обо мне мнения.
Однако она все же извинилась…
Губы сами собой расплылись в улыбке, что меня немало удивило. Да что ж это творится, черт возьми? Тряхнув головой, я дал себе пару секунд, чтобы собраться. Потом завел мотор и тронулся с места.
Весь вечер я пил только безалкогольное пиво – собирался ночевать в своем домике на Министерс-айленд, чтобы не вставать утром слишком рано. Нужно поторопиться, пока не начался прилив.
Сент-Эндрюс словно вымер; улицы пусты, во всех окнах темно. Когда город остался позади, мрак сгустился настолько, что пришлось включить дальний свет. Фары пронзали темноту; в ярких конусах света танцевали комары и мошки. Я пытался сосредоточиться на дороге, однако мысли все время возвращались к минувшему вечеру. И к Марли.
С каким наслаждением она замирала после каждого глотка колы…
Как загорелись глаза девушки, когда Уилл пригласил ее на экскурсию к китам…
Как она разгромила Уилла и Блейка на бильярде – настоящая профи!
А ведь они уже давно приняли Марли в нашу компанию. Мысль словно ужалила меня. Может, не так уж плохо, если она проведет вместе с нами лето?
«Нет!» – закричала какая-то часть меня. Признайся, ты ведь сам хочешь видеть ее ежедневно. Иначе зачем в последнее время ездишь в клинику к Сью чаще, чем надо?
Другая, более разумная часть возразила: как ты сможешь радоваться жизни, если будешь думать только о Марли? Что толку форсировать отношения с девушкой – она в любом случае скоро уедет.
И все же я был уверен в одном: Марли не какая-то обычная туристка, с которой я мог бы переспать и потом быстро забыть. С сегодняшнего вечера между нами возникло какое-то притяжение, искра. Наши пикировки могут быстро превратиться в нечто иное. В нечто, угрожающее спалить меня дотла, если я не буду осторожен. Сколько ни убеждай себя, что не выносишь девушку, тело все равно сигнализирует об обратном. Я выругался и включил радио. Нужно отвлечься.
Пришло время принять решение. Или я осмеливаюсь познакомиться с Марли по-настоящему, а там посмотрим, к чему это приведет, – или нужно срочно искать другую кандидатуру, не то меня разорвет.
Но захочет ли Марли вообще знакомиться по-настоящему со мной, «Джеком-лесорубом»? Или я только вообразил наше взаимное притяжение? Есть лишь один способ выяснить. От меня же не убудет, если в следующую встречу пообщаюсь с Марли более любезно?
Тут мне пришла в голову идея. Фиона с Марли накоротке; будет достаточно намека с моей стороны, чтобы в следующий вторник она пригласила подружку на пляжную вечеринку. Я рассмеялся. План начал принимать четкие очертания.
Скоро я свернул на гравийную дорогу, с обеих сторон окруженную водой. Проезд по ней был доступен только во время отлива. Эта песчаная коса – единственный путь на остров. Приходилось глядеть в оба, чтобы в темноте не сбиться с пути. Немногим разрешалось добираться до острова по ночам, однако я жил и работал исключительно там и знал расписание приливов и отливов наизусть. Порой было жутко осознавать, что часто на острове нет ни единой человеческой души, кроме тебя.
Я припарковался возле своего домика. Реджи стоял на подоконнике, виляя хвостом. Словно теплом пахнуло…
Ну вот я и дома.
Как хорошо немного пробежаться перед сном вместе с Реджи! Как хорошо вдохнуть знакомые запахи собственного жилища – дерева, хвои, смолы, старых книг. И как хорошо улечься наконец в свою постель, радуясь, что хотя бы во сне не нужно ни о чем думать!
8. Марли
Наутро после вечера в баре я встала невыспавшейся. Будильник в телефоне прозвенел в восемь; я застонала и натянула на голову одеяло, проклиная себя за вчерашнее. Не помогло. А ведь сегодня у меня ответственный день.
Снова прозвенел будильник – на сей раз громче. Через мансардное окно проникали лучи солнца; доносились крики вездесущих чаек. С закрытыми глазами я нащупала на прикроватном столике телефон и выключила будильник. Потом села и медленно провела ладонью по заспанному лицу.
