отца уедут после свадьбы, а что будет с Мередит — неизвестно. Можно полагаться лишь на саму себя. Чтобы хоть как-то успокоиться, я решила написать план действий.
Глава 11
Коган
Мужчина сказал — мужчина сделал. Для меня всегда было целью держать себя и свои владения под контролем — разве не это первоочередная задача короля? Но со вчерашнего дня все пошло по… Неправильно пошло. Я прекрасно видел по лицу Гвиннет, что розы не произвели на нее впечатление, а ситуация с фрейлиной усложнила все еще больше.
Остаток дня прошел в совещаниях, разбор ситуации налогообложения на скот в южной части королевства и с обсуждений проблем исчезновения людей, живущих близко к Снежной пустоши. Работа хорошо отвлекала от мыслей про Гвиннет, покушения и скорой свадьбы, но стоило появиться свободному времени, как они снова начинали лезть в голову. Как назло, сейчас занять свой мозг было нечем. Свои покои я знал наизусть. Не скользить же мне взглядом по охотничьим гобеленам и мрачным каменным стенам, поэтому я смотрел на своего придворного мага Филлипа. Тот прислонился к стене и наблюдал за тем, как я, сидя в кресле перед камином, прохожу свой еженедельный осмотр.
Лекарь взял в руки осколок вчерашнего зеркала и добротно полоснул им мою руку. Я сжал пальцы в кулак, напряженно и с надеждой ожидая боль. Острие скользнуло по коже, не оставив следа. Вот же зараза! Флокри недовольно вздохнул и недоверчиво посмотрел на меня.
— Ваше Величество, Вы уверены, что нам стоит продолжать?
— Да, я настаиваю. Говорю же, я видел кровь!
Лекарь кивнул, его светлые кудряшки забавно подпрыгнули. Он развернулся к камину и взял оттуда кочергу, которая лежала там какое-то время, чтобы нагреться. Я услышал, как он бубнил себе под нос:
— Будь мастер Сильвин жив, он бы такого не допустил. За что мне это?
Флокри повернулся ко мне и, сощурившись, прижал к моей руке конец кочерги. Раздалось громкое шипение, словно металл погрузили в холодную воду. Я снова не почувствовал боли. На коже не было никаких следов. Мне не хотелось верить своим глазам. Лекарь выдохнул с облегчением и сказал:
— Я понимаю, что для Вас это плохая новость, но Вы целы и невредимы. Мне-то легче, что я не калечу своего короля. Простите, что не смог порадовать Вас.
— Я не понимаю… Я точно вчера видел, как кусок зеркало порезал руку! Мне не могло показаться!
— Вчера это вчера. Сегодня проклятие действует. Я знаю, что это совсем не тот результат, который Вы хотели, но… Тут я бессилен, что-либо сделать.
Я встал и взял лекаря за плечи, отчего тот прижал кочергу к своей груди и испуганно смотрел на меня.
— Флокри, я НЕ хочу умереть, как отец. Надо что-то придумать. Не сидеть же мне, сложа руки, и ждать, когда я стану куском льда?
Филлип оттолкнулся от стены и подошел к нам. Аккуратно он взял мою руку, отцепив ее от Флокри, и поднял, приглядываясь.
— А если попробовать порезать именно то место, которое вчера травмировалось?
Я виновато отпустил лекаря. Эмоции взяли вверх. Это было недостойно. Флокри нервно сглотнул и поставил кочергу на место, прежде чем ответить Филлипу:
— Там довольно рискованно делать порезы.
— Поэтому резать будет тот, чья это работа.
Флокри бросил взгляд полный яда на придворного мага, но послушно взял кусок стекла и сделал надрез. Меня пронзила боль, и алая кровь потекла по кисти.
Радость моя продлилась недолго. Рана закрылась буквально за несколько секунд. Кожа стала гладкой. Не было бы крови, можно было бы решить, что нам все почудилось. Лекарь уставился на мою руку, а потом аккуратно сказал:
— Очевидно, изменения все же есть.
Он сглотнул и аккуратно коснулся острием кожи запястья. То же самое. Боль. Небольшая ранка. Через несколько секунд все гладко. Филлип отпустил мою руку.
— Я так и не чувствую никакой магии. Не перестаю удивляться.
Флокри взял небольшое полотенце, смочил водой и принялся вытирать кровь. Я, окрыленный этой замечательной новостью, громко провозгласил:
— Это Гвиннет! Я уверен, что это ее магия! У меня есть шанс!
Смех так и норовил вырваться из груди. Столько лет бороться с этим проклятием, и оказаться на пороге исцеления! Но Филлип и Флокри не разделяли моей радости. Лекарь бросил на меня неуверенный взгляд и сделал шаг назад.
— Ваше Величество, еще рано делать такие выводы. Пока еще неизвестно, что именно послужило причиной таких изменений. Возможно, это леди Ильвин, а может быть сочетанная магия зеркал смогла повредить Вас. Отец Ваш вплоть до самой своей смерти был невредим, так что тут есть некий прогресс. Тем не менее делать какие-то выводы еще рано, ранение затянулось очень быстро. Эффект возвращения к нормальным жизненным процессам пока что минимален, хотя нельзя отрицать и небольшого сбоя в проклятии. Нужно дольше наблюдать, чтобы понять, что именно это значит. Но по крайней мере нет никаких следов льда на коже, так что спешки нет. Трансформация в ледяную глыбу еще не началась.
Филлип, не дожидаясь моего ответа, встрял в разговор:
— Лучше проводить как можно больше времени с леди Ильвин. Тогда у нас будет шанс проследить, насколько она влияет на проклятие. Ваше Величество, возможно… Стоит ей рассказать о Вашем состоянии?
— Не уверен, что это лучшая идея. Она целый день сидела у себя в комнате и не выходила. Возможно, она все еще зла на меня за фрейлину. Если я к ней явлюсь и скажу: «Ты мое спасение», — это может все окончательно испортить.
В этот момент я посмотрел на лекаря и спросил его:
— Флокри, недавно у вас была свадьба. Как вы справляетесь с тем, когда между вами и женой разногласие?
Лекарь посмотрел вначале на мага, затем перевел взгляд на меня и посеменил к своей врачебной сумке.
— Я разговариваю с ней и стараюсь все уладить до ночи, иначе есть шанс, что я попросту не проснусь. Уверен, леди Ильвин милее моей жены, но я думаю, что признаться ей о своем недуге стоит.
Флокри собрал свои вещи, поклонился и покинул мои покои. Я дождался, пока он закроет дверь и обратился к Филлипу:
— У него правда такая жуткая жена?
— Я её никогда не видел, и не стремлюсь к знакомству. Предпочитаю верить ему на слово.
Глава 12
Гвиннет
Если меня чему-то научил побег из родного дома — так это то, что спускаться по самодельной веревке из одеял нелегко. В тот раз это закончилось
