трёх отрогов, которые ответвляются от главного участка. На среднем отроге есть довольно большое пресноводное озеро, в котором водится исчезающая рыба. Так что время от времени деревенщины с юга Сент-Питерсберга выскальзывают и пытаются нас ограбить. Озеро - одна из тех территорий, которые находятся за пределами комплекса, за которыми вам придётся присматривать.
"Пока что всё звучит хорошо", - подумала Клэр.
Но она не будет самонадеянной; Деллин явно хотел, чтобы он взял её на работу, но ей всё равно нужно было встретиться с боссом клиники, и, несмотря на влияние Деллина, она знала, что плохое впечатление может поставить под угрозу всё дело. Она посмотрела на себя и довольно прямолинейно поняла:
"Я выгляжу как куча дерьма. Моя одежда грязная и мятая, и я воняю. Если хозяин заведения увидит меня такой, он вышвырнет меня за дверь, вероятно, с прищепкой на носу".
- Мне действительно нужно привести себя в порядок перед встречей с боссом, - пискнула она. - Я хочу, чтобы вы знали, что я не всегда так выгляжу.
- Не беспокойтесь об этом, - сказал Деллин в третий или четвёртый раз. - В клинике есть душ и раздевалка. Вы можете привести себя в порядок и надеть форму сотрудника службы безопасности. Вы будете выглядеть отлично.
Она вздохнула с облегчением. У неё всё ещё было множество вопросов, но теперь пейзаж отвлекал её внимание. Основная часть острова, казалось, существовала в идеальной симметрии: идеально прямая дорога, идеально прямые овраги, затем идеально ровные ряды пальм.
- Теперь посмотрите на это, - сказал Деллин и улыбнулся ей.
Он повернул налево, на хорошо выровненную грунтовую дорогу, и остановился.
У Клэр перехватило дыхание. Дорога - снова идеально прямая - казалось, уходила в чащобу, виртуальный туннель через густой тропический лес из пальм высотой в сто футов и австралийских сосен. Два дерева, обозначающие вход, были соединены на самых верхушках раскидистыми лианами и испанским мхом, как естественная арка. В один момент солнце палило на них, но в следующий... машина медленно двинулась в прохладный тихий полумрак, пейзаж безупречной природы, непохожий ни на что, что Клэр когда-либо видела.
- Неплохое зрелище, да?
- Да, - согласилась Клэр. - Чуть красивее, чем парк джунглей в центре Сент-Питерсберга.
- В этом парке есть небольшой кусочек каждого естественного географического примера в штате Флорида и почти каждый пример фауны и флоры. Работать здесь - это почти как быть в отпуске семь дней в неделю.
- Понимаю, что вы имеете в виду, - сказала она, - но...
Она не могла подавить внезапный приступ пессимизма. Все эти месяцы в убежище или ночёвки под мостами и ожидания грузовика с раздачей пропитали её, как пятно, которое не отмывается.
- Я должна сказать вам, Деллин. Я не из тех, кто смотрит дарёному коню в зубы, но всё это слишком хорошо, чтобы быть правдой.
Деллин взглянул на неё, улыбаясь.
- Или, может, вы просто заслуживаете чего-то хорошего для разнообразия.
Клэр откинулась назад по воле ветра.
"Да. Может, я действительно заслуживаю..."
ГЛАВА 3
По сути, Кэри Энн больше не обладала разумом человека. Теперь она действовала только на своих нервах, адреналине и базовом инстинкте аборигена. Обрывки памяти время от времени вспыхивали, но только на секунды, воспроизводя ужас прошлой ночи: обезглавливание Калеба, потрошение Джори и... то, что произошло потом. Что-то ещё преследовало её, так же периодически - высокий, крутящийся звук, как визг кошки, но затем Кэри Энн поняла, что она просто помнит свои собственные крики.
Шестнадцать часов спустя, голая и изуродованная, она лежала полностью погребённая в лесных отходах, только её нос и один глаз были видны. Прошлой ночью мужчина, убивший Калеба и Джори, тащил её по лесу, казалось, часами, но каждые пятнадцать минут или около того он, казалось, делал перерыв - чтобы изнасиловать её.
Вот как прошла ночь - вся ночь.
Она так и не увидела своего нападавшего - он предпочитал её на животе, в земле - она только чувствовала его, изнурительное и почти формальное насилие над её телом. Он так и не сказал ни слова. Сопротивление было бесполезным, даже неразумным, как она довольно быстро поняла. Его руки были твёрдыми, как засохший цемент, а его хватка - как тиски. Однажды она пнула его, целясь в пах, но промахнулась. Он ответил на действие, просто схватив её за запястье, которое сжал, пока...
Хруст!
...её запястье не сломалось.
Позже она снова начала кричать, и, очевидно, это начало его раздражать. Он дёрнул её за волосы, ударил ладонью одной руки по её губам и запечатал ей рот. Затем другой рукой он зажал ей ноздри. Он позволил ей медленно задыхаться, содрогаясь, и всего за мгновение или два до того, как она умрёт, он отпустил её ноздри - только чтобы зажать их секунду спустя, когда она успела хрипеть на одном дыхании. Он делал это некоторое время, накрывал и отпускал, накрывал и отпускал, пока она не получила сообщение: не кричи. Она получила шанс проверить свою решимость прямо здесь и сейчас; действие поочерёдного доведения её до почти смерти через удушение заставило его снова возбудиться, а затем её снова швырнули животом в грязь и взяли ещё раз.
На этот раз Кэри Энн не закричала.
В своей жизни она совершила несколько плохих вещей, и в кратких обрывках сознания сейчас она действительно это осознала. Изменяла Калебу, конечно, и обманывала его при каждом удобном случае, но это было пустяком. Но был тот случай, когда она проезжала мимо, пару-тройку лет назад. Это было задолго до того, как она замутила с Калебом. Её парень в то время купил плохую травку, которая оказалась орегано без всякого наполнителя! Они поехали обратно на тот же угол улицы в южной части; её мужчина открыл огонь из револьвера 9-мм, четырнадцать выстрелов. Убил дилера, который их обманул, сбив с него кепку.
Убил и маленького мальчика, когда он ехал на велосипеде в соседнем квартале.
Но Кэри
