все
28 сентября 1929
«Тут нарисована жена…»
Тут нарисована женаеё глядеть моё призваньекак северный холмона сложенав зелёной кофточке стоитподобно мудрой жене.держит стальное перозаложив пальцем книгу
<28 сентября — 1 октября 1929>
Диалог двух сапожников
I сапожник:
В наше времянет вопросовкаждый сам себе ярмовопрошает неумелыйглядя в чудное трюмотам стоит как в отраженьишкап стеклянныйточно сонприслонился без движеньяк золотому стулу они вопрос в тебе рождённыйвопрошает: кто творецты-ли вихрем побеждённыйили в раме твой дворец.
II сапожник:
Мы несём трюмо большоесмотрим шкапа изменение
<28 сентября — 1 октября 1929>
Ванна Архимеда
Эй Махмет,гони мочало,мыло дай сюда Махмет, —крикнул тря свои чресалав ванне сидя Архимед.Вот извольте Архимедвам суворовскую мазь.Ладно, молвил Архимед,сам ко мне ты в ванну влазь.Влез Махмет на подоконник,расчесал волос пучки,Архимед же греховодникосторожно снял очки.Тут Махмет подпрыгнул.Мама! —крикнул мокрый Архимед.С высоты огромной прямов ванну шлепнулся Махмет.В наше время нет вопросов,каждый сам себе вопрос,говорил мудрец курносый,в ванне сидя как барбос.Я к примеру наблюдаювсе научные статьи,в размышлениях витаюпо три дня и по пяти,целый год не слышу крика, —веско молвил Архимед,но, прибавил он, потри-камой затылок и хребет.Впрочем да, сказал потом он,и в искусстве впрочем да,я туда в искусстве ономпогружаюсь иногда.Как-то я среди обедапрочитал в календаре —выйдет «Ванна Архимеда»в декабре иль в январе, —Архимед сказал угрюмои бородку в косу вил,Да Махмет, не фунт изюму,вдруг он присовокупил.Да Махмет, не фунт горохув посрамленьи умереть,я в науке сделал крохуа теперь загажен ведь.Я загажен именамизнаменитейших особ,и скажу тебе меж намиформалистами в особь.Но и проза подкачала,да Махмет, Махмет, Махмет.Эй Махмет, гони мочало!басом крикнул Архимед.Вот оно, сказал Махмет.Вымыть вас? — промолвил он.Нет, ответил Архимеди прибавил: вылазь вон.
всё
1 октября 1929
Тюльпанов среди хореев
Так сказал Тюльпанов камнюкамень дуло курам кумимя камня я не помнюдутый камень девы думв клетку плещет воздух лютеньглупо длится долгий пленвыход в поле виден мутенрозы вьются в дурь коленлампа громко свет бросалав пол опутан свет летелтам доска с гвоздем плясаладоску вальсом гвоздь вертелдоску вальсом гвоздь вертела в стену бил рукой Тюльпановзвал напрасно центр силрос над камнем сад тюльпановдождик светлый моросил.
Дождик:Сухо в пепле в ухе серадуло в землю пробралосьтам в горе проскачет сернатам на валу проходит лосьдубравы трав корчует рогомрек сдвигает брег зелёнорлиный бег на лбу упругомнесет обратно грозный клённо я дождем сверкаю шашкаблизко кокнет бричка вешкаптичка хлопнет в лодку камнем:вспомним птичке о недавнем!Помним садв саду скамейкана скамейке с пирогомв том саду сидел Тюльпановптички плавали кругомптички плавали кругом.
Помним домна крыше пламяв окнах красная заряиз дверей выходит нянясказка длинная моясказка длинная моя.
Няня в сад идет и плачети Тюльпанова манита Тюльпанов как цветочекнезабудкою звенита Тюльпанов как цветочекнезабудкою звенит.
Подними глаза Тюльпановняню глазками окиньно Тюльпанов сдвинул бровии задумался. Аминь.Но Тюльпанов сдвинул бровии задумался. Аминь.
