отговаривать Юкиношиту столько работать.Не то, чтобы у неё это получалось. Наконец-то про него тоже вспомнили:
— …Я и не жду, что помощник отчётника будет делать что-то кроме того, о чём его просят. Вполне достаточно, чтобы он выполнял свои обязанности.
— Но…
— Всё нормально. У нас есть ещё время. Я работаю дома, так что отстать мы не должны. Юигахама, не надо об этом беспокоиться.
— Но это просто странно.
— Да?.. — Юкиношита не поднимала взгляд. — …Что ты думаешь?
Кажется, настал его звёздный час.
– Знаешь, я много думал обо всём этом, – услышав эти слова, Юкиношита заинтересованно посмотрела на Хикигаю. – И хочу сказать, что справедливость искусственное понятие придуманное людьми, её не существует.
– Справедливость?.. Причём тут она?
– Это я к тому, что неправильно говорить о том, что несправедливо сваливать на тебя всю работу.
– Хикки!
– Юигахама, ты уже попыталась донести свою мысль, дай мне сказать.
Девушка недовольно вздохнула, но промолчала.
– В мире нет справедливости, пока некоторые вещи происходят случайно. Она попросту невозможна, – Хачиман сделал паузу и, убедившись, что его слова не собираются опровергать, продолжил. – Поэтому то, что ты делаешь, это не вопрос справедливости или морали (мораль та ещё шлюшка), это вопрос ответственности за последствия своих действий.
– Хикигая, если фестиваль провалится, пострадает много людей. Хирацука, Сагами, да и я, в конце концов, ведь они рассчитывали на меня.
– Вопрос ответственности, Юкиношита. Всего лишь вопрос ответственности. Хирацука приняла решение ничего не контролировать, спихнув всё на тебя? Это её решение и если тебе на голову упадёт кирпич и фестиваль не состоится, это тоже последствие её выбора. Ведь держи она руку на пульсе, падение кирпича не испортило бы её фестиваль.
– Довольно изращённая логика, но это звучит, будто у этого есть основания.
– Я много думал. С Сагами итак всё ясно. Кто ещё остался… ты.
– Со мной всё понятно – я сама решила помочь с фестивалем и теперь несу ответственность за всё.
– Не так однозначно. Ты приняла решение тащить всё на себе и в том, что паразиты в очередной раз не почувствуют негативных последствий своего выбора, виновата будешь ты.
– Я делаю мир лучше, через собственный пример, – ответила Юкино.
– Да, ты можешь поступать сообразно своим убеждениям, если это в твоих интересах и психологический дискомфорт перевешивает вред для здоровья от переработок. Это твой выбор и тебе сталкиваться с его последствиями. Но… так ли ты уверена, что поступаешь хорошо?
Из дальнего угла гостиной доносились тихие звуки пены изо рта находящейся в ауте от такого количества сложных вещей Юигахамы.
– Хочешь сказать, что подвести всех, это хорошо? – хмыкнула Юкино. – Хикигая, даже ты не сможешь перекрутить это так.
– Ну, просто все эти люди не столкнутся с последствиями, не сделают выводов и не станут лучше. Это сейчас речь о школьном фестивале, а реальный мир за пределами школы может оказаться намного злее и отберёт у них за это что-нибудь действительно важное.
Юкиношита серьёзно посмотрела на Хачимана. Тот резюмировал:
– В общем, если хочешь знать моё мнение, скажи что заболела, и пусть они сами разгребают последствия своих действий.
– Хикки! – отмерла в своём углу Юигахама. – Я думала, ты скажешь ей о том, что важно полагаться на других и принимать помощь, а не вот это вот всё!
– Это тоже вариант, конечно. Но не факт, что получится. У Юкиношиты нет реальной власти, председатель всё ещё Сагами, которая и есть корень проблемы.
– Но что можно сделать?..
– Я подумаю над вашими словами, – отозвалась Юкиношита. – Наверное, мне не следовало так зацикливаться на неэффективном решении проблемы и стоит подумать ещё. Спасибо за участие.
Кажется, она искренне благодарна и ему удалось сдвинуть что-то в её высокомерной и упрямой голове. Юкиношита, в целом, умна и способна увидеть что-то, что упустил он сам. Ну, например…
Хачиман замер от пришедшей мысли. Есть человек, который кровно заинтересован в успехе фестиваля. Парень злорадно улыбнулся. Заодно и отомстит без палева.
Глава 12
Дисциплина в коллективе – это вещь, насаждаемая сверху. Как в армии, тюрьме или на рабочем месте. В этих отношениях всегда есть элемент власти. И если они с Юкиношитой скажут оргкомитету что-то типа:
– Кто есть хорошо работат, тот есть белый булка, спать голый девка. Кто есть плохо работат, того мы немножко вешат.
… Это не возымеет никакого дисциплинарного эффекта. А если то же самое скажет начальник концлагеря, в его случае это подействует и все начнут работать. Вот и Хачиман тонко намекнул Юкиношите, что у школьников вообще-то есть надзиратели, которых как-то не видно и не слышно. И проблемы с дисциплиной лучше оставить на учителей, которые реально могут «немножко вешать» неугодных с помощью власти, которую они имеют благодаря системе образования.
Вот какому родителю будет приятно, если ему позвонят из школыт и скажут, что его ребёнок ведёт себя антисоциальным образом, неспособен работать в команде и из школы ему таким макаром один путь – в уголовники? Пускай и немного в иной форме, но примерно с тем же негативным окрасом.
И ведь школьники тоже не дураки – они прекрасно это всё понимают и стараются не доводить до таких крайностей.
Девушка же, подумав, признала идею рациональной. Тем более если воспринимать учителей не как помощь со стороны, а как социальный институт, то она просто грамотно распоряжается имеющимися возможностями и это не считается за слабость. Как-то так она со скрежетом убедила себя, что не стоит игнорировать эту возможность. Вот только идти одной ей было некомфортно, а Хачиман… Ну, это же его идея, пусть идёт с ней.
– Нет, – ответил парень. – Тебя учителя уважают, а как ко мне относится Хирацука, ты и сама видела – как к объекту, который нужно поменять. Я для неё даже не человек, наверное.
Юкиношита и Юигахама шокировано уставились на Хачимана.
– Хикки, ты слишком драматургируешь…
– Драматизирует, – поправила подругу Юкиношита. – Юигахама права. Всё не так плохо и она просто хочет как лучше.
– Совсем не считаясь с тем, чего хочу я, – у Хачимана испортилось настроение.
– И чего ты хочешь?
А, действительно, чего?..
– Я даже не знаю, чего хочу. Зато прекрасно знаю, чего не хочу, и этого вполне достаточно, – с
