как и вы.
– Нет! – завопила первая сестра и, подскочив, побежала прочь, вскоре скрывшись за стеной.
Мужчина всплеснул руками. Начал активно жестикулировать, открывать рот. Я только выгнула брови.
– Простите, уважаемый, не слышу. Как научитесь говорить, обращайтесь. А пока… – опустила голову на вторую девочку, которая уже поднялась в воздух и уперла кулаки в бока.
– Вы ужасная! Самая ужасная взрослая, которая мне встречалась. Ненавижу вас! – топнула она ножкой в туфельке.
– Чудно. Я тоже не пропиталась к умершим теплыми чувствами. Может, тогда разойдемся? Документы, будь добра! – протянула руку.
– Ни за что! – выдала она и улетела за своей сестрой.
Здесь остался только мужчина в ночном платье. Посмотрел на меня с укором, будто я виновата во всех их бедах, и, причитая, отправился вслед за остальными.
Чудно!
– Вот и поговорили, – поднялась я и застонала, потому как ноги болели ужасно.
Еще этот наряд раздражал. Хотелось помыться, привести себя в порядок, поесть, в конце концов. Взгляд скользнул по шкафу. Я решила проверить, вдруг найду что-нибудь подходящее, и вскоре открыла дверцы.
Небогато. На вешалках висели три платья, на полках были ровными стопками сложены несколько рубашек, теплых колгот, юбок, нижнее белье, достаточно старомодное, чтобы не хотелось его носить. Все вроде бы чистое, но…
– Постираю, – кивнула я своим мыслям и взяла с вешалки самый простой наряд.
Нашла несколько пар обуви, примерила. Едва не закатила глаза от удовольствия, потому что в своих сапогах больше ходить не могла. Ноги ужасно болели.
Посидела несколько минут с блаженной улыбкой на устах и все же отправилась на поиски уборной, где можно ополоснуться и облачиться в чистое. В доме оказалось что-то вроде купальни. Высокая лохань сразу загипнотизировала меня, призывая одним своим видом залезть в нее, искупнуться. Вот только где взять горячей воды?
Печь!
Предстояло разобраться сначала с ней. Однако все оказалось не настолько просто, как думалось. После моих манипуляций с этим чудо-сооружением кухня наполнилась едким черным дымом, пришлось открыть все окна, двери, чтобы проветрить ее.
Ничего не получалось. Маленькие щепки уже горели. Дышать было нечем. Я металась из стороны в сторону, толком не представляя, как все исправить. Уже набрала ведро воды и собралась вылить прямо в печь, как передо мной появилась девочка и, расставив руки, завопила:
– Не-е-ет!
Вторая закружила рядом. Отодвинула металлический засов, прикрыла дверцу. Дым перестал валить со всех щелей.
– Вы собрались спалить наш дом? – грозно посмотрела на меня дерзкая малышка.
– Конечно, документы вы отдавать не спешите. Вот решила действовать радикально, – махнула на печь и опустила возле ног ведро с водой. – А вообще спасибо.
Покашляла в кулак, чувствуя ужасное першение в горле. Девочки подхватили полотенца, начали размахивать ими, летая по кругу и тем самым убирая едкий дым. С потолка спланировал мужчина и, едва ли не прожигая меня убийственным взглядом, важно сел на стол. Правда, провалился наполовину, но только этого никто не заметил.
– Что? – спросила у него. – Если что-то не нравится, то уходите.
– Мы не можем, – замедлилась дерзкая девчонка, мне даже удалось отличить ее от сестры. На висках у нее забавно торчали короткие волосы, и на подбородке была видна едва уловимая впадинка.
– Не можете попасть в другой мир? А почему?
– А по кочану! – заявила она и, вздернув голову так, что волосы взметнулись в воздухе, улетела через дверь прочь.
Ее сестра опустила руки. Бросила на пол полотенце и отправилась за ней.
Не выйдет у нас диалога! Тем более настроение у меня совершенно неподходящее, чтобы искать способы, как договариваться с духами.
Уму непостижимо!
Я едва ли не упала на ближайший стул. Впилась взглядом в плохо растопленную печку и попыталась уложить в голове новые реалии окружающего меня мира. Если честно, то удавалось крайне плохо.
Тянуло поддаться панике. Еще и слезы наворачивались на глаза из-за несправедливости. Хотелось высказаться, пожаловаться кому-нибудь, понять вообще, что именно я плохого сделала, чтобы меня так наказывать.
Рядом появился дух с протянутым мне платком. Я приняла белую тряпочку, посмотрела на него и в который раз нашла внешнее сходство с девочками. Скорее всего, он приходился им отцом или близким родственником. Достаточно молодой, крепкий. Ночное платье только это все портило, делало из него чучело.
– Спасибо. Скажите, а та женщина, тетя Люси, она была вашей женой?
Кивнул.
– Значит, девочки не ваши?
Нахмурился, ударил себя в грудь. Через его тело я заметила, что поленья в печи почему-то начали гаснуть, и поспешила исправить недоразумение. Пришлось, правда, пройти сквозь него, что вызвало очередную бурю негодования, которое выражалось в безмолвном осуждении, жестикуляции рук и сброшенной с крючка поварешки.
– Осторожней, дядечка, так и пришибить можно.
Он хлопнул глазами, будто прозрел. Я сейчас что, подала ему идею?
– Даже не думай мне, – подняла с пола предмет и бросила в него.
Пролетел мимо, ударился в полку на стене так, что опасно зазвенела посуда. Мы одновременно посмотрели на нее, бросились спасать.
Одна глиняная кружка все же разбилась. Мне удалось поймать несколько мисок, ему – скалку и столовые приборы, до этого находившиеся в металлической подставке.
– Это можно было не ловить.
Мужчина фыркнул, отпустил руки, и все это со звоном полетело на пол. Развернулся, устремился прочь. У меня появилось желание поступить так же, однако я поставила свою ношу на небольшой столик у стены и оперлась на него руками.
Ничего, справлюсь. Главное ведь – просто решать проблему за проблемой. От мелких к крупным. И сначала нужно помыться. Нет, растопить нормально печь!
На этот раз все прошло гладко. Я изучила все заслонки. Проверила, для чего они нужны. Принесла сюда дров, разожгла огонь, попутно раздумывая, почему нельзя все это сделать магией. Разве нет у них предметов, которые создают пламя? А если и есть, то для его поддержания все равно нужны бревна, чтобы потом на нем готовить. Значит, все правильно делала.
Пока нагрелась вода, я успела немного перекусить. Вскоре опустилась в высокую лохань и блаженно замычала. Правда, расслабиться мне не позволили. Прямо передо мной появилась голова с кудряшками. Девочка мстительно заулыбалась и протянула мне документы. Мокрые!
– Ты совсем страх потеряла?! – воскликнула я, вырывая у нее из рук ценные бумаги.
Выскочила на пол. Положила их на лавочку, собралась промокнуть полотенцем, однако подумала, что таким образом испорчу чернила. Поспешила в кухню к печке, чтобы поскорее просушить.
– Нет, ты у меня получишь, маленькая негодяйка. Поиграть со мной решила? Я тебе устрою, ой, такое тебе устрою.
Буквы потекли. Бумага плохо сохла. Я уже не знала, что можно сделать, чтобы спасти
