Свет, ну понятно же! Алюминиевая пудра рассыпется, будет красивше. А кого-то еще и замарает, будет видно, кто подорвался.
— Точно для красоты?
— А зачем еще краска может понадобиться? — И у всех пацанов лица такие честные-честные. И доброта в каждом жесте.
— А у меня каска есть. Настоящая, солдатская. Приносить?
— Зачем? Чтоб кто-нибудь об неё морду разбил? Взрослейте уже, парни. Удобная одежда, запасные носки и варежки — это нужно. Пришить погоны так, чтоб хрен кто смог оторвать — тоже хорошо. А игрушки пусть остаются в песочнице. Ты еще саблю возьми пластмассовую.
— А дымовые шашки было бы хорошо поджечь.
— Где ты их возьмешь?
— В «Хозяйственном» по рубль-двадцать лежат. Небольшие, а нам и не надо большие. — А ведь правда мысль хорошая. Меня прямо как подталкивает что-то изнутри побарагозить. И снаружи тоже толкают. Может, ну его это взрослое сознание? В кои веки можно вспомнить детство золотое не под воздействием алкоголя, а стрезву. И вообще, мне можно — я школьник.
— Дымовые шашки я беру на себя. Пару штук куплю, деньги есть.
— О как! Богатенький Буратино!
— Так он небось за статью гонорар получил. Мне мама говорила, за это платят.
— Мишк, что, правда платят?
— Правда. И кое-что я отжилил от родаков.
— А что не проставился?
— А что перед Ашками за школой за меня не вписался? — На меня хрен наедешь, я и сам ездок тот еще.
— Харэ спорить, если всё обговорили, давайте уже по домам! Кстати, Ашки против нас будут. Так что возможность подраться представится.
— Ребята! Никаких драк! Это Зарница, а не кулачное побоище. А то я классной всё расскажу. И про хлопушки, и про дымовухи.
— А так не скажешь? — Чуга решил дожать ситуацию.
— Если пообещаете, не скажу.
— Побожись!
— Честное комсомольское!
— Лады. Тогда и мы обещаем не драться. Будем погоны рвать.
По домам расходился совсем уж спаянный коллектив. Такое ощущение, что эти Зарницы не тупо для галочки проводят, а реально от них какая-то польза может быть. Взаимовыручка и круговая порука на почве совместной незаконной деятельности.
12 декабря 1981 г
«Ну чего, участвовал я в этой вашей Зарнице, живой-здоровый вернулся. По ощущениям — как с коллегами сходил пива попить. На природу с квадроциклами и мячом. То бишь набегались и наорались до полной потери голоса, промокли до трусов, до дома добрались на морально-волевых качествах. И я не про себя одного, по лицам было видно, что все в таком же состоянии домой плелись.
А начиналось всё вполне чинно. Построили наши восемь классов перед строем, объявили потешный приказ о формировании подразделений, что-то еще задвинули про священный долг гражданина и гражданинки, потом про славу отцов и дедов, завоевания Революции… Мы уже откровенно трепались в строю, не слушая это бесконечное бла-бла-бла. Повели нас всё-таки на речку, благо там места больше, будет где разгуляться двум сотням архаровцам, выпущенным на волю.
Программа простая, как мычание, подразумевала викторину по гражданской обороне, задания для команд и финал — сходка грудь-в-грудь за флаг. То есть нас разводили по разные стороны, чтоб раздраконить посильнее и потом натравить одних на других. Другими досталось быть нам — Бэшкам, зеленым. Снег сегодня лепится, так что не будет никаких препятствий в постройке снежной крепости, а значит и защите флага от посягательств Ашек.
Викторина была достаточна простая для старшеклассников, кто-то из наших сразу начал умничать, но был одернут мною — пацаны, дайте мелочи подумать, вдруг кто-то чего-то дотумкает. Или картонную медальку сильно хочется? Народ идею вкурил, так что детишки орали в полный голос, а мы спасали ситуацию только в самых сложных случаях.
Задания были задуманы как некие военные игрища, но кто-то жидко обделался. И по части задумки, и по организации. Бросание гранат достаточно быстро пришлось заканчивать по причине утери самих гранат. Кто же мог предположить, что в глубоком снегу граната теряется из вида и потом ползёт под снегом в рандомном направлении, лишь бы её не кидали снова? Гранату взялись искать, искали долго и нудно, даже нашли, но настроение уже было не то. А потом этот чудила пригласил всех на следующее испытание. В огороженном натянутыми веревками квадрате нужно было найти бутылку с запиской. А в записке секретный шифр. И вроде как указание места, где нужно строить крепость. После поисков гранаты поиск бутылки такой же формы в точно таком же сугробе… не выглядел свежо. Все тупо бродили, загребая снег ногами в надежде выпнуть бутылку. Ровно так же, как перед этим пинали гранату. Старшаки, то есть мы, пинали балду и в явном виде саботировали задание.»
Про чудилу: в другой жизни один подполковник однажды поделился со мной одной истиной — мол последней стадией деградации советского офицера является служба в военкомате. Ниже только работа военруком в школе. Так вот в нашей школе учитель начальной военной подготовке периодически приходил на занятия в форме прапорщика пограничных войск. Прапорщик, то есть даже не офицер! И вот это существо в один момент тоном поручика из «Белого солнца пустыни» закричал: «Островский!» Что характерно, ни один Островский не отозвался.
— Тьфу! Как там тебя, Корчагин!
— Прапорщик! — Как принято говорить, в эту игру можно играть и вдвоём.
— Корчагин, ко мне!
— Прапорщик, не хочу! — Наш класс, в данном случае моя банда напряглась, предвидя шоу. А я что, я не готов вот так просто сдавать свои позиции и бежать как собачка на зов. Тем более, что он уже бежит сам. Что и требовалось доказать.
— Корчагин, ты что, вообще ничего про дисциплину не понимаешь?
— Понимаю. Это некая договоренность, позволяющая одним людям организовывать деятельность других без лишних усилий для себя.
— Э-э-э… Умный что ли?
— Ага. Скрывать не стану.
— Тебя звали, почему
