– Солнышко, – произнесла она медленно, – ты видела папу?
– Папу?
– Да, Лили. Ты видела папу?
Майе не хотелось расстраивать дочку, но, с другой стороны, поворот событий был далеко не ординарный. Как быть? Что придумать? Майя не видела, как без этого обойтись. Она снова включила видео и показала его Лили. Малышка смотрела как завороженная. Увидев на экране Джо, она радостно пискнула:
– Папа!
– Да, – подтвердила Майя, усилием воли заглушив боль, которую причинила ей радость дочери. – Ты видела папу?
Девочка ткнула пальчиком в экран:
– Папа!
– Да, это папа. Он приходил сюда вчера?
Лили молча смотрела на нее.
– Вчера, – повторила Майя. Она встала и подошла к дивану. Потом села точно на то место, где сидел якобы Джо – она даже про себя не могла называть его иначе. – Папа вчера здесь был?
Лили не понимала ее. Майя пыталась говорить бодрым голосом, пыталась превратить это во что-то вроде веселой игры, ни в коем случае не допустить, чтобы прорвалось наружу ее отчаяние, но или притворялась она неубедительно, или чутье у ее малышки было развито куда сильнее, чем Майя себе это представляла.
– Мама, перестань.
Ты ее расстраиваешь.
Майя изобразила на лице фальшивую улыбку от уха до уха и подхватила дочь на руки. Она понесла малышку по лестнице наверх, пританцовывая и смеясь, пока с маленького личика не стерлись последние следы недовольства. Она усадила Лили на кровать и включила телевизор. По каналу «Ник Джуниор» показывали «Гуппи и пузырики», один из любимых мультиков Лили, и хотя Майя и давала себе слово не использовать телевизор в качестве няньки – клятва, которую дают себе все родители и которую все родители нарушают, – но сейчас, похоже, был такой случай, когда в том, чтобы ненадолго воспользоваться им для переключения внимания малышки, не было ничего страшного.
Оставив Лили на кровати, Майя поспешила к шкафу Джо, но перед дверью остановилась в нерешительности. С тех пор как он погиб, она ни разу не открывала ее. Слишком мало прошло времени. Впрочем, сейчас, разумеется, было не до сантиментов. Убедившись, что взгляд Лили прикован к телевизору, Майя открыла дверцу шкафа и включила подсветку.
Джо любил одежду и содержал ее примерно в таком же порядке, в каком Майя содержала свое оружие. Его костюмы были аккуратно развешаны на вешалках, каждую из которых отделяло от соседней ровно три дюйма. Парадные сорочки рассортированы по цветам. Брюки хранились на вешалках с зажимами, фиксирующими манжеты брючин и позволяющими им висеть в полную длину, а ни в коем случае не на тех, которые предполагали необходимость складывать их пополам и перекидывать через перекладину, чтобы не дай бог не образовались заломы.
Одежду для себя Джо предпочитал покупать сам. Все, что пыталась ему дарить Майя, почти никогда не приходилось ему по вкусу. Исключение было всего одно: травянисто-зеленая рубашка из твила фирмы «Мудз оф Норвей», которую она заказала через Интернет. Эта рубашка, если ее не обманывали собственные глаза, что казалось вполне возможным, и была на якобы Джо в той видеозаписи. Майя точно знала, где он ее хранил.
Там ее не оказалось.
И снова у Майи не вырвалось ни вскрика, ни вздоха. Зато теперь она знала это наверняка.
Кто-то побывал в доме. И этот кто-то рылся в шкафу Джо.
Десять минут спустя Майя смотрела, как к двери приближается человек, способный дать ей ответы на вопросы, которые у нее были.
Изабелла.
Девушка вчера провела в доме весь день, занимаясь исключительно присмотром за Лили, так что, по крайней мере теоретически, она должна была обратить внимание, если бы произошло что-то необычное – например, объявился покойный муж Майи, чтобы произвести ревизию у себя в шкафу и поиграть с их дочерью.
