Косвенным подтверждением этого предположения является то, что летописец Ярополка, по всей видимости, вовсе не упоминал Аскольда и Дира! Дело в том, что имена братьев в ПВЛ накрепко привязаны к Варяжской легенде, а описание их похода взято, по-видимому, из греческих источников. В «Ярополковой летописи» значилось только: «В год 6360 (852), индикта 15, когда начал царствовать Михаил, стала прозываться Русская земля. Узнали мы об этом потому, что при этом царе приходила Русь на Царь– град, как пишется об этом в летописании греческом. Вот почему с этой поры начнем и числа положим. «От Адама и до потопа 2242 года, а от потопа до Авраама 1000 и 82 года, а от Авраама до исхода Моисея 430 лет, а от исхода Моисея до Давида 600 и 1 год, а от Давида и от начала царствования Соломона до пленения Иерусалима 448 лет» а от пленения до Александра 318 лет, а от Александра до рождества Христова 333 года, а от Христова рождества до Константина 318 лет, от Константина же до Михаила сего 542 года». А от первого года царствования Михаила до первого года княжения Олега, русского князя, 29 лет, а от первого года княжения Олега, с тех пор как он сел в Киеве, до первого года Игорева 31 год, а от первого года Игоря до первого года Святославова 33 года, а от первого года Святославова до первого года Ярополкова 28 лет…». Как мы видим, никакого намека на то, что именно Аскольд и Дир совершили знаменательный поход 860 года, нет, но, с другой стороны, летописца волновал не поход апокалиптической руси к стенам «нового Иерусалима», а начало Киевского государства в земле полян, которое он связывал с именем Олега Вещего.
Откуда же в других летописях появились сведения о том, что именно войско братьев осаждало цитадель православия? Ответ нам дает Никоновская летопись. В ее составе мы находим ряд уникальных известий о правлении Аскольда (именуемого также Оскольдом) и Дира: походы на Полоцк, на Византию, война с печенегами, первое крещение русов. Ряд этих известий подтверждается византийскими источниками (осада Царьграда, крещение 867 года), другие – археологией (поход на Полоцк). Спорным является известие о войне с печенегами, так как ПВЛ (может быть, еще Ярополковой редакции) относит появление печенегов ко времени Игоря в 914 году, но здесь говорится лишь о их первом нападении на Киев, тогда как Предание о расселении славян говорит о том, что печенеги появились на Дунае после обров, еще до венгров-мадьяр, появление которых относится ко временам Олега: «После обров пришли печенеги, а затем прошли черные угры мимо Киева, но было это после – уже при Олеге». Косвенно сообщение о войне с печенегами свидетельствует о том, что все-таки Русь Аскольда и Дира располагалась не на Днепре, а где-то в другом месте, раз на Поднепровье печенеги впервые напали только в 914 году! Наконец, еще одно сообщение Никоновской летописи, не связанное с корпусом известий т. н. «Аскольдовой летописи», снова сообщает о нападении братьев на Царьград, но уже совместно с «куманами». Куманы – это европейское название половцев-кыпчаков, но если русские летописи его упоминали, то относили именно к подунайской ветви этого народа! Впрочем, на самом деле появление куманов в этом сообщении объясняется еще проще – дело в том, что на Руси XII–XIII вв. этим словом переводили греческий термин «скифы», а скифами, таврами или тавроскифами в греческих хрониках IX–XII вв. называли русов и позднее полян-русь![21]
Впрочем, Аскольд и Дир не совсем были чужды киевской истории. Летописи заканчивают рассказы о злоключении полян появлением в их земле этих братьев, правда, привязав это сообщение к Варяжской легенде. ПВЛ говорит: «И было у него (Рюрика) два мужа, не родственники его, но бояре, и отпросились они в Царьград со своим родом. И отправились по Днепру, и когда плыли мимо, то увидели на горе небольшой город. И спросили: «Чей это городок?». Те же ответили: «Были три брата, Кий, Щек и Хорив, которые построили городок этот и сгинули, а мы тут сидим, их потомки, и платим дань хазарам». Аскольд же и Дир остались в этом городе, собрали у себя много варягов и стали владеть землею полян».
Иоакимовская летопись: «Славяне, живусчие по Днепру, зовомии поляне и горяне, утесняеми бывши от казар, иже град их Киев и протчии обладаша, емлюсче дани тяжки и поделиями изнуряюсче, тии приелаша к Рюрику преднии мужи просити, да послет к ним сына или ина князя княжити. Он же вдаде им Аскольда и вой с ним отпусти. Аскольд же, шед, облада Киевом и, собрав вои, повоева первее козар, потом иде в лодиах ко Царюграду, но буря разби на мори корабли его. И возвратяся, посла в Царьград ко царю».
