— Хо сю-си-хо хо-та-до-то. Да-хо?
— Хо-ху…
— Честное слово, поубивал бы всех, кто такой язык выдумал! И всех, кто на нем разговаривает!
— Давай-давай, зубри. Может быть, умным станешь… Ху-сю-хо-то…?
— То-хо. На ху…
— Куда-куда?
— Туда. По адресу…
Ну замордовали совсем они наших российских парней своими свистяще-пищащими. Ну что они, не могли нормальный человеческий язык придумать? На котором одна шестая часть суши разговаривает.
— Как успехи в подготовке? — то и дело интересовался подполковник.
— Готовы в бой! — рапортовали капитаны. — Хоть завтра. Но лучше бы сегодня…
— А язык?
— Что язык? Нормально язык! В пределах школьной программы. Со словарем.
— А переводчик утверждает, что вы того… автомат с граблями путаете. Как же вы в боевой обстановке сориентируетесь?
— Как-нибудь сориентируемся. По интуиции. И по внешнему облику.
— По внешнему облику не пойдет. Сидите и зубрите. Хоть до посинения. А я завтра приду и лично проверю. И не дай вам Бог…
— Как же вы, товарищ подполковник, лично проверите, если вы языка не знаете?
— Как-нибудь. По интуиции…
В последние сутки интенсивность подготовки возросла. Хотя, казалось бы, уже некуда.
Протирались объективы и окуляры биноклей и приборов ночного видения.
Заплавлялись в полиэтиленовую пленку спички и таблетки сухого горючего.
До бритвенной остроты затачивались штык-ножи и рабочие поверхности саперных лопаток.
Пропитывалась нагретым над огнем животным жиром обувь.
Перетряхивались аптечки.
Осматривалась одежда и белье.
— Белье-то зачем, товарищ инструктор?
— Затем, что работать придется на территории противника.
— Что-то я не пойму, какое отношение территория противника может иметь к моему нательному белью?
— Прямое. В случае военного столкновения, вашей гибели и вероятного попадания вашего трупа в руки противника по меткам на белье можно установить страну его изготовления. И, значит, политическую принадлежность данного трупа. Что может, в свою очередь, негативно сказаться на международной обстановке как в данном регионе, так и в мире в целом.
— Так серьезно?
— Серьезней, чем вам кажется. Поэтому предлагаю всему личному составу еще раз осмотреть верхнюю и нижнюю одежду, обувь и головные уборы, с целью выявления и уничтожения фабричных этикеток, фирменных значков, ценников и номерных знаков, пуговиц с символикой СССР, рисунков и надписей на русском языке промышленного изготовления и самодельных, нанесенных с помощью авторучек, туши, хлорки и тому подобных химикатов. Приказ ясен?
— А каким образом их уничтожать?
— Срезанием, вырезанием или вытравливанием щелочными растворами.
— А если просто закрашиванием?
— Закрашивание не дает полной гарантии уничтожения. Еще вопросы?
Пришлось под самым пристальным надзором инструктора срезать, вырезать и вытравливать. И выбрасывать в мусор то, что было неудачно срезано, вырезано либо вытравлено. Или ставить не имеющие знаков принадлежности заплатки…
Наконец дошла очередь до оружия.
— …указанным военнослужащим получить полный боекомплект на складе…
— Капитан Кузнецов для получения оружия и боеприпасов прибыл!
Автомат «АКМ» номер… с тремя запасными обоймами.
— Распишитесь в ведомости. Пистолет Макарова номер… с двумя запасными обоймами.
— Распишитесь в ведомости. Гранаты «РГД» четыре штуки.
— Распишитесь…
Гранаты «Ф-1» четыре штуки.
— Распишитесь…
— Капитан Кудряшов для получения оружия и боеприпасов…
Автомат «АКМ»… Пистолет… Гранаты…
— Распишитесь… Распишитесь… Распишитесь…
— Слышь, мужики, а может, они опять нас дурят? — шепотом спросил Пивоваров. — Насовали холостых патронов и на очередные учения отправляют. Чтобы понаблюдать, как мы там будем извиваться.
— Не думаю. Уж больно подготовка была основательная.
— Тогда мы тоже ничего такого не думали… А вышло вон как.
— А давайте проверим? — еле заметно подмигнул капитанам Резо.
— Как так проверим?
— Так и проверим, — приподнял тот ствол автомата.
— А что! — согласился Кудряшов, озорно закрутив во все стороны головой, словно залезший в колхозный сад местный хулиган. — Зато будем уверены, что не зря мучаемся!
— Ну черт с вами.
Капитаны вышли из склада, Резо дослал один взятый наугад патрон в ствол, развернул автомат в землю и нажал на курок.