Из окна своей спальни Майя наблюдала за тем, как Изабелла идет по дорожке к дому. Она попыталась оценить приближающуюся няню c тех позиций, с каких оценивала бы любого врага. С виду она не была вооружена ничем, кроме сумочки, хотя, разумеется, в ней могло находиться оружие. Сумку девушка крепко прижимала к себе, точно опасалась, как бы ее не вырвали из рук, – впрочем, это была ее всегдашняя манера. Изабелла не отличалась излишней теплотой, за исключением, разумеется, тех областей, которые были для нее важны. Например, с Лили. Джо она тоже любила – как преданный работник любит своего благодетеля, Майю же лишь терпела, как незваную гостью. С преданными работниками такое иной раз случается. Они относятся к чужакам ревнивее и заносчивей, чем их состоятельные работодатели.
Действительно ли Изабелла сегодня держалась настороженнее, чем обычно, или Майе это лишь показалось?
Сложно сказать. У Изабеллы, с ее бегающими глазами, каменным лицом и исходящим от нее ощущением закрытости, всегда был такой вид. Но вот действительно ли сегодня этой настороженности в ней было больше, или Майя уже заранее себя накрутила?
Изабелла открыла заднюю дверь своим ключом. Майя по-прежнему сидела наверху. Ждала.
– Миссис Беркетт?
Молчание.
– Миссис Беркетт?
– Сейчас мы спустимся.
Майя взяла пульт и выключила телевизор. Она ожидала, что Лили будет возмущаться, но этого не произошло. Лили услышала голос Изабеллы, и ей не терпелось скорее спуститься вниз. Майя подхватила дочку на руки и двинулась по ступенькам.
Изабелла в кухне мыла кофейную чашку. Услышав шаги, она вскинула голову. При виде Лили – не их обеих, а только Лили – ее каменное, настороженное лицо расплылось в улыбке. Улыбка была добрая, подумалось Майе, вот только… не такая широкая, как обычно?
Так, хватит.
Лили потянулась к Изабелле. Та выключила воду, обтерла ладони полотенцем и двинулась к ним. Протянув руки к Лили, девушка издала радостный звук.
– Как дела, Изабелла? – спросила Майя.
– Хорошо, миссис Беркетт, спасибо.
Изабелла вновь поманила Лили, и Майя с трудом справилась с искушением прижать малышку к себе. Эйлин же спрашивала ее, доверяет ли она няне. Насколько вообще можно доверить кому-то своего ребенка, ответила тогда Майя. Но теперь, после того, что она увидела на том видео…
Изабелла подхватила Лили у нее из рук. Майя не стала ей препятствовать. Ни слова больше не говоря, Изабелла с Лили на руках двинулась в кабинет. Там они устроились на диване.
– Изабелла?
Девушка вскинула голову, как будто оклик испугал ее. Улыбка застыла у нее на лице.
– Да, миссис Беркетт?
– Можно тебя на пару слов?
Лили сидела у нее на коленях.
– Прямо сейчас?
– Да, будь так добра, – сказала Майя, и собственный голос вдруг показался ей чужим и незнакомым. – Я хочу кое-что тебе показать.
Изабелла осторожно пересадила малышку с колен на диван. Потом сунула ей в руки картонную книжку и, отряхнув юбку, медленно двинулась к Майе, как будто ожидала удара.
– Да, миссис Беркетт?
– Здесь кто-нибудь вчера был?
– Я не очень вас понимаю.
– Я имею в виду, – произнесла Майя, стараясь говорить ровным тоном, – был ли здесь вчера кто-нибудь еще, кроме вас с Лили?
– Нет, миссис Беркетт. – Ее лицо снова окаменело. – Кого вы имеете в виду?
– Кого угодно. Гектор, например, не заходил в дом?
– Нет, миссис Беркетт.
– Значит, здесь никого не было?
– Никого.
Майя перевела взгляд на компьютер, потом вновь на Изабеллу.
– А ты сама куда-нибудь выходила?
– Из дома? Мы с Лили ходили на детскую площадку. Мы каждый день туда ходим.
– И больше вы из дома не выходили?
Изабелла вскинула глаза, как будто пыталась припомнить.
– Нет, миссис Беркетт.
– А одна ты из дома не отлучалась?
– Без Лили? – прямо-таки ужаснулась Изабелла, как будто ей нанесли чудовищное оскорбление. – Что вы, миссис Беркетт, разумеется, нет.
– Ты оставляла ее на какое-то время без присмотра?
– Я вас не понимаю.
– Это простой вопрос, Изабелла.
– Я не понимаю, в чем дело, – ответила та. – Зачем вы задаете мне все эти вопросы? Вам не нравится, как я делаю свою работу?
