Ну и пусть! Она, лично, никакой благодарности к нему не испытывала. Наоборот, было обида – за что? За что он так с ней поступил? Вместо того, чтобы подарить ей ощущение праздничной легкости и веселья, его скрипка заставила думать о самом болезненном и горьком, о том, что она всегда прятала, даже от себя, за привычными уверенностью и оптимизмом. О том, что взаимопонимание с мужем держится только на ее уступчивости и полном отказе от собственных мнений, что нет детей, что выйдя замуж, так и не сумела построить семью настоящую – на самом деле, они с Денисом оставались просто двумя людьми, живущими вместе. И, видит бог, так сложилось не по ее вине! Она старалась, но стараний одной стороны в таких делах недостаточно, необходимы хотя бы минимальные встречные движения…
Светлана судорожно вздохнула, глянула в зеркальце – ну и личико! Стоило краситься, чтобы потом все так размазать. Она еще немного повозила платочком по лицу, оттирая особо заметные пятна, потом махнула рукой и завела мотор.
Дома Светлана первым делом отправилась в ванную. Сначала она собиралась просто умыться, но сообразила, что успокоительный душ будет гораздо полезнее. Уже стоя под душем, поняла, что на самом деле, хотела принять теплую ванну. В общем, вылезла она через час, размякшая, распаренная и почти вернувшая себе душевное равновесие.
Вместе с душевным равновесием, появился аппетит. Желание готовить, правда, по-прежнему отсутствовало, зато в хлебнице лежал свежий батон, а в холодильнике было молоко и колбаса. Не слишком полезно для фигуры, зато быстро и без хлопот. Светлана подогрела молоко, сделала пару больших бутербродов и уже приступила к ужину, когда зазвонил телефон.
– Денис! – едва не смахнув со стола стакан, она бросилась в комнату, схватила трубку:
– Слушаю!
– Сестренка, привет!
– Кирюшка, – Светлана перевела дыхание. На самом деле, она всегда была рада его звонкам, но сейчас-то думала что это Денис…
– У тебя как дела? Голос какой-то встрепанный, – младший братец всегда чувствовал ее настроение, даже на расстоянии.
– Нормально, – она постаралась сказать это как можно более натурально. – Просто из ванны только что вылезла. А у вас как?
– Лучше не бывает, – брат засмеялся. – Точнее, бывает, но не у нас. Слушай, я тут в Саратов на пару дней собрался, надо в министерстве культуры кое-какие вопросы порешать. Знаю, что не откажешь, но из вульгарной вежливости спрашиваю, можно будет у тебя переночевать?
– Балбес, сколько раз говорить, что ты имеешь столько же прав на эту квартиру, сколько и я, – обрадовано прокричала Светлана. – Тебя когда ждать?
– Я думал завтра утром подъехать. В выходной пообщаемся, а с понедельника я начну свое культурное начальство доставать. Ты дома будешь?
– Да вроде бы никуда не собиралась.
– Светка, если вдруг надо будет уйти, ты просто ключи тогда у соседей оставь, ладно?
– Да не собираюсь я никуда… ой, Кирюша, нет! – она даже подпрыгнула, так ей понравилась пришедшая в голову идея. К пригласительному билету на концерт Тернова, прилагалось очень похожее на него приглашение на небольшой прием в честь знатного гостя, в министерство культуры. Она, разумеется, вовсе не собиралась им воспользоваться, но то, что Кирилл приезжает, совершенно меняет дело! – Нет, я собираюсь уйти, конечно! И тебя с собой возьму! Запомни, не позже двенадцати ты должен быть у меня и мы с тобой отправимся на прием в министерство культуры, у меня приглашение есть!
– Думаешь на приеме с министерскими легче будет договориться? – с сомнением спросил Кирилл. – Я вообще-то ругаться с ними собирался, опять информацию перестали присылать. Случайно узнал, народ уже вовсю к отбору на конкурс в Питере готовится, а нам даже не сообщили…
– Да наплевать на министерских, не ради них же я тебя на прием зову!
– А ради кого?
– Там будет Тернов. Ну что ты молчишь? Скрипач, Олег Тернов, ты сам мне про него все уши прожужжал пару лет назад!
– То есть, что, тот самый? – переспросил Кирилл. – А что он там будет делать?
– Ну, не фокусы же карточные показывать! Что на таких приемах делают? Есть будет, пить, разговаривать… принимать восторженное поклонение.
– Нет, я не это имел в виду. Я спрашивал, как он вообще в Саратове оказался?
– Ну знаешь, братец! Ладно, ты газеты не читаешь, но объявления мог бы иногда проглядывать! Играл он, и что характерно, на скрипке. Я лично, только что пришла с его концерта.
– Елки-палки, Тернов! И ты была на его концерте! Светка, я тебе завидую. Слушай, а меня точно на этот прием пустят?
– Я же говорю, у меня приглашение, на два лица. Я буду одно лицо, ты второе.
– Сестренка, ты даже не представляешь… все, побежал собираться. Там форма одежды какая, смокинг или фрак?
– Еще чего! Приличные брюки у тебя найдутся? А рубашку можно даже с коротким рукавом, у нас жарко.
– Прекрасно. Ладно, Светланка, договорились. Для верности, в пять выеду, к двенадцати, в любом случае, буду. Ты у меня просто золото, лучшая из всех сестер мира! Привет Денису, до завтра, пока!
Светлана, все еще улыбаясь, повесила трубку и вернулась на кухню. Посмотрела на бутерброды, покачала головой:
– А вот завтра надо будет приготовить что-то посущественнее. Мужика накормить, это вам не шуточки.
– Ты действительно готов? – Эля, скрестив на груди руки, подозрительно смотрела на Олега. – Пойдешь добровольно и не будешь изводить меня нытьем, что тебе надоели эти провинциальные тусовки? И даже соизволил одеться более-менее прилично?
– Почему это, более-менее? – Олег с удовольствием посмотрел на свое отражение в зеркале. Черные джинсы и легкая трикотажная рубашка (голубая, под цвет глаз), были с его точки зрения, очень даже элегантными.
– Твой вкус и манеру одеваться я вообще отказываюсь обсуждать, – отмахнулась Эля. – Но за последние пять лет, ты впервые идешь на подобное мероприятие без уговоров, скандалов, угроз – вообще, без малейшего нажима с моей стороны! Олежка, признавайся, в чем подлянка?
– Да никакой подлянки. Просто я, наконец, проникся твоим убеждением, что такие встречи полезны для моего имиджа, служат хорошей рекламой и все такое… хочу произвести благоприятное впечатление. И перестань сверлить меня глазами, лучше иди одеваться. А то опоздаем, неудобно будет.
– Опоздаем? Я все поняла, – она вытянула руку и коснулась пальцем его груди. – Тебя подменили. Космические пришельцы похитили настоящего Олега Тернова, а вместо него подсунули не слишком удачную копию. Настоящий Тернов всегда говорил, что опоздать на прием в свою честь так же невозможно, как и на собственные похороны.
– Эля!
– Говорил, говорил, я помню. Ладно, подкидыш, не нервничай. Я уже накрашена, значит на девяносто процентов одета, – выходя из комнаты, она подняла голову вверх и печально вздохнула, – а бедный Олежка сейчас сидит на летающей тарелке в космическом зоопарке…
