— С тех пор как я снялся в «Третьей попытке», и газеты, не переставая, стали звонить о моей громкой славе и невообразимых гонорарах, женщины, с которыми я обедал, держали язык за зубами. Или же, наоборот, болтали без умолку, пытаясь убедить меня, что они — лучшее творение со времен изобретения кофемолки.
Джоан, смеясь, закатила глаза.
— В моем случае — никаких проблем. Я-то уж, несомненно, не величайшее достижение со времен изобретения кофемолки!
— Не знаю, — насмешливо произнес он. — С вами по-настоящему легко. И вы обезоруживающе честны, Джоан. — В его глазах сверкнуло озорство. — Или Эйнджел? Я слышал, тот парень… как, бишь, его?., называл вас так.
— А, этот… — небрежно протянула она, чувствуя, как щеки снова заливает румянец. — Мой друг Пол. Он дразнит меня ангелом, чтобы позлить.
— Почему? Разве плохо, когда вас называют ангелом?
Она вздохнула. Ей, видимо, на роду написано вечно попадать в неловкое положение, так почему бы и не рассказать?
— Это дурацкая история, правда. Когда я была маленькой, папа называл меня Джо, а мы с Полом в то время с ума сходили от «Ночных ангелов». Сестра Пола даже пыталась причесать меня так, чтобы волосы были похожи на мотоциклетный шлем… Ну, знаете, как у главного героя, Джо. Это был кошмар. — Джоан печально рассмеялась при этом воспоминании. — Вот после этого бессердечный Пол и стал называть меня «Волосатый ангел Джо».
Сид тепло улыбнулся.
— Что ж, волосами вас Бог не обидел, и вы совсем не похожи на байкера Джо. Однако вторая часть прозвища — ангел — вам вполне подходит.
Джоан польщенно улыбнулась, не зная, что делать дальше. Это был всего лишь комплимент, но она понятия не имела, как на него следует реагировать. Джоан погрузилась в молчание, а Сид выжидающе смотрел на нее. Она тщетно искала какую-нибудь — все равно, какую — тему для разговора… И тут она увидела его.
Пол с довольной улыбкой шествовал по залу ресторана. Все его внимание было сосредоточено на спутнице — невысокой платиновой блондинке с огромным бюстом, который не покачивался при ходьбе. Это было особенно хорошо заметно благодаря мало прикрывающему ее цветастому платью. Боже, подумала Джоан, у Пола ведь всегда был неплохой вкус!
Ты никогда раньше не видела его с женщиной. Откуда тебе знать, какой у него вкус? И вообще, какая тебе разница? — заметил тихий внутренний голос.
Женщина буквально висла на Поле. И у Джоан вдруг подскочило давление.
— Легок на помине, — сказал Сид. — Это ведь ваш друг?
— Кажется, да, — натянуто произнесла она. — Однако эта женщина мне не знакома.
— Такую особу, однажды увидев, не забудешь, — кашлянув, сказал Сид и обвел женщину скептическим взглядом.
Джоан тут же отблагодарила Сида ослепительной улыбкой.
Им принесли первое блюдо, когда Пол и мисс Ходячий Бюст усаживались за столик неподалеку, за спиной Сида. К сожалению, Джоан оба были прекрасно видны. Она сосредоточила внимание на лице Сида, стараясь не смотреть, как платиновая блондинка игриво царапает руку Пола своими ярко-красными ногтями. А тот только улыбался, когда женщина когтила его.
— Что-то не так? — обеспокоенно нахмурившись, спросил Сид.
— Ничего, — пробормотала Джоан, уставившись в тарелку. Значит, Пол встречается с наполовину искусственным существом. Ну и что? Это свободная страна!
После того как они сделали заказ, Пол наклонился, чтобы выслушать замечание своей спутницы, и Джоан явственно увидела, как та прикусила мочку его уха. И тут Пол посмотрел Джоан прямо в глаза и многозначительно подмигнул. У нее что-то щелкнуло в мозгу.
Вот проходимец! Это спектакль. И как она сразу не догадалась! Он просто демонстрирует ей «гадкого утенка, превращающегося в лебедя»… Эти движения, эти взгляды, эти прикосновения, будто бы невзначай. Он просто наглядно демонстрирует ей, что Джоан никогда не достичь таких высот, и ей нечего делать рядом с Сидом.
Джоан с колотящимся от злости сердцем снова взглянула на Сида. Если бы Пол не подтолкнул ее к этому свиданию, она ни за что не попала бы в такой переплет. Будь она проклята, если позволит какой-то заводной силиконовой кукле помешать ее свиданию!
Она сделала медленный, длинный глоток — чтобы ледяная вода немного остудила ее.
Я женщина. И я буду ею! Теперь или никогда! Зря, что ли, я штудировала ту брошюрку? — убеждала она себя.
Джоан позволила соломинке медленно сползти по нижней губе, прежде чем она отставила бокал.
— Обожаю этот ресторан, — с придыханием произнесла она.
Сид вытаращил глаза, и вилка с рисом, которую он нес ко рту, замерла на полпути.
— Правда?
— Ммм… — Она улыбнулась и, набираясь смелости, глубоко вдохнула. — Это одно из моих любимейших мест в Майами. Здесь спокойная, очень романтичная обстановка, а еда… — Она подцепила на вилку ризотто и попробовала. Нежная смесь пармезана и грибов великолепно сочеталась с нежной спаржей. Ей не пришлось имитировать стон удовольствия. — Еда просто… божественная.
Сид смотрел на нее так, словно впервые видел. Джоан подавила инстинктивный порыв снова спрятаться в свою раковину. Одно из двух: он либо сочтет ее безумной, либо найдет ее поведение очаровательным и волнующим… Именно так утверждала брошюрка.
Глаза Сида вдруг вспыхнули, превратившись в два гипнотизирующих изумруда. Джоан приходилось замечать такие взгляды, направленные на других — например, на Энн или Лизу, — и она знала, что они означают. Но теперь, когда такой взгляд предназначался ей, она растерялась. Джоан попыталась томно улыбнуться, и ответная усмешка Сида показалась ей неприятно многозначительной.
В этот момент раздалось громкое хихиканье спутницы Пола. Джоан, стараясь не потерять завоеванных позиций, искоса взглянула в их сторону. Официант принес им огромное блюдо салата, и теперь блондинка с вилки кормила Пола. И тот ел! Вопиющая откровенность женщины превратила робкие потуги Джоан в детскую игру. Можно только представить, ужаснулась Джоан, что она вытворяет под скатертью…
Она поморщилась. Нет! Я больше не буду думать об этом. Джоан заставила себя сосредоточить внимание на собственном столике. Она взглянула на тарелку Сида. Лососина в винном соусе.
— Можно попробовать? — нерешительно спросила она. — Я ни разу не заказывала этого блюда. — Джоан еще пыталась продолжать спектакль, но чувствовала себя побежденной в соревновании, устроенном Полом.
Сид улыбнулся и, насадив на вилку кусочек, поднес к ее рту. Джоан вытаращила глаза. Она думала, что он положит ей рыбу на тарелку. Еще ни разу мужчина не кормил ее с вилки, если, конечно, не считать Пола, а она его не считала.