Тут поднялся камень в битвудвинул войско в дуб сыройв грудь врагам врезал он бритвугнулся жаром стыл поройснова кругла сила чревак небу прет земля пружинв белый воздух мчится девалишь Тюльпанов недвижимсад к нему склонил вершиныняню тихую привелсверху дождь летел в кувшиныснизу вверх цветочек цвел.
Так сказал Тюльпанов няне:видишь няня я силёндождь пройдетцветок завянеттолько я пройду как сон.Только я пройду как сон.Только ты пройдешь как лодкавозле садавдоль прудаубежишь моя красотканяня глупая воданяня глупая вода.
И лишь птичкиветров детине кружатся вкруг небесне стрекочат в небе дудкойне летят в дремучий лесне стрекочат в небе дудкойне летят в дремучий лес.
Только я сижу Тюльпановтолько я сижу да тыкак дитя среди тюльпановмежду птичек ходишь тыкак дитя среди тюльпановмежду птичек ходишь ты.
Няня:Успокойся мой цветочекна скамейке пирожокпо воде плывет кружочекза холмом дудит рожокуспокойся мой цветочекуспокойся пирожокхочешь я побегу за тобоюпо траве по мху по кочкамбуду страшною трубоюбегать следом за цветочкомсодрогая бабу медьили хочешь буду петьна траве плясать и хлопатья в тарелочки ладошили в малину спрятав локотьбуду в землю тыкать ножили прыгать над огнемили прятаться вдвоемили пальчиками щелкатьбуду в домике твоем.
Цветочек:Одинокою тычинкойв поле воин я стоювременами непогодыдуют в голову мою.
Птички там под облакамиищут маленьких подругзвери длинными шагамиходят по полю вокруг.
Я стою на пьедесталев поле воин одинокветры хлопают листамитравы стелятся у ног.
Скучно мне.Глаза откроювсе несутся кто куда.Только няняты со мною!няня глупая вода.Няня глупая вода.
23-24 октября 1929
«Все все все деревья пиф…»
Все все все деревья пифВсе все все каменья пафВся вся вся природа пуф.
Все все все девицы пифВсе все все мужчины пафВся вся вся женитьба пуф.
Все все все славяне пифВсе все все евреи пафВся вся вся Россия пуф.
октябрь 1929
«Свои ручки лелея…»
Свои ручки лелеясклонилась дева как лилеядержа в руках цвет белой птицыона мгновенно хорошелашарф пуховой вязала спицейшею кутала чтоб не простудитьсявышивала плат шелками«всякая тварь должна трудиться»и труд вылетал из рук её аршиномиголка сквозь шелка леталапорою падала наполовицураздавался звон металладевица руки вздев к вершинамв камыш прятала нагое телои труд вылетал из рук её аршиномиголка сквозь полотно летела.День приходил
<октябрь 1929>
«Нева течёт вдоль Академии…»
Нева течёт вдоль Академии,днем светлая,немая после обеда.К шести часам Нева — лопатана карте города лежит как на тарелке.Святые рыбытуземцы водяного бредаплывут как стрелкиогибая остров,уходят в море под парами,плывут вдоль берега крутогоуже фарфоровыми горами.Их не догонишь холодных беглянок,они плывут у Гельголандагде финские воды бегут меж полянок,озер голубая гирлянда,где бедные птицы кривыми ножамисидят положив море в ямучтобы создать по краямподобие берегов.Как в чашке цветок сидит сбокугде рыба в центре пироговжиром тушит вкус каши.Обратный путь в морена лодке с весломплыть храбро в Неву,где родители наши.Где для вас,для нас,для нихнаши воды лезут в трубы,через кран бегут в кувшин,мы подходим точно рыбы,точно саблю воды глотаем,точно камни сторожим,точно воздух в печке таем,точно дети в дом бежим.Вы подносите нам картунаших славных чудных мест,мы кладем ее на партуморя Финского окрест.
(октябрь 1929)
