Богу не вру, — и схватилась чуток выше… Я её тут же убрал, но ощущения были приятными.
Просто праздник какой-то.
Робот дал по газам, ловко лавируя в сплошном потоке машин, и уже через пять минут высаживал нас на обочине, от которой уходило ответвление к какому-то обширному зданию, похожему на супермаркет.
— Спасибо, офицер, вы нас очень выручили, — сказал я, протягивая руку стражу порядка. Робот он или не робот, но вежливость ещё никто не отменял.
На меня посмотрели, как на полного кретина.
— Ваш идентификационный чип, пожалуйста, — вместо руки полицейский протянул мне плоский планшет с жидкокристаллическим экраном, чертовски напоминающий айпад.
— Э?.. — я посмотрел на Патрицию.
— Воспользуйтесь МОИМ чипом, аннунак, — поспешно сказала девчонка и приложила ладонь к экрану. "Айпад" издал мелодичный звон и Патриция убрала руку.
— Штраф будет направлен по месту жительства, — равнодушно сообщил робот. — И зарегистрируйте гостя как можно скорее.
А потом он бесшумно укатил.
— Вот блин, — Патриция явно была недовольна. Она даже топнула ножкой, выбив из обочины клуб пыли. — Блин, блин, блин!
Надеюсь, вы понимаете: имелись в виду не хлебо-булочные изделия…
— Не расстраивайся, я оплачу штраф, — поспешно сказал я. — И вообще: все расходы за мой счёт.
— Дело не в штрафе! — Патриция направилась в сторону чахлого скверика перед зданием. — Непруха — вот что это такое. И это в первую же минуту!.. Спасибо тебе, Макс, удружил. Век не забуду.
Она уселась на модерновую лавочку из стекла и бетона и закрыла лицо ладошками.
— Да что случилось-то? — я ничего не понимал. — Ну, штраф… С кем не бывает? В тюрьму же не посадили.
— Лучше бы посадили.
Я опустился на лавочку рядом с ней.
Ладно, пусть придёт в себя. У многих возвращение домой вызывает смешанные чувства. В общем, сопли с сиропом. И чтобы привыкнуть, нужно время…
Я стал оглядываться вокруг.
И знаете что?.. НИЧЕГО пугающего я в Клоаке Дьявола не обнаружил.
Город как город.
Судя по всему, мы сейчас находились на окраине. За парковкой перед супермаркетом начиналась обыкновенная берёзовая роща, пахло прелой травой и малиной. Где-то в ветвях куковала кукушка…
В той стороне, куда умчался аннунак, стояло густое дымное облако, в котором угадывались похожие на пучок тонких карандашей небоскрёбы.
Над супермаркетом горела вывеска: "ЭЙН СОФ" — видать, название.
А почему я решил, что это супермаркет? Очень просто: внутрь, в широкие раздвижные двери, вливалось множество ангелов и демонов, с металлическими тележками, сумками и детьми, усаженными в яркие пластиковые автомобильчики.
Из других дверей выливалась такая же толпа — с тележками уже гружеными, с возбуждёнными детьми, обременёнными воздушными шариками и мороженным.
В общем, это явно был не крематорий.
— Что это за место? — спросил я Патрицию, в надежде отвлечь от тяжких дум.
— Чолом Йосодот. Столица Первого мира Ассиах.
— Ух ты. И сколько здесь вообще… миров?
— Четыре. Четыре планеты: Мир Ассиах, мир Йецира, мир Ацилут и мир Бриах. Наше светило называется Кетер.
— Так вы значит, продвинутые в… космическом аспекте? — честно говоря, я этого не ожидал. Привык уже, что большинство измерений в техническом отношении находятся на пасторально-средневековой стадии… А здесь, значит — наоборот. Век НТР. Интересненько.
И тут до меня дошло…
— То есть, Клоака Дьявола — это не… название вашего измерения?
Патриция сумрачно усмехнулась.
— Конечно нет. Так говорят только те, кто ПОКИНУЛ Сефер Зогар и не собирается возвращаться.
