Оглянуться, значение этого глагола — посмотреть вокруг себя. Наше стремление к словесным излишествам в очередной раз грозит нам языковыми неприятностями. Вот пример из одной журнальной публикации: Он вышел из дома и оглянулся вокруг. Но ведь оглянуться, как мы выяснили, уже включает в себя понятие «вокруг». Вполне достаточно сказать: Он вышел из дома и оглянулся.
Огниво, помните сказку Андерсена с таким названием? Наверняка помните. А вот помните ли, как это слово произносится? Вряд ли. Потому что семь человек из десяти, ни на минуту не задумавшись, скажут Огниво, тогда как единственно правильная форма огнИво.
Ограбить, значение этого слова — «отнять что-нибудь у кого-нибудь силой» или «обокрасть что-либо», например, какое-нибудь учреждение. Нередко приходится слышать пугающие, но грамматически вполне корректные фразы: «ограбили квартиру» или «ограбили ночного прохожего». Здесь все понятно. Но вот вдруг читаешь в газете: В аэропорту был ограблен багаж пассажиров. Представьте себе: у сопротивляющегося багажа (согласно определению слова «ограбить») разбойники отбирают что-то силой. Хорошая картинка? Ничего нам не даст и второе значение этого глагола — все равно приведенный пример останется бессмыслицей. Поможем журналистам, плохо владеющим русским языком: В аэропорту из багажа пассажиров пропали вещи. Так мог бы выглядеть один из грамотных вариантов того сообщения, которое хотел довести до нас журналист.
Одеколон, найдется немало таких, кто попытается произнести это красивое слово красиво: од/э/колон. (Но задача нашего словаря в том, чтобы предостерегать от таких поползновений и учить говорить в первую очередь правильно, а красота придет сама: одеколон (д здесь звучит, как в слове дело). Кстати, может быть, кому-то будет интересно узнать, что слово это заимствовано из французского - eаи de Cologne и означает «кельнская (из города Кельна) вода».
Одесса, одесский, д здесь произносится мягко, как в словах детство или дело. Произнося Од/э/ссса, вы обижаете одесситов и обнаруживаете пробелы в образовании.
Одеть, одевать, давно пора прояснить ситуацию с этими глаголами и определить различие между понятиями одевать и надевать. Начнем с такого примера: Одень ребенка, — абсолютно верно говорит, скажем, жена мужу, а мы, исходя из этого правильного предложения, можем вывести значение слова одевать, — «облекать в какую-либо одежду», а применительно к ребенку речь может идти о том, чтобы облечь его в пальто или, скажем, в ползунки. Теперь сопоставим два предложения: Одень ребенка и часто встречающееся в разговорной речи Одень nальmo. Совершенно очевидно, что действие, передаваемое глаголом одевать применительно к существительному пальто, будет означать «облеки пальто во что-либо», что абсолютно неприемлемо. Речь ведь идет не об одевании пальто во что-либо, а о надевании его, и правильно передать подразумевавшуюся мысль можно именно с помощью глагола надевать (см.). Таким образом, мы одеваем ребенка, надеваем пальто, а формы одень рубашку, одень галстук отвергаем, как бессмысленные и нелитературные.
Одолжить, значение этого глагола — «дать в долг» и ни в коем разе не «взять в долг»; различие, хотя и тонкое, но весьма существенное для тех, кто хочет говорить правильно. Приведем два примера: Я одолжил приятелю десять рублей и Я одолжил у приятеля десять рублей. А теперь соотнесем наше определение глагола одолжить с каждым из приведенных предложений. Первый пример в этом смысле не вызывает возражений: Я одолжил (дал в долг) приятелю, а вот во втором — Я одолжил у приятеля — мы находим явное противоречие, ведь здесь глагол одолжить использован в значении «взял в долг», а такого значения у него просто нет. Будьте внимательны, пользуясь глаголом одолжить; во втором случае нужно было просто сказать: Я взял у приятеля в долг десять рублей или Я занял (см.) десять рублей.
