такой тактике представителей этих семейств чаще избирают в важные подкомитеты, потому что видят их активность.
Лето сразу представил себе, как эти скучные обязанности отвлекут его от истинного предназначения – править Каладаном.
– Разве это хорошо – состоять во множестве подкомитетов?
– Это чрезвычайно важно, так как позволяет определенным образом влиять на политику. Не все вопросы неважные, Лето. Многие аристократы, в частности Раджив Лондин, лоббировали отмену императорского дополнительного налога на специю – пока, правда, безуспешно.
– Я слышал об этих жалобах, – сказал Лето. – Но дополнительный налог меня не касается. Дом Атрейдесов не занимается специей.
Он, однако, вспомнил свой опыт борьбы с опасным новым наркотиком айларом, производимым на Каладане и унесшим множество жизней на планетах членов Ландсраада.
Арманд серьезно посмотрел на Лето.
– Дайте себе волю и пожалуйтесь мне, если от этого вы почувствуете себя лучше, но я-то знаю, что вы не так уж наивны в политике.
– О, я слишком хорошо ее понимаю. Именно поэтому я покинул Каладан и прибыл на Кайтэйн, – ответил он. – Граф Фенринг даже обещал посодействовать мне.
Эрцгерцог отреагировал сдержанно.
– Это интересная перспектива. Хасимир Фенринг действительно может помочь приобрести влияние при дворе, но с ним надо проявлять осмотрительность и осторожность. Он может посодействовать в достижении желаемого, но способом, который окажется неприемлемым для Атрейдеса. Я знаю, как много значит для вас честь, и вы вряд ли захотите заключать сделку с дьяволом.
Лето напрягся. Он думал так же, поэтому кивнул.
– Я понял, мой старый друг.
Устав от вечной толпы, герцог вернулся во дворец, намереваясь написать письмо Полу и подготовить доклад о своих действиях для Хавата. Когда он шел по многолюдному вестибюлю, его остановил человек, одетый в изысканный придворный мундир.
– Императрица Ариката с радостью примет вас для беседы за чашкой кофе со специей, – сказал человек.
Он сообщил время визита. Оставалось полчаса. За это время Лето едва успевал дойти до крыла Императрицы, и он поспешил туда, радуясь, что одет надлежащим образом.
Безупречно вежливый и молчаливый лакей проводил Лето в частную гостиную Императрицы. Ариката ждала за столиком, у которого стоял единственный стул для гостя; она приветливо улыбнулась Атрейдесу.
– Очень рада снова видеть вас, герцог Лето Атрейдес, и при куда более приятных обстоятельствах, чем во время суматошной эвакуации с Оторио. Одна из моих обязанностей как Императрицы – это знать о предметах, важных для супруга.
Лето церемонно поклонился и сел.
На столике его уже ждала фарфоровая чашка с темным горячим напитком, налитым всего несколько секунд назад. Герцог сразу уловил сильный, но привлекательный аромат крепкого кофе, смешанный с запахом меланжа.
– Это большая честь для меня, ваше величество.
– Мне также хотелось бы выразить мою признательность. В том хаосе во время атаки мы не смогли отблагодарить вас, проявив надлежащую щедрость.
Лето привстал на стуле.
– Император Шаддам очень ясно выразил благодарность, ваше величество. Вам не о чем беспокоиться.
Императрица сделала глоток, и Лето последовал ее примеру. Он сразу ощутил прилив энергии, а в груди поднялась горячая волна.
Глаза императрицы загорелись, когда она оценила его реакцию.
– Вам понравился напиток?
Лето смущенно покраснел, почувствовав себя неотесанным чурбаном.
– Я всего несколько раз пил кофе со специей, но ваш просто восхитителен.
– Многие в Империи не могут обходиться без специи в той или иной форме, – сказала она с легким разочарованием. – Во всяком случае, имперские финансисты очень довольны, как и дом Харконненов.
Услышав имя заклятого врага, Лето скрыл реакцию следующим глотком кофе, но на этот раз прилив энергии оказался слабее.
Ариката продолжала непринужденно говорить, но, очевидно, придерживалась твердого плана.
– Несмотря на ужасные события той ночи, я помню, что ранее вы говорили о своей любви к Каладану. – Она сложила руки на столе. – Расскажите мне об океанах своей планеты, герцог Лето. Почему для вас Каладан – особое место?
Вопрос Арикаты заставил Лето с тоской вспомнить о привычной жизни в замке, о том, как он всегда прислушивался к нуждам своего народа. Теперь за все это отвечает Пол…
Лето рассказывал о приливах и отливах, о ежегодных праздниках рыбаков, о затерянных в океане островах. Он говорил о прекрасной северной глуши, куда недавно возил сына; герцог умолчал о плантациях айлара, обнаруженных там, но упомянул о процветающей рыбной промышленности и пообещал прислать партию лунной рыбы, чтобы императрица могла оценить деликатесы из филе, так же как он смог отведать превосходный кофе. От этого рассказа Лето стало легче на душе.
Императрица улыбалась, очевидно, испытывая удовольствие от общения с герцогом.
– Расскажите мне о вашей возлюбленной леди Джессике. Да, да, я все о вас знаю! Очень немногим аристократам удается поддерживать столь долгие и счастливые союзы. Она, конечно, всего лишь наложница, но мне кажется, что леди Джессика – самая подходящая для вас партия.
Лето не смог скрыть темную тень, пробежавшую по его лицу.
– Джессика уже не моя наложница. Ее отозвали в Школу Матерей на Уаллах IX, и я думаю, что навсегда. Она сказала, что не может нарушить верность Ордену сестер Бинэ Гессерит; она предана им больше, чем мне.
Он не сдержал горечи, и Ариката, казалось, несколько расстроилась.
В момент, когда наступила неловкая тишина, в гостиную вошел лакей и объявил, что к Императрице явился следующий посетитель. Лето поднялся, поклонился, поблагодарил Арикату за уделенное ему время и отправился в свои покои во дворце.
В течение нескольких часов после аудиенции у Императрицы и упоминания имени Джессики Лето не мог прийти в себя. Это напомнило ему, что в Ландсрааде мало осведомлены о внутренних делах дома Атрейдесов, и даже, если что-то знали, то кто из аристократов интересовался его чувствами и эмоциями? Наложница – это наложница, женщина, исполняющая определенные обязанности, и Джессика превосходно справлялась с ними в течение многих лет. Лето убедил себя, что у них особые отношения, но теперь выяснилось, что он тешил себя глупыми иллюзиями. Если Бинэ Гессерит поручили ей овладеть его сердцем, то Джессика на самом деле отлично проделала свою работу.
Лето не хотелось в это верить. Но как могло быть иначе?
Сидя в покоях и предаваясь невеселым раздумьям, он вспомнил уроки, преподанные отцом, его ролевую модель. Герцог Паулус Атрейдес научил Лето править, научил благородству, научил достойно носить бремя чести. Но Лето видел, что отец совершал такие вещи, какие он считал для себя недопустимыми.
Он вспомнил, как однажды сидел перед старым герцогом в его кабинете, который теперь стал его собственным. Ему было тогда всего четырнадцать лет, столько же, сколько сейчас Полу. В предыдущие годы дом Атрейдесов сотрудничал с императором Элрудом в низвержении дома Колона, благородного семейства, якобы замышлявшего заговор против императора. Элруд объединился с Паулусом, и войска Атрейдесов атаковали Борхис, планету дома Колона. Лето никогда не понимал, в чем заключался стратегический смысл или причина этого нападения, не понимал, зачем потребовалось
