Читаем без скачивания Парашют для утопающего - Маргарита Южина

Некоторое время обе дамы сосредоточенно пялились в свои чашки, но потом Василиса не выдержала:

– Люся, и долго я буду воду гонять? Между прочим, мне на ночь совсем нельзя пить! У меня глаза отекают! И почки! И слюнная железа… Нет, поджелудочная… Не важно! А я с тобой уже третью чашку прикончила! Быстро докладывай – с чего это ты так взбодрилась?

Люся отставила чай, и на ее лице промелькнуло даже подобие улыбки.

– Теперь я знаю, с чего начинать. Смотри – у этого Грини братец объявился как раз, когда…

– …Когда он поплелся в казино, это я помню, – перебила ее Вася. – Дальше-то что?

– Дело даже не в казино! Понимаешь, братец стал заботиться о парне сразу после свадьбы, понятно? И у меня первые признаки этого… вторичного материнства появились тоже после свадьбы – я же к Ольге на следующий день после работы отправилась!

– Так-так-так! – нахмурилась Василиса. – Понимаю, понимаю, и куда ты клонишь?

– А туда!

Люся встала и торжественно достала остатки торта. Сначала попыталась было нарезать их ломтиками, но увлеченная Васенька запихала в рот весь кусок целиком.

– А то! – повторила Люся. – Этот Гринин братец, а также мой сынок, был на этой свадьбе, понятно?! Он видел и меня, и Гриню!

– Фы фумаеф? – с полным ртом уточнила Вася.

– Да, я думаю! Я уверена. Потому что между мной и этим дебильным парнишкой Гриней больше ничего общего нет, никаких точек соприкосновения. И еще… Если он представился мне сыном, а Грине братом, значит… он не слишком старый и не очень молодой. То есть ему где-то… от двадцати пяти и до тридцати пяти. Примерно так.

Вася прожевала торт и развела руками:

– Ну тогда все проще пареной репы! Завтра же навещаем молодоженов, выспрашиваем, что за гости у них были, а там, может быть, и сам благодетель просветится!

– Кстати, они уже, наверное, и фотографии проявили! – радостно заметила Люся.

Вася скисла:

– Не понимаю – ты-то чего радуешься? Я тебе давно хочу сказать, Люсенька, ты отвратительно получаешься на снимках. Такое ощущение, что не человек, а просто баян с глазами, честное слово. Другое дело – я! Я вот, думаю, в этот раз получилась особенно неотразимой! Правда же, мне идет мое зеленое платье?

– Идет. Только ты не в нем была, а в той своей вытянутой кофте, так что тоже – еще те снимочки получатся. Да, в сущности, кто на тебя, Васенька, будет смотреть? Главное – мы сможем разглядеть, кто там был!

Утром Василиса проснулась от непонятного шума и жалобного поскуливания Малыша. Сон немедленно испарился, от него даже испарина на лбу осталась. «До Люси сыночек добрался. Закрыли Малыша, а теперь преступник ее убивает, газовым пистолетом!» – мелькнуло в голове и сразу же захотелось спрятаться на балконе. Однако любовь к ближним пересилила – Василиса тихонько поднялась и на цыпочках проскользнула в кухню – именно оттуда доносились странные звуки.

– Господи… – пролепетала Василиса в ужасе. – За что мне все это?

Люсенька в последнее время частенько не закрывала холодильник. Дверцей мотнет, а та не закрывается, требует более внимательного подхода. И стоит холодильник распахнутый. Сегодня, вероятно, Люся куда-то спешила, и знакомая история повторилась. Малыш и Финли решили, что такую ситуацию не использовать просто преступно, поэтому теперь наслаждались хозяйскими запасами. Коту повезло больше – он восседал на верхней полке холодильника и без помех уплетал замерзшие сосиски. Малыш же пытался протиснуть мохнатую морду между баночек с майонезом и горчицей, чтобы добраться к кусочку колбасы, но от горчицы невыносимо воняло и щипало глаза, а колбаса все никак не доставалась. Бутылочка с кетчупом уже покоилась на полу, рядом, в белой луже, синел пакет из-под молока и валялась чисто вылизанная блестящая бумажка из-под сливочного масла.

– Та-а-а-ак! А совесть, значит, собакам ни к чему, да?!! – уже вопила Василиса, вытягивая кота из холодильного шкафа. – И котам! Вот так вот с грязными лапами по всем продуктам… Малыш! Морду убери!! Ну, Люсенька! Только заявись!

Но Люсенька не заявилась. Сначала Василиса занялась уборкой, и пока подбирала с пола молочное озеро, вспоминала подругу самыми изощренными прозвищами, затем стала нервно поглядывать на часы, в гневе щурить глаза и грозить длинным корявым пальцем невоспитанным питомцам:

– Даже и не смотрите на меня! У, позорища!

Но позже Василиса начала волноваться. Они с Люсей сегодня решили сходить к молодоженам, то есть вплотную приступить к делу, которое касалось Люси, как никого, и она по доброй воле никак не могла проигнорировать такое событие.