Ожидать, см. ждать.
Окончить, см. закончить.
Он, она, они, уметь пользоваться языком — это не только соблюдать правила грамматики. Существуют еще и этические языковые нормы, несоблюдение которых выдает человека, не только плохо владеющего языком, но к тому же невоспитанного. Итак, вполне безобидные местоимения могут стать причиной для обид. Представьте себе ситуацию: вы рассказываете своему приятелю о каком-то человеке, с которым встречались на днях. Вполне естественно, вы в своем рассказе пользуетесь местоимением он (или она). Он мне пообещал принести книгу... — говорите вы, и ваши слова не нарушают ни правил грамматики, ни этических норм. Но вот ситуация несколько изменилась, и тот, о ком вы рассказываете, присутствует при вашем разговоре с приятелем. В этом случае вам придется несколько скорректировать свой рассказ, потому что местоимение он (она), вполне подходящее для обозначения того или иного лица в его отсутствии, не следует использовать в присутствии этого лица. Вам придется воспользоваться именем собственным этого человека или найти какую-то иную форму рассказа, но только не прибегайте к местоимениям ни в каких их формах. Вот представьте, директор фирмы на юбилее кого-то из своих подчиненных произносит хвалебную речь в честь, юбиляра: «Он работает с нами уже десять лет, — говорит директор. — Он стал незаменим в коллективе». О юбиляре говорят хорошие слова, только он почему-то не радуется. Да все очень просто — говорят о нем как о неодушевленном предмете. Вот если бы директор сказал: «Иван Петрович работает с нами уже десять лет. Наш юбиляр стал незаменим в коллективе», — в поздравительной речи появилась бы человеческая теплота, а не обезличенно-неуважительная сухость. Итак, запомним: местоимения третьего лица хороши лишь в отсутствии лица, о котором идет речь.
Опенок, название этого гриба, в отличие от сходного масленок (см.) и многих других похожих существительных (теленок, ребенок и т. п.), может иметь две формы множественного числа: опята и опенки.
Описывать, хочется напомнить всем, кто забыл об этом, что описывать значит «изображать кого-то или что-то, рассказывать о ком-то или о чем-то» и что глагол этот не требует после себя предлога: мы говорим описать сцену или описать происшествие. К сожалению, приходится об этом напоминать, потому что нередко еще звучат такие уродливые фразы: Эта история описывает о событиях десятилетней данности.
Оплатить, оплачивать, этот глагол — переходный, то есть не требующий после себя предлога перед идущим следом существительным; мы говорим оплачивать труд, оплатить счет и т. п. А фразы вроде оплачивайте за проезд или оплачивать за услуги, несмотря на их широкое распространение, недопустимы. Впрочем, если уже вам непременно хочется использовать предлог «за», можете воспользоваться вполне корректной конструкцией платить за проезд, платить за услуги. А вот еще перл: Сегодня оплачиваем пенсию за июнь. Всего-то в одном — в приставке ошибся автор этой нелепой фразы (он должен был сказать: Сегодня выплачиваем пенсию за июнь), а выдал свою безграмотность с головой. Добавим лишь еще, что нет формы оплОтит (оплОтишь), а есть оплАтит (оплАтишь).
Оплаченный, приводим это причастие для того, чтобы лишний раз показать его правильную форму: оплАченный (не оплОченный).
Оптимальный, это иностранное слово прижилось в русском языке. Оно имеет значение наилучший, наиболее благоприятный. Видимо, многим этого недостаточно. Давайте помнить, что наш язык достаточно богат, чтобы одно и то же понятие выражать разными словами, но не надо употреблять эти разные слова вместе. Самые оптимальные условия, — слышим мы чуть ли не ежедневно с экрана телевизора. Но если вы грамотный человек, то понимаете, что достаточно сказать оптимальные условия, и это будет означать самые благоприятные, а самые оптимальные — ничуть не лучше, чем самые идеальные.
