на молитвенные собрания, которые назывались “библейские часы” или “изучение Библии” (по-немецки — “бибелыптунден”) и проповедывали им Евангелие; вместе они молились и пели религиозные песни. От “бибелыптунден” и возникло прозвище украинских верующих — “штундисты”. Впоследствии штундисты распространились и в других частях России. Из обращенных украинцев вышли такие известные проповедники Евангелия, как Е. Цымбал, И. Рябошапка, А. Капустин, И. Лясоцкий, братья Цыбульские, И. Онищенко, М. Ратушный и др.
В Закавказьи основателями движения крещёных по вере — “баптистов” был благовестник К. Кальвейт. Возникло это движение в Тифлисе, где среди первых обращённых был Н. Воронин, до этого руководивший местной общиной молокан.
И, наконец, Петербург, где духовное пробуждение началось в 1874 году — благодаря евангельской деятельности английского благовестника Г. Редстока. Оно-то и положило историческое начало движению ЕВАНГЕЛЬСКИХ ХРИСТИАН в России, в котором всю жизнь трудился И. С. Проханов. Поэтому мы остановимся на нём подробнее.
Религиозное движение т. н. евангельских христиан было реформаторским, исходящим из первохристианских начал, т, е. из апостольского христианства. Как уже говорилось, начало ему в России положил английский аристократ лорд Редсток. Этот человек был религиозным всю жизнь, однако, полное его обращение к Господу совершилось в 1855 году в Крыму, во время войны, в которой Редсток принимал участие как английский офицер. Будучи тяжело больным, на краю могилы, он каялся перед Господом и обещал быть Ему верным до смерти. И вот, когда жизнь Редстока буквально висела на волоске, Господь чудно исцелил его. Вернувшись после этого на родину, Редсток стал усердно проповедывать Евангелие, в первую очередь, среди английской аристократии, а затем отправился по приглашению во Францию и Швейцарию. Как-то в Париже, на одном из молитвенных собраний, где проповедывал Редсток, при-суствовала графиня Черткова. Под влиянием его живой проповеди она пригласила его в Петербург, чтобы проповедать Евангелие её родным и знакомым у неё дома. С радостью приняв приглашение графини, Редсток приехал в Петербург в 1874 году и начал устраивать там евангелиза-ционные собрания, вначале в салонах аристократии, а затем и в помещении протестантской церкви на Почтамтской улице. Среди первых обращенных Лордом-Апостолом (как называли Редстока в русской столице) были: гвардии полковник Василий Алексеевич ПАШКОВ, барон Модест Модестович КОРФ, граф Алексей Павлович БОБРИНСКИЙ — бывший министр путей сообщения, княгиня ЛИВЕН, княгиня ГАГАРИНА, княжна ЧЕРТКОВА и многие другие.
После отъезда Редстока из Петербурга евангельской деятельностью стали руководить В. А. Пашков и М. М. Корф. Собрания проводились в больших залах дома Пашкова, но скоро и в них сделалось тесно, т. к. на собраниях этих порой присутствовали по нескольку сот человек. Конечно, устраивались они и в других местах. Эта евангельская деятельность продолжалась в России почти на протяжении пяти лет.
На дело проповеди Евангелия Пашков отдал всё своё немалое состояние. Он вёл огромную переписку с верующими в России, посещал больных и заключённых, помогал бедным. Создавал швейные мастерские для нуждающихся женщин и дешевые столовые для студентов. Был издателем духовной литературы и Св. Писания. Во всей этой деятельности ему помогал его друг и сотрудник М. М. Корф.
В 1876 году они организовали “Общество поощрения духовно-нравственного чтения”, которым было выпущено много брошюр и книг духовного содержания, а также два сборника духовных песен. В 1882 году по заказу В. А. Пашкова Библейское Общество издало русскую Библию в каноническом составе.
В десятилетие от 1874 до 1884 года евангельское движение широким потоком разлилось по России. Евангелисты появились в Москве, Нижнем Новгороде, в Туле и других местах. Через книгонош, переписку и личные встречи возникали первые контакты, а затем и братские связи евангельских христиан севера со штундистами Украины и баптистами Кавказа.
1875 г. Петербург. Лорд Редсток, полковник В. А. Пашков и барон М. М. Корф — основатели евангельского движения в Петербурге.
В апреле 1884 года в Петербурге состоялся первый объединенный съезд, созванный Пашковым и Корфом, пашковцев (евангельских христиан), баптистов, штундис-тов и братских менонитов. 1-го апреля их собралось около 100 делегатов от церквей и примерно 300 гостей. На протяжении пяти дней собирались участники съезда, который не закончил свою работу — был разогнан полицией; но и за это время удалось сделать немало — в смысле достижения единства между верующими. Вскоре после съезда царь изгнал из России В. А. Пашкова и М. М. Корфа. Однако, их благословенный труд не пропал даром, и, некоторое время спустя в него включились такие известные работники на ниве Христовой, как И. В. Каргель, И. С. Проханов, П. И. Николаи, а позднее И. И. Жидков и другие.
Прибыв впервые в Петербург в 1888 году, И. С. Проханов нашёл там группу верующих, называвших себя “пашков-цами”, к которой и присоединился; эта группа была зародышем будущей общины евангельских христиан в Петербурге, руководителем которой стал И. С. П.
Первоначальная деятельность И. С. Проханова в Петербурге. Тайное издание журнала “Беседа”.
Евангельськая деятельность В. А. Пашкова, М. М. Корфа и других начиналась в царствование Александра II (1855-1881), который был снисходителен к иноверцам. Император и его правительство во главе с графом Меликовым даже подготовили новую конституцию и указ, которые должны были гарантировать свободу совести и вероисповедания. Обнародовать новую конституцию собирались на Пасху 1881 года, однако 1-го- марта 1881 года Александр II был убит террористами, и объявление этого важного документа не состоялось.
Сын и наследник убитого царя — Александр III (1881 —1894) опубликовал при вступлении на престол манифест, в котором обещал провозгласить свободу вероисповедания — во исполнение воли своего отца, однако, будучи под влиянием жестокого противника иноверцев К. Победоносцева, обер-прокурора Синода, а также православного духовенства, обещания своего не сдержал. Правда, правительство Александра III издало указ, которым разрешалось проведение религиозных собраний иноверцам, однако, только тем из них, которые иноверцами родились, и при условии, что в данной местности они составляли большинство, а это бывало крайне редко.
Потому-то иноверцы и проводили свои молитвенные собрания тайно. И если полиция накрывала их, то участников собраний приговаривали к тюремному заключению и даже к ссылке. А детей их передавали на воспитание православному духовенству.
Выход из православной веры рассматривался как нарушение закона, и “виновных” лишали всех прав. Их браки считались недействительными, их дети не получали метрических свидетельств.
Когда “еретик” умирал, то поп местного церковного прихода не позволял хоронить его на православном кладбище, устраивать же собственные кладбища иноверцам не позволялось. Так что нередко покойник подолгу оставался в доме, и это тоже было сопряжено с большими неприятностями для его близких. Иногда