– Все! Больше ждать нельзя, – застегивая босоножки в прихожей, бубнила Василиса, пока Малыш весело прилизывал ее голову языком. – С Люсей определенно стряслась беда.

В следующий миг взволнованная женщина ощутила резкий пинок под зад и уперлась лбом в широкую собачью грудь.

– Васенька!! – радостно влетела в дом Люся. – А ты чего – дверь не закрыла? Я же кричала тебе!! Или ты спала?

Грудь Василисы раздулась дирижаблем, и Люсенька всерьез испугалась, как бы с подругой не приключился инсульт. Чтобы хоть как-то избежать страшного недуга, Людмила Ефимовна принялась с силой хлестать подруженьку по бледным ланитам. От такого неслыханного хамства Василиса сперва задохнулась, потом завопила во все легкие:

– Ты где шаталась, старая профурсетка?!! Ты… Ты почему… не закрыла… все молоко!..

– Ой, Васенька, стоит ли так расстраиваться из-за какого-то молока? Ну не закрыла пакетик, так его и не закроешь, не зашивать же его, – отмахнулась Люся и принялась вываливать на подругу кучу новостей. – Вася, ты не представляешь! Сейчас я была у Ольги, наш Василий сказочно вырос! Ты не поверишь, только я подошла к его кроватке, он такой рев поднял!!

– Ну слава богу, у мальчика все в порядке со зрением, – потихоньку стала отходить Василиса. – И с чувством прекрасного тоже.

Люся замахала руками и весело защебетала:

– Да при чем тут прекрасное? Я про то, что он уже распознает мать и чужих!

– Ты, Люсенька, и в самом деле к прекрасному не имеешь никакого отношения, так что не пугай ребенка, дай ему привыкнуть к тебе постепенно. И ответь наконец, почему ты унеслась к Ольге, не предупредив меня? И холодильник опять не закрыла! Мы что – уже перевели кота с собакой на самообслуживание?

– Вася! – честно вытаращила глаза Люся. – Я тебя будила! Вот можешь меня распилить на этом самом месте! Но ты так во сне вытягивала губы, что мне неловко было тебя отрывать!.. А что – мы сегодня никуда не идем?

Василиса села краситься. Они сегодня отправлялись к Кубышовым, туда, где проводилась последняя свадьба, то есть к жениху. Уже через час, горя ярким кирпичным румянцем и моргая накрашенными ресницами, Василиса торопила подругу:

– Ну отчего ты всегда так копаешься? Неужели нельзя было быстренько умыть мордочку, расчесаться и влезть в свои джинсы? Ну сколько для этого нужно времени?!

– Ага, «умыться»! Сама так накрасилась, а мне даже к зеркалу было не подобраться, – жалобно тянула Люся. – И вообще, я хотела спросить, зачем ты, Вася, повесила единственное зеркало в доме под самым потолком? Мне постоянно приходится становиться на стул!

Василиса только небрежно отмахнулась. Она и на самом деле перевесила зеркало, чтобы Люся не торчала перед ним, как изваяние, Васе зеркало тоже нужно. Теперь Люсенька подходит к нему гораздо реже.

У Кубышовых подруги никого из молодых не застали. Зато к ним выпорхнула крепкая и кругленькая, как антоновское яблоко, Наталья Федоровна – мать жениха.

– Ой! А вы чего к нам зачастили? – нервно хихикала она, одергивая кофту и судорожно поправляя волосы. – А мы уже и… это… провели свадьбу.

– Простите, э-э… Наталья Федоровна, – важно начала Василиса. – А мы к вам по неприятному поводу, да, знаете ли… Ваши молодые дома?

– Да нет их, отправились в свадебное путешествие – бабушке сено косить в деревню, а что случилось? – стремительно начала бледнеть толстенькая мамаша.

– Понимаете, э-э… совершенно случайно выяснилось, что кое-кто из ваших гостей… э-э… незаконно спекулирует зубной пастой «Белый клык». Компания решила найти негодяя и привлечь к ответственности. Вот мы и ищем. Хотелось, чтобы молодые нам в этом помогли.

Наталья Федоровна с достоинством поправила бюст и высокомерно вздернула подбородок:

– Наши гости до такой низости не опускаются! Нет, ну у нас, конечно, есть знакомый, который торгует туалетной бумагой, так она вовсе не «Белый клык»! И потом, у него это называется бизнесом, а вовсе не спекуляцией! Он бизнесмен, да!

Люся решила, что подруга взяла неправильный тон, и поспешила исправить положение:

– Да-да-да, мы понимаем! У таких почтенных граждан, как вы, просто не могут в друзья затесаться спекулянты! Вполне вероятно, что этим занимается кто-то из соседей. Однако ж нам все равно придется опросить всех в вашем подъезде, поэтому разрешите вас подозревать в первую… наипервейшую очередь! Как почетных жильцов, так сказать.