Грохнул выстрел. Пуля, взрыв землю, срикошетила в небо.
— Настоящий, боевой. Все нормально.
Из склада как ошпаренный выскочил кладовщик.
— Вы что, с ума сошли? Кто стрелял? Зачем стрелял?
— Кто стрелял? Ты стрелял? Или ты? — строго спросил Резо. — Или я?
— Шутки играть! — рассвирепел кладовщик. — А вот я сейчас доложу вашему начальству, что вы открыли стрельбу вблизи склада боеприпасов… И тогда посмотрим, кто…
— А мы-то здесь при чем? — пожал плечами Пивоваров. — Это ваши дела. Это вы храните оружие с боевыми патронами, оставленными в стволе…
— Как так оставленными?
— Откуда я знаю как. Мы вышли, стали автомат проверять, а он возьми и бухни. Хорошо хоть в землю был направлен. А то бы…
Кладовщик внимательно посмотрел на капитанов. На их беспредельно честные лица.
— Ну точно говорим! В стволе был! Мы даже магазины поставить не успели!
— Ладно, идите, — махнул рукой кладовщик. И еще раз осмотрелся по сторонам. Чтобы убедиться, не слышал ли кто-нибудь еще выстрела. Черт его знает, может, и вправду патрон в стволе застрял. Поди теперь докажи, что ты не верблюд.
Капитаны, перемигиваясь и сдавленно посмеиваясь, уходили от склада.
— Оружие получили? — спросил какой-то полковник, стоящий с сигаретой на крыльце одной из казарм.
— Так точно! Получили!
— А что это там за выстрел был? На складе.
— Выстрел? Какой выстрел? А, это там у кладовщика что-то с верхней полки упало. Очень громко…
— Раздолбай. Хоть и офицеры, — сказал полковник и, бросив сигарету, зашел в казарму.
— Теперь капнет, — вздохнул Пивоваров.
— А плевать! Нас не сегодня-завтра здесь уже не будет. Раз оружие выдано! Так что разноса начальства можно уже не бояться. Не достать им нас. Там, где мы будем…
Глава 13
— Уточним боевую задачу, — сказал неизвестный капитанам полковник. — Вот здесь, в этом районе, совершил вынужденную посадку штурмовик «Фантом» американских военно-воздушных сил…
— Наши сбили! — горячо прошептал Резо.
— Совершил вынужденную посадку по неизвестным нам причинам американский штурмовик «Фантом», — с нажимом повторил полковник. — Вот полученные с помощью аэрофоторазведки снимки места аварии. Фюзеляж, кабина, вот здесь, чуть в стороне, плоскость. В первую очередь вас должна интересовать кабина. В ней вы должны отыскать и демонтировать блок электронного наведения ракет класса «воздух — земля» и точно такие же, но принимающие приборы снять с боевой части самой ракеты. По нашим сведениям, самолет в момент падения имел полный боекомплект. Значит, ракеты должны находиться на месте аварии. Или в непосредственной близости от места аварии…
— Я же говорил, наши сбили! — показал одними глазами Резо. — Это же дураку понятно — раз они знают, что боекомплект не был использован.
— В связи с тем, что на означенной территории активных боевых действий не ведется, ваша задача упрощается. Тем не менее я прошу проявлять максимум внимания при передвижении по территории противника. И по возможности избегать мест предположительного нахождения воинских подразделений и скоплений гражданских лиц.
— А как же мы узнаем этот самый блок наведения? Там же в самолете прорва всяких приборов, которые выглядят совершенно одинаково. Как яйца в горхотке.
— Очень правильный вопрос задал капитан. И очень своевременный. Для того чтобы отличить интересующий нас прибор от всех прочих, нас не интересующих, вы пройдете специальную подготовку в службе технического обеспечения частей морской авиации. Там для вас приготовлен специальный макет штурмовика «Фантом» в натуральную величину с расположением всех существующих приборов, примерно на тех самых местах, где им и надлежит находиться.
Капитаны только глазами захлопали от технических масштабов трогательной заботы, проявленной об их персонах.
— Но! — сказал полковник. — Должен вас предупредить, что операция носит особосекретный характер и разглашение, пусть даже невольное, ее деталей, равно как самого ее факта, будет расцениваться как измена Родине и караться по соответствующей статье Уголовного кодекса. Вплоть до…
Капитаны сглотнули слюну.
— Сейчас каждый из вас собственноручно напишет расписку о том, что предупрежден о степени ответственности, связанной с разглашением тайны данной операции, согласен с ней и готов нести эту ответственность, предусмотренную Уголовным кодексом, в полной мере.
