– У вас есть купальник?
Грейс неохотно кивнула. Она привезла с собой купальник, хотя и говорила Мишелю, что не будет этого делать.
– Ну, тогда что вас останавливает?
Ты. Я. Физическое влечение, которое возникало при одной лишь мысли о купании с Хэлисом. Они вдвоем, в воде, практически раздетые.
И все равно был еще куда более тревожный эмоциональный соблазн… стать ближе этому мужчине, заботиться о нем, в то время как она не могла заботиться ни о ком. Те ограничения, которые навязывал ей бывший муж, были лишь цветочками по сравнению с собственными внутренними ограничениями Грейс.
– Грейс. – Он произнес ее имя не с вопросительной или требовательной интонацией, а как утверждение.
Как будто он знал ее. И когда он сделал это, Грейс почувствовала, что у нее нет выбора, и это одновременно разозлило и изумило ее. Как она могла бороться с этим?
Она позволила ему взять себя за руку. Хэлис сжал ее пальцы одновременно крепко, но в то же время нежно. Он взглянул на нее с заботой, как будто бы ему нужно было убедиться, что с ней все в порядке. Хотя после того, как она отдернула свою руку от его руки прошлым вечером, он действительно хотел убедиться, что все нормально.
Вздохнув, Грейс встретила его вопросительный взгляд и кивнула в знак согласия.
Хэлис почувствовал трепет, когда вывел Грейс из подвала на солнце и свежий воздух. Он чувствовал себя так, будто одержал главную победу, но не над ней, а для нее. Он ощущал скрытую уязвимость Грейс, и ему хотелось предложить ей и защиту, и удовольствие.
Хэлис уже долгое время не состоял в отношениях, и еще дольше женщина не вызывала у него желания защищать ее. Если быть до конца честным, женщины никогда не вызывали у него такого желания, по крайней мере на романтическом, сексуальном уровне. Последняя женщина, которая была для него эмоционально близка, была его сестра. Джамиля.
И что из этого вышло…
Это пройдет, подумал Хэлис. Он уедет с Алахи и совсем скоро вернется к своей привычной жизни. А Грейс пока станет приятным развлечением.
Только вот думать о ней как о развлечении означало бы, что он думает о ней пренебрежительно, как о чем-то доступном. Но это неправильно.
В холле она неожиданно остановилась и решительно потянула свою ладонь из его руки:
– Мне нужно переодеться.
– Встретимся у бассейна?
– Да.
Через пятнадцать минут Грейс, напряженная и стесненная, подошла к бассейну. Хэлис сидел на бортике, ожидая ее, болтая ногами в воде и наслаждаясь последними золотыми лучами заходящего солнца. Он молча окинул ее взглядом, оценив ее вид. Купальник был ужасен. Ну, может быть, слово «ужасен» было слишком грубым. По крайней мере, он хорошо сидел на ней. Но он был черным и крайне скромным, с совсем небольшим вырезом и коротенькой юбочкой, прикрывающей бедра. Грейс выглядела как бабуля. Очень сексуальная бабуля, но все же. Она явно хотела спрятать свою привлекательность. Он улыбнулся. Даже нелепый купальник не мог отнять красоту у Грейс Тернер. Ее длинные стройные ноги было отлично видно, и, в конце концов, купальник есть купальник. Великолепные кудри Грейс заманчиво спускались по плечам.
– Вода теплая, – позвал он.
– Отлично. – Она окунула ногу в воду, затем спустилась на одну ступеньку, вода была на уровне ее лодыжек.
– Вы сказали «отлично»? – поддразнил ее Хэлис. Его голос выражал крайнее недоумение, и поэтому Грейс не сразу поняла, что он шутит. А когда поняла, слабо улыбнулась ему:
– Извините. Я не привыкла к этому.
– И вы еще говорили мне, что умеете плавать.
Она нетерпеливо потрясла головой, показывая руками на пространство между ними:
– К этому.
И он знал – конечно, он знал, – что она также чувствует это. Эту связь, эту энергию между ними. Хэлис остановился в нескольких шагах от нее и брызнул на нее водой. Она смущенно заморгала:
– Что вы делаете?
– Веселюсь!
Ее рот сжался, и она бегло отвела взгляд. Удивившись, он мягко спросил:
– Что-то не так?
– Нет, – сказала она, но ее голос звучал неуверенно.
Он снова обрызгал ее, аккуратно, и, к его облегчению, она слегка улыбнулась в ответ, а в ее глазах вспыхнул огонек.
– Вы сами напросились!
О да. Он ждал, наблюдал, как она опускает пальцы в воду. У нее были красивые пальцы, длинные и тонкие, с аккуратными овальными ноготками. Он все еще смотрел на них, когда Грейс резко подняла руку и со всей силы ударила ладонью по воде, окатив его волной и заставив моргать и отплевываться, а также хохотать, потому что такого он точно от нее не ожидал.
Хэлис вытер воду с лица и усмехнулся. Она улыбнулась в ответ почти что робко, как будто ее губы не привыкли к улыбке.
– Попался!
– Да, – произнес он неожиданно хриплым шепотом. – Вы это сделали.
Даже в этом ужасном купальнике она была невероятно, бесконечно превосходной и желанной. И когда она ему улыбнулась, он просто пропал. Он почувствовал, что все его страхи куда-то ушли. Волнение о том, что все происходило слишком быстро и заходило слишком далеко, казалось просто нелепым. Он хотел этого. Он хотел ее. Хэлис сделал шаг к Грейс, и она замерла. Затем он шагнул еще и оказался достаточно близко к ней, чтобы почувствовать ее дыхание на своем лице и увидеть, как бьется пульс на ее шее. Затем он нагнулся и поцеловал ее.
Этот поцелуй был нежным, его губы едва коснулись ее губ. Она не отпрянула, но вздрогнула. Она приоткрыла губы, но это показывало не растерянность, а скорее удивление. Он протянул руку, коснулся ее щеки, наслаждаясь шелковистой мягкостью ее кожи. Все продолжалось не более нескольких секунд, но казалось бесконечным и в то же время моментальным. И потом это оборвалось.
Грейс отпрянула от Хэлиса, задохнувшись, и уставилась на него широко открытыми глазами, в которых читался шок и даже злость.
– Грейс…
Ему не удалось больше ничего сказать. Как будто дьявол вселился в нее – она выскочила из бассейна, поскользнулась на мокрых плитах, упала на колено, больно ударившись, и затем, пошатываясь, поднялась и побежала обратно в дом.
Глава 5
Идиотка. Идиотка, идиотка, ужасная идиотка… Перечень обвинений в свой адрес безжалостным эхом отзывался в голове Грейс, пока она бежала по дому, взбиралась по лестнице, захлопывала дверь перед носом у Хэлиса, который пытался ее догнать.
Грейс выдохнула, ее тело дрожало. Она резко отскочила от двери, сорвала с себя купальник и помчалась в душ.
Да как она могла согласиться пойти с ним в бассейн? Как она решилась обрызгать его? Как решилась на флирт? Там, в бассейне, когда он подошел к ней ближе, она уже знала – конечно же знала, – что он собирался сделать. В то мгновение ей хотелось, чтобы он ее поцеловал. Ощущение его губ на ее губах, его руки на ее щеке было столь невыносимо прекрасно – пока ее не охватило жуткое осознание происходящего, и лицо Катерины всплыло у нее перед глазами, напоминая о том, что ей было что терять.
