назовет свое имя. Фред Даркин. Спросит меня. Пошлите его наверх.
Реакция миссис Перес оказалась вполне предсказуемой. Я не имел права рассказывать об этом месте, они ведь собирались мне заплатить и так далее и тому подобное. В результате, чтобы остаться в хороших отношениях с клиентами, пришлось битых четыре минуты объяснять, почему, когда я отсюда уйду, мне придется оставить там Фреда. Успокоив миссис Перес, я позволил себе бросить еще один взгляд на Марию, после чего поднялся на лифте обратно и продолжил осмотр ящиков. Не буду тратить время на перечисление того, что я обнаружил. Короче, там было все, что может понадобиться клиентам подобного рода заведения. Упомяну только две детали: во-первых, я нашел только один ящик с мужскими принадлежностями, причем все шесть пар пижам оказались одного размера; во-вторых, ящик, в котором я отыскал портсигар Мег Дункан, очевидно, предназначался для всякой всячины. Три женских использованных носовых платка, компактная пудра, женский зонтик, спички из паба «У Терри» и прочая дребедень. Не успел я положить вещи обратно, как послышалось едва уловимое звяканье поднимающегося лифта.
Скорее всего, это был Фред. Ну а что, если нет? Я вытащил револьвер и вжался в стену возле двери лифта. До меня не донеслось ни звука. Звукоизоляция тут была настолько хорошей, что я абсолютно ничего не слышал, если только слабый гул транспорта за окном, причем даже не слышал, а скорее чувствовал. Но вот лифт снова звякнул, дверь открылась, и появился Фред. Он остановился, изумленно покрутил головой и, заметив меня, воскликнул:
– Господи И-и-исусе!
– Твой новый дом, – торжественно произнес я. – Надеюсь, тебе будет здесь хорошо. Смотри на картинки и выбирай любую дамочку, какая понравится. Совсем как в «Маунтин рум» в отеле «Черчилль», где ты выбираешь себе на ланч живую форель. Настоятельно рекомендую ту, что сидит на розовом кусте. Если
