— Ветров, кто тебя просил лезть не в своё дело! — Сжимаю кулаки, вкладывая в вопрос всю накопившуюся за день злость, а затем открываю глаза и издаю разочарованный стон: Ветрова снова нет дома! Кровать аккуратно заправлена, на рабочем столе — идеальный порядок. Ни разбросанной одежды, ни небрежно сваленных тетрадей. Впрочем, и самого подкидыша в комнате тоже нет. Опять ушёл гулять со Златой или тусить с одноклассниками? Интересно, узнай они, что Ветров неотёсанный беспризорник, все равно стали бы звать парня в свою компанию? Ну ничего, рано или поздно, всё тайное станет явным, и Сава поймёт, где его место!
— Лучше поздно, — бормочу в ответ на собственные мысли и печально вздыхаю. Как ни крути, но теперь мы в одной связке. И если ребята отвернутся от Ветрова, меня будет ждать та же самая участь.
Аккуратно прикрываю за собой дверь и ни с чем возвращаюсь к себе, но прежде чем снова попытаться заснуть, решаю спуститься на кухню, чтобы немного попить.
Вымеряю каждый шаг, ступая по тонким ступенькам: в квартире темно, а тягучая тишина откровенно намекает, что родители давно спят. Через гостиную медленно крадусь на кухню и вслепую тянусь к холодильнику. Хорошо, что внутри него горит свет, и мне не приходится искать минералку на ощупь. Проворачиваю крышку, умоляя газировку пшикать потише, и с неимоверным наслаждением прикасаюсь иссохшими губами к живительной влаге.
— Пьёшь в одиночку? — Насмешливый голос Ветрова пугает до чёртиков! — Такая себе привычка, Нана.
Подпрыгиваю от неожиданности, позволяя бутылке выскользнуть из рук, предварительно облив меня холодной минералкой с ног до головы.
— Какого дьявола! — верещу, наплевав на родительский сон! Внутри до сих пор всё клокочет от перенесённого испуга и очередной волны злости на парня. Позабыв про осторожность, бегу к выключателю и врубаю свет на полную. — Ты совсем больной, Ветров?
Стискиваю зубы и, стряхивая с рук капли ледяной воды, сверлю придурка разгневанным взглядом. Теперь понимаю: он никуда не уходил. В домашних трениках и растянутой футболке Сава стоит у окна. Волосы парня влажные и торчат в разные стороны, на его обнажённых руках переливаются одинокие капли воды, а через плечо перекинуто полотенце. Ну конечно, Ветров принимал душ! А поскольку ванная комната на втором этаже только моя, ему пришлось воспользоваться общей на первом.
Взгляд невольно цепляется за рисунок, что сквозь капли тянется по коже Ветрова от локтя до самой шеи. Извилистый, непонятный, выполненный так тонко, что не терпится подойти ближе и внимательно его рассмотреть. Но мерзкий треск пластика моментально приводит в чувство. Перевожу взор на ладони парня, которыми тот неистово сжимает точно такую же бутылку с водой, что ещё минуту назад холодной лужицей разлилась у моих ног. Но не это привлекает моё внимание. С ужасом сглатываю, замечая, что ладони Савы сплошняком сбиты в кровь. На выпирающих костяшках просто нет живого места. Ветров дрался! Но с кем? Когда?
Понимаю, что смотрю на парня неприлично долго, но шокированная нашей внезапной встречей и его ссадинами, не могу отвести глаз.
— Чего уставилась? — бросает небрежно Сава, а я снова вздрагиваю. — Всё ещё надеешься на поцелуй? Или решила отблагодарить за помощь с предками?
— Что? — От его грубой наглости перехватывает дыхание. Облизываю губы и порываюсь высказать придурку всё, что накипело за эти дни, да только Ветров меня опережает.
— Не впечатляет! — Парень нахально кивает в мою сторону и начинает хохотать. А я наконец вспоминаю, что стою перед ним в чёртовой шелковой пижаме, оголяющей всё, что только можно. Выгляжу пошло и до безумия глупо. Но это ещё полбеды! Намокший от пролитой минералки шёлк бесстыдно прилипает к телу и наверняка просвечивает. Отчаянно втягиваю носом воздух и прикрываю глаза.
Ну что, привет, моя очередная порция позора!
