Отсюда не слышно. Наверное, что-то такое:
– Слышь, девчуля, ты кто по масти? – Харуно приняла грозный вид.
– Ч-что? – Сагами выглядит испуганной.
– А не петушок ли ты часом?
– Н-нет.
Затем Харуно становится обычной выглядящей дружелюбно девушкой. Он торчит тут и смотрит вот на это, а в классе сейчас сиськи лапают… Эх.
Наконец, они закончили трепаться, и Харуно начала бесцельно шататься по конференц-залу, болтая с теми и этими, пока не обнаружила Хачимана. Не смотри на эту странную тётеньку, парень, не смотри.
Не помогло.
— Работаешь, значит, юноша?
И что ей ответить? Не говорить же, что имитирует деятельность, она может и сделать так, чтобы его конкретно запрягли. Хачиман оценивающе посмотрел на неё, но нарвавшись на насмешливый взгляд в ответ, начал смотреть в другую сторону.
– Приходится.
— Я немного удивлена. Хикигая, твоя старшая сестрёнка думала, что тебя такое не интересует.
– Правильно думала.
— У-у… Дело рук Сидзуки, да? — Харуно кивнула, сообразив, что к чему.
А может она тоже не такая страшная, раз уж девушки бывают нормальными, то почему бы и ей не быть? Хачиман развернулся к ней.
– Стечение обстоятельств. А ты тут каким ветром?
Харуно вопросительно посмотрела на него:
– С каких это пор тебе такое интересно?
А нет, страшная. Даже очень…
– Да так… просто спросил…
– Я буду помогать на фестивале, так что мы с тобой теперь коллеги. Ты рад?
Хачиман пожал плечами.
– Да мне как-то всё равно.
– Ууу, как холодно, ты такой безжалостный, Хикигая.
– Не холоднее Юкиношиты.
– Эй, я тоже ношу эту фамилию, между прочим! – Харуно игриво тыкнула его пальцем.
– Ну…– Хачиман отвёл взгляд в сторону.
Сагами поднялась на сцену и распустила комитет. Юкиношита была против, но тут вмешалась Харуно:
– Когда я была председателем, у всех было время на свои дела.
Это же саботаж! Диверсия! Впрочем, он и правда лучше бы отдохнул. Его-то работа почти сделана. Набравшись смелости, Хачиман спросил Харуно, которую жгла взглядом Юкино:
– Эй, сестрёнка Харуно, – он дёрнул её за край рукава. – Ты просто её дразнишь или намерена совсем сорвать фестиваль? Если второе, то мне же можно не работать?
Харуно рассмеялась:
– Тебе нельзя.
– Эх, а Юкиношита так старательно всех страпо… строила…– Хачиман вздохнул.
– Жалко её? – неожиданно спросила Харуно.
– Немного. Она сама взялась помогать этой Сагами, так что сама и виновата. Но без тебя было бы лучше, мне кажется. Без обид.
– Как ты можешь так говорить!– Харуно скорчила обиженную рожицу. – Я ведь хочу только добра. Чтобы все отдохнули и с новыми силами взялись за работу!
Ну да, конечно, этим тебе удалось бы обмануть восемь таких наивных юношей как Хачиман. Впрочем, этот Хачиман знал, что она знает, что он знает…
И Сагами предложила всем разойтись.
Это решение запустило цепную реакцию. Многие члены комитета стали отпрашиваться или опаздывать, потому что надо же и веселиться. Работы на человека стало больше. Впрочем, рекламщики и так бездельничали, благодаря хорошей организации работы. Так что на них особо-то и не сказалось перераспределение нагрузки.
Естественно, Хачиман, изначально настроенный не работать, был в числе тех, кто урвал себе несколько выходных. А фестиваль… У него дома свой фестиваль с МАХ-кофе и видеоиграми.
Глава 11
Как ни сачкуй, а от всего дерьма отвертеться не выйдет. Хачиман, конечно, пропустил несколько дней, но из-за того, что в первые дни Лесли использовала его как личного помощника, к нему прилип образ заместителя руководителя группы. А намотать на выполнение своей работы того, кто, пусть и временно, выше тебя в иерархии, психологически сложнее. Вот и получалось, что Лесли спускала ему разумный объём работы и он пахал только за себя.
В отличие от Юкиношиты. Спроси его Харуно сейчас, жалко ли ему эту девушку, он однозначно ответит «Да». Но и больше работать он не хочет, особенно когда всякие Сагами отдыхают, положив болт на свои обязанности. Его чувство справедливости негодует, а проснувшееся от честности к себе самоуважение не позволяет безмолвно сносить это. Поэтому он тоже не напрягается. Или не поэтому?..
Хачиман чувствовал, что, с одной стороны, он презирает эту ситуацию, но с другой стороны, является её участником и поддерживает её своим нежеланием работать. То есть, по сути, он такой же, как и остальные, а он не хочет быть как они, но и работать тоже не хочет. В общем, Хачиман чувствовал противоречие и не понимал, какой из вариантов поведения наиболее честный по отношению к своим желаниям.
Возможно, стоит обдумать более фундаментальные вопросы? Что для него справедливость и насколько она важна?..
Несколько дней Хачиман копался в себе, а потом случилось то, чего не ожидал никто – Юкиношита заболела.
«Как глупо», – с сожалением подумал Хачиман, не заметив за размышлениями как ситуация вывернулась таким образом, что он и Юи идут проведать Юкиношиту.
Они пришли как раз тогда, когда внутренние весы парня «Справедливость»-«Нежелание отдуваться за всех»-«Желание спасти Юкиношиту»– довольно странные весы с тремя чашечками, но какая разница, это же в его голове – достигли некоего баланса.
– Юигахама, – окликнул он девушку до того, как она позвонила в домофон.
– Чего тебе, Хикки? – Юи как избушка на курьих ножках повернулась к нему передом, а к двери задом.
– Я попытаюсь отговорить Юкиношиту дальше разгребать это дерьмо с фестивалем, – поставил спутницу в известность парень.
– Юкинон очень упрямая, – задумчиво произнесла Юи. – У меня не получилось её отговорить. Я постараюсь изо всех сил и ты тоже обещай.
Хачиман улыбнулся. Юигахама была очень милая в этот момент.
– Хорошо, постараемся вместе.
Честно говоря, Хачиман рассчитывал, что она хотя бы согласится ему не мешать, потому что он намерен говорить не о самых приятных вещах, а Юи очень чувствительна к атмосфере и попытается свести всё на нет. Но сейчас ему нужно поделиться своим обретённым пониманием с Юкиношитой. Если до неё дойдёт то, что он скажет, это многое исправит.
Поднимаясь в лифте, Хачиман не волновался из-за результата разговора. Чем бы ни закончилось, это немногое меняет. А вот то, что он фактически навязался в компании Юи, несколько смущало, учитывая, что он с Юкино даже близко не друг. Хотя стоит быть оптимистом – его хотя бы не выгнали…
Наконец, они вошли в квартиру и Юигахама начала
