Молчание.
— А если они тебя пошлют?
Хрен они меня теперь куда пошлют. Они мне еще больше заплатят, чтобы иметь под своим боком такого умника. Понаблюдать за мной. Держать под своим контролем. Это они так думают.
— Проверь.
— Я так понимаю, что я вам не нужен. Прощайте.
— Постойте, — сказал хор из четырех человек.
Вот, как я и думал. Герцогиня, святоша, шишка и маг. Они решают все.
— Мы согласны, — озвучил общую мысль Ронк.
Все, он бывший командир. Хватит, временные, слазь. Приходит более достойное руководство. Мы — не эсеры. Мы — анархисты.
— Контракт, — протянул я руку.
— Вот, — сунул мне лист бумаги маг Изар.
Я прочитал контракт — вроде все нормально. А с тобой, выкидыш ехидны, я позже потолкую. Я уже имею одну звездочку за сбитого повелителя на фюзеляже. Будешь ежика на «вы» называть, так добавлю и вторую. Ну, попробую добавить. Удары в спину получаются у меня хорошо.
— Поставьте подпись заказчика, — сказал я.
Ронк достал кинжал и приложил свою кровь. Бинго. Я вас всех поимел. Растеряны вы очень. А сейчас я внесу небольшие изменения.
— Подписываются все, — потребовал я. — Иначе я не подпишу.
— Это не по правилам, — взвился святоша.
— Правила устанавливаю я, — я улыбнулся. — Вы не согласны?
Нехотя и ворча, эту процедуру повторили все присутствующие. Вот так будет лучше. Повязаны все, а не один. Я не хочу никого из вас убивать. Алиана, ты — маг жизни, а не огня и не сможешь испепелить меня глазами. Успокойся. Я скажу тебе пару гадостей, ты мне скажешь десятка два, и мы снова найдем консенсус. Ты опять станешь нормальной девчонкой. Очень красивой девчонкой. Я приложил свою кровь к договору и спрятал его в напоясную сумку. Подошел к столу, просмотрел бумагу и оставил свою кровь на их экземпляре. Все. Контракт заключен.
— Цель? — спросил я у Ронка.
— Артефакт в Мертвой пустоши, — ответил он.
— Что? Где?
— Артефакт в Мертвой пустоши, — недоуменно повторил Ронк.
— Блин, какого хрена ты, сволочь, начал действовать раньше, — взорвался я, — а твой долбаный дух, да я эту… — непереводимая игра слов!!!
Все присутствующие немного удивились в плане полного охреневания. Вру, не все. Алиана задумалась. Полный северный лис. Я попал под раздачу.
— Нет. Это называется иначе. Просто полный!
Ты уже начал материться? Раньше не замечал такого.
— А что еще остается делать?
Отступление первое
— Значит, Хизар, отступника нигде нет?
— Да, мастер. Я прошел все сопряженные сферы. Никаких следов.
— Он умер?
— Похоже на то. Но ничего утверждать я не берусь. А что вы выяснили у наших «партнеров»?
— Ничего. После своего вмешательства они отступником больше не интересовались. Меня в этом заверила одна очень высокопоставленная персона.
— Что мне делать дальше, мастер?
— Занимайся своими прямыми обязанностями. Кстати, Хизар, если отступник жив, то тебе будет очень плохо. Не я тебя накажу: он тебя накажет. Отступник не умеет прощать, он не знает, что это такое, а ты его предал. Помни об этом.
— Я помню, мастер.
Через несколько часов неизвестно где.
Море лениво посылало волны на пустынный берег. Чайки кружили над одиноким существом, которое бросало им куски хлеба.
— Да, никак вас не накормить, — засмеялся Хизар. — Ты ведь любил это делать, теперь и я люблю. Чайки, море — и никого вокруг нет.
Очередная волна накатилась на пустынный берег.
— Мастер, — подняв голову к темному небу, крикнул Хизар, — ты велик, ты знаешь почти все. Ты прав. Он не умеет прощать, он не знает, что это такое. Есть одна маленькая проблема, мастер. Я всегда защищал его спину, и я его не предавал!
Громкий смех разнесся по пустынному пляжу.
ГЛАВА 3
«Нормальные герои всегда идут…» в поход
Я уныло посмотрел на свою команду в последний раз и дал отмашку на выдвижение. Все, что можно было сделать, я сделал. Отговорить туристов от рейда оказалось невозможно. Надо — и все. Черт с ним. Рассказать спутникам, так слово мертвому — это железное слово. Я не хочу, чтобы меня назвали клятвопреступником. Я не хочу отвечать за нарушение слова. Никто этого не хочет.
Трава шелестит под копытами лошадей нашей группы и будет еще шелестеть дней пять, пока мы не прибудем на место. Потом — все. Потом нас будут убивать. Неторопливо и со вкусом пластать на части. Вот черт. Я и рассказать им ничего не могу. Дух, гад, взял слово, что только я один буду знать. Тогда я не видел в этом ничего страшного. Я знаю, и никто другой не курсе, ну и чего в этом криминального? До проявления интереса ко мне сволочи наверху оставалось несколько дней. Я ошибался. Вернее, я недооценил своего «подвига» с убийством королевы. Тогда я предполагал, что это расплата за Чейту, но не стал потом развивать свою мысль. Зря. Сволочь действительно проявляла ко мне серьезный интерес раз в год. Но он подкидывал задачи и в остальное время. Тот лич, которого я в первый раз встретил в погани и от которого я сбежал, — он наверняка был из этой обоймы. Из обоймы интереса ко мне. Гражданская война в Декаре — наверняка тоже из этого списка. Нет, ради меня он бы не стал устраивать это, но все остальное… Воспользовался ситуацией. Черт с ним.
Блин. Я не зря отправился в пограничье. Проф удивлялся, но он не знал полностью моей истории. Я же был разведчиком на Земле. Мотострелком, но разведчиком. Леса — это для меня не ново. То-то Конт удивлялся, как я быстро и точно понимаю его указания. Как я разбираюсь в тактике боя в лесу. Она, тактика, всегда одинакова. Ну, почти одинакова. Наработки немного разные, но суть одна. А вот бой в подземельях — это совершенно другая песня. Кое-кто оценил это во Вьетнаме, а потом оценили и другие. А Конт — как он удивлялся. Мол, и этому охотников учат? Не учат. Это домашние заготовки. Поэтому и была придумана эта легенда. Я — егерь с Драконьего хребта. Все в нее вписалось просто и невероятно удачно. Блин, вписалось, да так, что я совершенно этому не рад. Я был охотником-одиночкой. Я устраивал налеты для собственного самосовершенствования. А теперь что делать?
Я отвечаю за группу. В первый раз это со мной. Обычный бой — это другое. Там я боец, а не все остальное. Надо найти лазейку в клятве. Надо. А теперь я постараюсь довести группу до конечной точки маршрута. Я опять усмехнулся. Как там учил нас ротный? Главное — это правильная оценка обстановки. В ходе оценки обстановки командир группы изучает всю имеющуюся разведывательную и другую информацию о противнике и районе предстоящих действий группы. Я командир, и я давно это сделал.