Мы в ответе за свой выбор. А он есть всегда! Я могла признать поражение и сбежать, а потом ещё долго стыдливо опускать глаза при встрече с Ветровым. Но проигрывать — не в моих правилах! Да и было бы кому! Что он видел там, в своём детском доме? На каких девушек смотрел? В любом случае, все его слова — фарс! Я знаю себе цену и от комплексов относительно внешности не страдаю! Спортивная фигура, вымуштрованная вечными диетами и изнуряющими тренировками, без ложной скромности почти идеальна! Ухоженные волосы, шелковистая кожа… Не впечатляет? Ну это мы сейчас проверим!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Что именно тебя не впечатляет, Ветров?
Как там в голливудских мелодрамах: шёпот с хрипотцой, зубками касаюсь нижней губы. Игриво, уверенно. И пусть внутри всё сводит от дикого смущения, я через силу расправляю плечи и смело смотрю в глаза парню.
Треск пластика в его руках — лучший ответ! Сава врёт: ему до безумия нравится то, что он видит. Отлично! Сейчас узнаем, у кого из нас кишка тонка дойти до конца!
— Тебе что-то не нравится? Здесь? — Наивно округляю глаза и пробегаю подушечками пальцев по оголённой шее, слегка приподняв подбородок. Затем томно вздыхаю и начинаю приближаться, ненароком касаясь промокшего топа. — Или здесь?
Ветров стискивает челюсти и продолжает неотрывно наблюдать за моим представлением. Глупый! Если он думает, что я струшу, то сильно заблуждается! И в доказательство своих намерений, будто случайно затрагиваю тонкую бретельку топа. Та поспешно слетает с точёного плечика, обнажая чуть больше нежной кожи, чем допустимо, но всё же оставляет место для фантазий. Сава шумно выдыхает, а я делаю ещё несколько шагов ему навстречу.
— Упс! — Ладошкой прикрываю рот, а кончиками пальцев задерживаюсь на губах, притягивая к ним всё внимание парня.
Крылья его носа раздуваются, остекленелый взгляд прикован к моему приоткрытому рту. Оглушаемая биением собственного сердца, замираю в полуметре от Ветрова. Смешное расстояние. Ещё не поздно обратить слова в шутку и убежать. Да и Саве ничего не стоит отойти, сморозить очередную глупость и снова заставить меня покраснеть. Но мы оба молчим, отчаянно не понимая, что делать дальше!
В носу щекочет от аромата мужского геля для душа. Немного терпкого и освежающего, с нотками лайма и мяты. Глазами собираю одинокие капли воды, в тусклом свете поблескивающие на упругой коже парня, и снова теряюсь взглядом в лабиринтах узора на крепкой шее.
Рваное дыхание Ветрова придаёт уверенности, а напряжённые скулы на его лице выдают Саву с головой. Он обескуражен, растерян, взволнован. И как бы сильно ни хотел мне нахамить, сейчас его мысли всецело заняты тем, что он видит. Его мозг в отключке! Вот он мой шанс победить!
Понимаю, что если хочу утереть самозванцу нос, должна идти до конца. Ещё шаг. Одно дыхание на двоих. Тепло его губ в нескольких миллиметрах от моих, и пропитанное отвращением «Никогда». Далее едкий смех и сладкое ощущение отмщения. Я же этого хочу? Верно?
Но как назло, взгляд падает на его разбитые ладони, а в голову настойчиво лезет мысль, что в жизни Ветрова, как и в моей, и без того слишком много боли. И я ошибаюсь… Протягиваю руку и зачем-то касаюсь бесформенных ссадин на его пальцах.
— Больно? — Ненавижу себя за слабость и никчёмную жалость. Я только что отдала свою победу в грязные лапы Ветрова! Дура! Нашла кого жалеть! Но иначе не могу! Впрочем, это не означает, что не может он.
— Не твоё дело! — хрипит Сава и выдирает свои ладони из моих.
Как ни в чём не бывало он отходит от меня и уверенно идёт к раковине, открывает дверцу шкафчика под ней и в мусорное ведро кидает помятую бутылку, а после, скрестив на груди руки, оценивающим взглядом вбивает гвозди в мою излишнюю самоуверенность. Отморозок чувствует, что я дала слабину и бьёт по живому: — Это всё, на что ты способна, На-На? Цирковое представление окончено? Можно по кроваткам и спать?
Мерзкая горечь поражения болотной тиной расползается в сознании, но Ветров не думает замолкать:
— Повторяю для тупых: ты не в моём вкусе, девочка, — произносит он надменно и медленно начинает сокращать расстояние между нами, как делала я всего минуту назад. — Не старайся! Прибереги свои дешёвые приёмчики для Булатова. На нём сработает.