Я чувствовала себя совершенно разбитой – вчера вернулась поздно и плохо спала: опять навалился кошмар, мучивший меня с четырех лет. Во сне присутствовал мой отец. В последний раз подобное случилось много месяцев назад, и я уже поверила, что положила конец токсичным отношениям. После нашего прощального разговора я уяснила, что не желаю больше впускать его в свою жизнь, и поверила – все позади. И вот теперь выяснила, что заблуждалась. Вечер в баре опять кое-что вынес на поверхность.
Конечно, я вынуждена была признать, что отлично развлеклась с друзьями Фионы. Уилл и Блейк – действительно остроумные ребята, а Фиона… Меня опять словно обожгло – ведь они с Джеком вели себя так, словно очень близки! Я снова увидела ее руку на его плече, увидела, как пальцы поглаживают кожу, услышала, как она назвала его «малыш». Они всего лишь старые друзья или между ними прежде что-то было?
А Джек? Я до сих пор не знала, как понимать наш разговор на веранде. Неужто парень меня действительно терпеть не может? Или все дело в моих подколках насчет того, что он одевается как лесоруб? Или в чем-то большем? У бара мы побеседовали практически нормально, а вот позже по любому поводу бросались друг на друга в атаку. Даже после того, как я извинилась, напряжение не исчезло.
В голове продолжали звучать его слова:
Мы, провинциалы, совсем не во вкусе Марли. Девушка из большого города, должно быть, испытывает рядом с нами смертельную скуку. К тому же здесь все ужасно несимпатичны. Ты наверняка ждешь не дождешься, когда слиняешь отсюда.
Ладно, пусть что хочет, то и думает. Мне наплевать на его мнение. В конце концов, я приехала в Сент-Эндрюс не ради того, чтобы за парнями бегать. У меня более серьезные планы. Вот только в первые дни было не до того. Слишком много новых, захватывающих впечатлений. Да и работу нашла себе на полный день. Однако эти выходные я проведу с пользой и наконец сдвину поиски с мертвой точки. А значит, нужно срочно выбросить из головы Джека Уилсона и сосредоточиться на своей задаче.
Я решительно отбросила одеяло. Сегодняшний день имеет все шансы изменить мою жизнь.
Дженет подсказала, как пройти к мэрии Сент-Эндрюса, где находился адресный стол. Если я хочу выяснить, жила ли когда-либо здесь мама, мне прямая дорога туда.
Дженет оседлала своего конька и принялась осыпать меня бесчисленными советами насчет того, что стоит посмотреть в Сент-Эндрюсе и его окрестностях – особенно если ты осталась без машины и располагаешь небольшим бюджетом.
Я рассыпалась в благодарностях и, сгорая от нетерпения, поспешила к выходу. Наконец-то сделаю первый шаг! Однако на улице голова слегка закружилась, а желудок сжался в тугой узел, так что пришлось схватиться рукой за талию. Лишь в этот момент я осознала важность того, что намеревалась совершить.
«Только не паниковать!» – строго приказала я себе. Возможно, сегодня знаменательный день – спустя семнадцать лет узнаю что-либо о своей матери. Так что без паники!
По пути в центр города я мысленно уговаривала себя. Напоминала, что ни в коем случае не стоит рассчитывать на быстрый успех. Иначе потом разочаруюсь.
И все же, когда я свернула на Уотер-стрит, ладони, несмотря на все старания, вспотели. В любой момент могу капитулировать.
Я уже издалека заметила на большой площадке перед пирсом рыночные палатки и направилась туда. Фермерский рынок прямо у моря! Перед посещением мэрии не помешает немного отвлечься. Нужно срочно обуздать нервы.
На ватных ногах прошлась вдоль палаток, рассматривая выращенные в окрестностях города свежие фрукты и овощи и наслаждаясь солнечными лучами, падающими на лицо. Взгляд постоянно натыкался на здание мэрии, которое я, к сожалению, почти сразу обнаружила по другую сторону улицы, прямо напротив пирса.
Чтобы отвлечься, купила в палатке у пожилой краснощекой женщины свежий смузи. Затем уселась на скамейку, демонстративно повернувшись спиной к Уотер-стрит, и принялась нарочито медленно поглощать напиток. Глядела на море, сосредоточившись на своем учащенном дыхании. Голоса прохожих, плеск разбивающихся о мостки волн, смех играющих детей и звон монет у палаток составляли приятный общий фон.