— Сефер зогар?
— Зогар. Так называется наше пространство. Девять звёздных систем: Кетер, Бина, Хохма…
— Прости, я всё равно не запомню. Лучше скажи, почему мы с тобой, вместо того, чтобы искать Денницу, сидим на лавочке у пригородного супермаркета и горько плачем.
Патриция вздохнула.
— Дело в том, что попав на сканер аннунака, я выдала себя. Теперь они знают, что я вернулась.
— Кто знает? Ты что, преступница? — я вновь вспомнил, как Патриция не хотела появляться в родном измерении. — Украла воровской общак и сбежала? Или ты — знаменитая рок-звезда, и сейчас сюда слетится армия фанатов? А может, ты из мафии?.. Выдала кого-то из своих властям и скрывалась по программе защиты свидетелей? Или… пожертвовала много денег на благотворительность, и тебя ждёт мучительная казнь?
Патриция сняла очки и вздохнула. Подведённые глаза на бледном лице выглядели огромными и беззащитными.
— Всё ГОРАЗДО хуже, Макс. Речь идёт о моих родителях. Штраф отправлен к ним домой. Они теперь знают, что я вернулась. И захотят встретиться.
— Ну, это естественно. Они же твои родители…
— Ты не понимаешь!
— Ну так объясни.
— Знаешь что?.. — Патриция смотрела на длинный роскошный автомобиль. Он как раз заворачивал на парковку. — Скоро ты всё увидишь сам. Только запомни…
— Что?
— Нет, ничего.
— Ладно.
Автомобиль затормозил возле нас. Ослепительно-белый, как океанский лайнер, он обладал настолько обтекаемыми формами, что казалось, его сконструировали для аэродинамической трубы. На капоте серебряным светом сияла голова хищной птицы.
Надпись сообщала, что это чудо называется "Рух".
Дверца бесшумно открылась.
— Запрыгивай, — приказала Патриция и полезла в салон.
Глава 6
Я заглянул внутрь.
Водителя не было — только мягкие диванчики и столик в центре.
— Машиной управляет Эхейех, — сказала Патриция. — Искусственный интеллект.
Я кивнул.
Подумаешь. На Земле тоже есть Иск-Ины. Мы их называем нейросети. Рисуют картинки и пишут глупые тексты…
— А вы не боитесь, что они… Захватят власть?
Патриция спустила очки на кончик носа и посмотрела на меня очень странно.
— Кто? — спросила она.
— Машины. Ну знаешь, соберут всех людей, посадят в банки и примутся добывать из них электричество?..
— Мефистофель, тебе хотелось бы посадить меня в банку? — спросила Патриция в пустоту.
— Сомневаюсь, что это будет целесообразно, — ответил приятный баритон. — Я получаю достаточно энергии из окружающей среды. И кстати: рад снова с вами беседовать, госпожа.
— И мне тоже, Мефистофель. Разреши представить тебе моего… — заминка была крошечной. Но она была. — Друга. Его зовут Макс.
— Очень приятно познакомиться, Макс, — откликнулся Иск-Ин.
— И мне тоже, Мефистофель, — наверное, я ещё не привык разговаривать с кем-то неодушевлённым. — Надеюсь, мы станем друзьями, — выдавил я.
— Буду рад.
Патриция посмотрела на меня, приподняв бровь.
"Вот видишь!" — читалось в её взгляде.
Я не знал, можно ли разговаривать о наших делах при… Мефистофеле, и стал смотреть в окно.
Патриция занялась тем же.
"Рух" довольно органично влился в поток транспорта, и понёсся к облаку смога на горизонте.
Только сейчас я обратил внимание на то, что все машины, независимо от габаритов, двигались с одной скоростью, очень плавно и на одинаковом расстоянии друг от друга.
— Ими всеми управляют Иск-Ины? — спросил я.
— Мы предпочитаем называться Эхейех, — вместо Патриции ответил Мефистофель.
