Читаем без скачивания Гулял Великий Рив... - Николай Грошев

4. Маг Смерти.

Ненависть. Он хорошо знал ненависть. Китэгра умел ненавидеть.

Ярость. Он отлично знал ярость. Ярость рождается в ненависти.

Боль. Боль, он знал лучше всего. Боль порождает мир. Боль всегда с ним...

Он шёл. Он искал. Боль была с ним. Ненависть вела его вперёд. Ярость заставляла шагать и искать. Он, Китэгра! Он воин! Он Смерть воплоти!

Сегодня Китэгра будет убивать. Не тех, кого он должен убивать, как Пожиратель и преданный Хозяину раб. Нет! Он будет убивать тех, кто посмел сделать его таким. Их слуг и их самих. Слуги, они такие же, как он рабы...

Ну, и что? Они так слабы, что не смогли последовать его путём. Они не смогли сбросить ошейник раба. Он смог. Он будет судить их за их слабость.

Он долго шёл. Пустыня. Чёрные земли, пустые уже очень давно. Давно отгремели войны, где сотни и тысячи сражались и гибли. Тогда в этом мире, по этой земле бродили многие и многие Живые. Теперь их осталось очень и очень не много, и не без его участия их стало так мало. Да и те, что остались, большей частью рабы бывших Хозяев, а значит враги. Он очистит эти земли от них. Он очистит земли от хозяев. От Живых... Живых? Он чувствовал, что это будет не правильно. Почему? Он нашёл ответ, думать теперь стало так легко! Живые этого мира, враги хозяев, хозяева - его враги. Значит они - Живые, его друзья. Друзья? Зачем Китэгра друзья? Зачем вообще друзья? Китэгра не знал - это было не понятно. Он уберёт Хозяев, всех до единого. А потом займёт их место. Он сам станет Хозяином! Хозяином над теми, кто ещё жив. Друзья ему не нужны, зачем? Он будет их Хозяином, только он будет не таким как прежние Хозяева. Китэгра будет добрым и мудрым Хозяином... Не важно, что он очень смутно понимает значение слов, мудрый и добрый: он будет лучше. Он отомстит хозяевам, за себя и займёт их место. Но прежде будет битва, много битв. И начнёт он с первого кто попадётся на его пути...

Каким образом он уберёт хозяев, Китэгра не задумывался. Он научился думать совсем не давно и ещё только начинал понимать. Но он, рождённый этим миром и бывший рабом демонов, многому научился у них, и почти ни чего не помнил из своего прежнего бытия. Таков был Китэгра, в день, когда скинул с себя имя и ярмо Пожирателя...

Так получилось, что первым в день, положивший начало мести Китэгра, первым ему повстречался Пожиратель. Противник совсем не слабый.

Высокая фигура в сером плаще, так похожая на его собственную, шла ему на встречу. Ярость и так плескавшаяся в нём через край, захлестнула его с головой. Китэгра ускорил шаг, затем побежал. Он всё ещё был Пожирателем, и убивать собирался, совершенно так же, как привык за годы рабства. И он не помнил, на что был способен Пожиратель. Не было такой ситуации, в которой, приходилось бы ему использовать такие свои способности - дремлющие, пока в них не было необходимости. Враг шёл. Тупо, механически - он искал. На Китэгра он не обратил внимания - он умел различать своих и чужих. Лишь когда коса опустилась на его шею, он понял. Коса рассекла пустоту. Китэгра не успел уйти от ответного удара. Его отбросило в сторону. Он упал. Почти сразу Китэгра вскочил и ударил сам. Пожиратель промахнулся - он нет. Когти Китэгра рассекли прочную как камень шкуру. Капала чёрная кровь. Пожиратель пошатнулся и отступил, всего на шаг. Он отступил не от боли, или страха, ему требовалось оценить полученные повреждения и если, они незначительны, продолжать бой. Пожиратель не знает страха. Каменное лицо не выразило ничего, ни единой эмоции. У него их просто не было. За то Китэгра кипел. Сейчас он очень походил на Хозяев в гневе. Но гнев не сделал его безумным. Он хорошо усвоил то, что видел, убивая свои жертвы. Гнев и страх - они делали и так слабые жертвы совершенно беззащитными. Ему его гнев служил - он управлял своим гневом, не гнев им. Он прыгнул к врагу, нанося последний удар, призванный отсечь голову раба от его рабского тела. Прямо в прыжке, нечто ударило его в грудь. Китэгра отлетел далеко в сторону. Поднимался он уже с трудом. Грудь разворотило так, что рёбра торчали наружу. Но он смог встать - его тело было очень прочным. Тёмная кровь хлестала ручьями, из глубоких ран. Недолго. Это тело было трудно убить. Но чем его ударил Пожиратель? Так сильно? Он даже не видел этого страшного удара!

Китэгра смотрел на Пожирателя. Безучастный тот смотрел в ответ. Раб не понимал и не знал, что делать. Перед ним был Пожиратель, такой же, как он, но почему-то с ним дерущийся. Не способный думать, предназначенный только для выполнения раз поставленной задачи он не знал, как ему теперь поступить. А Китэгра не спешил повторять своих атак, Китэгра ждал. Он пытался сообразить, что случилось, и не мог. Первым это странное перемирие нарушил Пожиратель. Он решил убить помеху на своём пути. Уйди Китэгра сейчас, раб просто продолжил бы свой путь, но он не уходил. И раб повторил свой удар. Рука поднялась и сделала жест, какой делает человек, кидая камень. Только в Китэгра полетел не камень. Чёрный шарик, оставляющий за собой полосу огня, того же цвета. Удивление воина не знало границ - он видел Чудо! Прежде чем шар врезался в него, Китэгра понял. Не было чуда. Его рука поднялась на встречу шарику. Он уже знал. Шар лёг в его руку, как послушная собака признавшая хозяина. Он смотрел на горевший в ладони шар. Он не слишком понимал, что этот шар такое, но знание, заложенное глубоко в нём, заложенное хозяевами, оживало. Чёрный огонь Смерти (что он такое?), он повиновался ему, его воли. То, что дали хозяева и..., он учился. Китэгра пожелал сделать его больше, сильнее. Шар рос, огонь слушался его приказов. Цвет становился насыщеннее. Он стягивал в свою руку всё больше сил. Он не понимал, откуда они приходят, что они такое, но он мог ими управлять. Глаза-угли поднялись на Пожирателя, застывшего в десятке метров от него. Китэгра бросил шар в своего врага. Чёрная комета прочертила воздух и врезалась в тупо стоявшего на месте раба.

Не осталось ничего кроме кучки праха. Душа Пожирателя, пустая, лишённая всего того, что делало её душой, парила где-то в этом мире. Она не могла его покинуть. Он не знал, почему и может ли она его покинуть самостоятельно. Он не знал, почему эта душа такая..., пустая. Но он не повторил жест Пожирателя - он не переправил эту душу в ад. Он дал ей свободу. Относительную, конечно - этот Пожиратель не был единственным. Попадись его душа другому, подобному ему рабу, тот сделает свою работу. Душа отправится в ад. Но это уже не его проблемы...

Китэгра вновь искал. Он шёл убивать, больше ни чего не хотел Китэгра. Не было иных желаний, кроме как, найти и убить. Но не долго он искал. Бывший раб научился думать. Очень скоро, он прекратил свои поиски. Ярость, ненависть - они ушли под напором совсем иных желаний. Наверное, он назвал бы это новое желание любопытством, если бы знал точно, что значит это слово. Ему было интересно. В бою с Пожирателем он воспользовался чем-то ему непонятным. Непонятное - это то, что он не знает...