С серьезными отличиями рассказывает об этих событиях Новгородская Первая летопись младшего извода (НПЛ): «В эти же времена был в Греческой земле цесарь именем Михаил и мать его Ирина, которая провозглашала поклонение иконам в первую неделю поста. При нем Русь пришла на Царьград в кораблях, бесчисленное количество кораблей, а двести их вошло в Суд, причинив грекам много зла и убийства христианам. Цесарь же с патриархом Фотием совершили молитву в церкви святой Богородицы Влахернской на всю ночь. Вынесли также ризу святой Богородицы, омочив в море ее полу. Стояла в то время тишина, и тотчас поднялась буря, и топила корабли русские, и выбрасывала их на берег, и те возвратились восвояси.
После этих лет братья погибли. И обижали полян древляне и другие соседи…
…Но мы вернемся к нашему изложению. После этого, после тех братьев, пришли два варяга и назвались князьями; одному было имя Аскольд, а другому – Дир. И княжили в Киеве и владели полянами, и воевали с древлянами и уличами». Здесь поход 860 года приписывается Кию и его братьям, Аскольд и Дир унаследовали им Киев, но, хотя и не связаны с Рюриком, уже названы варягами! Видимо, в Новгороде лишь очень смутно были знакомы с полянскими преданиями.
Любопытно, что в Никоновской летописи также присутствует Варяжская легенда, но подана она совершенно иначе, чем в ПВЛ, и стоит впереди известий о «братьях– варягах», хотя имена Аскольда и Дира с ней никак не связаны. Да и сама Варяжская легенда вписана в хронологию Аскольдовой летописи. Хронология эта существенно отличается и от путаной хронологии ПВЛ, и от реальной хронологии (разница составляет +14 лет!). Призвание варягов по этой традиции датировано 856 (870 по летописи) годом. По всей видимости, известию о призвании варягов в «Аскольдовой летописи» предшествовали какие-то известия о делах русов, но их изъяли позднейшие компиляторы, или же они просто не сохранились. Весьма важно, что по логике текста поход на Полоцк в 859-м был ответом русов на попытку Рюрика посадить там своего наместника – «мужа».
Какие известия могли предшествовать северным событиям? Вероятно, там упоминалось о подчинении русами полян, древлян и уличей, как о том сообщается в ПВЛ и НПЛ, но не упоминается в подробнейшей Аскольдовой летописи, а возможно, о подчинении славянских объединений Полесья – дреговичей. Никоновская летопись сообщает только о походах на Полоцк – центр кривичей, но в Иоакимовской летописи среди племен, приглашающих Рюрика, названы рядом с кривичами дреговичи. Может быть, если за этим известием есть историческая реальность, угроза со стороны русов толкнула дреговичей на союз с северными племенами? Во всяком случае, из восточных источников мы знаем, что в 853–854 году боровшиеся с арабским игом кавказцы-санарийцы отправили в поисках могущественных союзников и защитников посольства к трем, по их мнению, заслуживавших такого внимания государям: «господину Рума» – византийскому императору, «господину хазар» – хазарскому кагану и загадочному «господину славян». В тот период лишь два славянских государя были досягаемы для кавказцев и достаточно могущественны – князь Дунайской Болгарии и правитель русов. Оказать же военную помощь имел возможность только второй, имевший мощнейший на Черном море военный флот. Если русский государь на Кавказе воспринимался как «господин славян», значит, русы к 853 году подчинили значительное число восточнославянских земель-княжений и сами, очевидно, были славянами! Примерно в то же время писал свой труд арабский таможенный чиновник и географ ибн-Хордадбег, донесший до нас известие о караванах русских купцов, посещавших Багдад. Араб, очевидно, лично досматривал караванщиков и был знаком с ними, поэтому особого доверия заслуживает его указание на то, что «русы – это род славян»! Важность этого указания состоит в том, что другие арабо-персидские ученные, как правило, четко различали русов и славян, на что любят указывать сторонники норманской и аланской гипотез происхождения Руси. Однако, как мы видим, и ибн-Хордадбег выделяет русов среди других славянских народностей, которые предстают в глазах восточных людей неким единым этнографическим целым. Очевидно, русы действительно выделялись на фоне славянского мира, в первую очередь уровнем развития и размахом своей военной, политической и экономической деятельности.
