Оплаченный, приводим это причастие для того, чтобы лишний раз показать его правильную форму: оплАченный (не оплОченный).
Оптимальный, это иностранное слово прижилось в русском языке. Оно имеет значение наилучший, наиболее благоприятный. Видимо, многим этого недостаточно. Давайте помнить, что наш язык достаточно богат, чтобы одно и то же понятие выражать разными словами, но не надо употреблять эти разные слова вместе. Самые оптимальные условия, — слышим мы чуть ли не ежедневно с экрана телевизора. Но если вы грамотный человек, то понимаете, что достаточно сказать оптимальные условия, и это будет означать самые благоприятные, а самые оптимальные — ничуть не лучше, чем самые идеальные.
Опускаться, вряд ли значение этого глагола может вызывать у кого-то сомнения: он (этот глагол) подразумевает движение вниз. Но, оказывается, не все видят очевидное, что можно подтвердить следующим примером: Мы опускались вниз no скользким ступеням. Нельзя же опускаться вверх! Зачем же тогда это бессмысленное уточнение. Воистину, любителям словесных излишеств несть числа! Мы опускаюсь по скользким ступеням, — такова правильная форма. (См. также подниматься.)
Отжим, приводим это существительное (которое в последнее время у многих на слуху в связи с рекламой растительного масла) только для того, чтобы правильно поставить ударение: отжИм, и никак не Отжим (вопреки бойкой рекламе).
Отзыв и отзЫв, приводим два этих существительных вместе, хотя они и имеют разные значения. Первое (Отзыв) означает и ответ на обращение (Отзыв на мое обращение последовал незамедлительно), и секретное слово, ответ на пароль (произнеся пароль, офицер стал ждать Отзыв), тогда как второе (отзЫв) может обозначать, например отзЫв посольства. Давайте запомним: если существительное образовано от глагола отозваться, то это Отзыв, а если от глагола отозвать, то отзЫв.
Откупорить, и опять трудность возникает в связи с постановкой ударения; запомним правильное: откУпорить (не откупОрить).
Отличие, основание для включения этого существительного в наш словарь дают многочисленные ошибки, в которых фигурирует это слово и однокоренное с ним различие. Чтобы разобраться в сути этих ошибок, приведем определения. Отличие — это признак, создающий разницу между данным предметом или лицом и другими предметами или лицами. Что же касается существительного различие, то оно называет несходство между кем-либо или чем-либо. Итак, отличие — это признак, а различие — констатация отличия. Поэтому можно сказать: Отличия (то есть разные признаки) этих понятий (но не отличия между понятиями) значительны, а можно сказать: Различия между ними значительны. А вот совсем свежий пример. Вам не режет глаз следующий заголовок газетной статьи: Основные отличия между советским и новым трудовыми кодексами? Если вы внимательно прочли наши разъяснения, то уже поняли, в чем здесь дело. Вот как выглядят правильные варианты: Основные различия между советским и новым трудовыми кодексами или Основные отличия советского трудового кодекса от нового. (Но ни в коем случае не Основные различия советского трудового кодекса от нового.) Здесь имеет смысл сказать еще вот о чем. В армии существуют знаки отличия и знаки различия. Путать их не следует, потому что вещи это абсолютно разные. Знаки отличия — это ордена и медали, которыми награждают отличившихся, а знаки различия — это погоны, звездочки на них, с помощью которых можно различать старших и младших, рядового и генерала.
Офицер, множественное число этого благородного слова имеет форму офицеры (ни в коем случае не офицерА). Здесь стоит еще упомянуть об одном странном употреблении этого слова, которое усиленно внедряется в русскую речь малоквалифицированными и недобросовестными переводчиками американских фильмов. Вам не доводилось слышать, как в какой-нибудь гангстерской ленте законопослушный гражданин обращается к полицейскому: Офицер, защитите меня от этого маньяка? А несколько кадров спустя вы внезапно узнаёте, что этот «офицер» имеет звание сержанта полиции. Объясняется тут все просто: в английском языке существует общепринятое обращение к работникам полиции: officer. В этом обращении нет и намека на офицерское звание, оно просто называет человека, находящегося на общественной службе (по-английски office). Перевести на русский это обращение можно как «господин полицейский» или просто «полицейский», а можно придумать что-нибудь еще, но перевод офицер недопустим, так как он привносит в ситуацию не свойственный ей смысловой оттенок, ведь русское слово офицер означает «лицо командного и начальствующего состава в вооруженных силах, полиции и т. д.», а рядовой или сержантский состав в это понятие никак не входит.
П
Палец, и откуда только в русском языке взялась уродливая и недопустимая форма пальцАми! Нет и не может быть такого уродства. Не трогай конфеты грязными пАльцами, совершенно правильно говорит мать маленькому сыну.
Пальто, неужели есть еще грамотеи, не знакомые с правильным склонением этого слова? Неужели остались еще такие зубры? Специально для них: пальто — существительное иностранного происхождения, а потому и несклоняемое, как, например кофе: Пальто (не пОльта) просим сдавать в гардероб.
Памятник, это слово сочетается с последующим существительным (часто именем собственным) в дательном падеже — памятник кому, чему: памятник Пушкину, памятник «Стерегущему». Возможно и памятник в честь чего-либо или кого-либо: памятник в честь запуска первого спутника. Не следует после слова памятник ставить имя собственное в родительном падеже; формы памятник Гоголя (следует Гоголю) или памятник Юрия Долгорукого (следует Юрию Долгорукому) — ведь при этом возникает некая двусмысленность: уж не Гоголь ли построил памятник, как это будет в выражении памятник Аникушина (имеется в виду: работы скульптора Аникушина). Кроме того, если вспомнить значение этого слова («сооружение в память кого-либо или чего-либо»), то станет понятным, почему неприемлемо нередко встречающееся сочетание мемориальный памятник — ведь мемориальный означает «памятный», а памятный памятник не скажет, пожалуй, даже самый закоренелый двоечник.
Памятный, есть слова, которые не сочетаются друг с другом, потому что по смыслу они настолько близки, что между ними как будто возникает смысловое отторжение. Существительное сувенир, например, имеет значение «памятный подарок». И вы, вероятно, без дополнительных объяснений поймете, почему невозможно сочетание памятный сувенир.
Панацея, этим именем была названа дочь Асклепия, одного из многочисленных героев греческой мифологии. Кентавр Хирон обучил Асклепия искусству врачевания, и Асклепий решил воскрешать мертвых, за что был убит разгневанным Зевсом. Конечно, дочь такого героя не могла не стать причастной к врачеванию, и в Древней Греции она стала персонифицированным воплощением исцеления. Да и само это имя по-гречески означает «всеисцеляющая». В средние века алхимики искали не только философский камень, но и средство, которое излечивало бы от всех болезней. Такое средство они назвали панацея. Повторим: панацея — это лекарство от всех болезней (конечно, не существующее). Казалось бы, все ясно. Но если все ясно, то откуда берутся такие перлы: Медики ищут панацею от всех болезней. Чтобы понять всю нелепость этой фразы, воспользуемся алгебраическим приемом и подставим в приведенный пример вместо слова панацея его определение: Медики ищут лекарство от всех болезней от всех болезней. Ну конечно же, журналист опять перестарался, считая, видимо, что маслом кашу не испортишь. Ан нет — испортил. Достаточно было сказать: Медики ищут панацею.
