– Конечно, нет, – пожала плечами Юля, принимаясь за выгрузку продуктов.
– Салями?! – испугалась Зоя Терентьевна, уставившись на колбасу с ужасом, словно та была отравой для крыс, любовно запакованной в натуральную оболочку. – Полуфабрикат утки по-пекински?! Юлия, что случилось?! Ты ограбила ресторан?!
– Юль, не волнуйся, я все возьму на себя! – гордо выпятил грудь Толик. – В смысле, я могу съесть салями, раз Зое Терентьевне она не подходит.
– Юлия, откуда продукты?! – повторила соседка сурово.
– Зоя Терентьевна, вы только не волнуйтесь! Это чистая благотворительность.
Юлька замялась. А что она могла сказать?! Наверняка Зоя Терентьевна посчитает этот пакет мелкобуржуазной подачкой – и будет сто раз права! Но не объяснять же ей, что на Юльку при виде рокового брюнета временно нахлынуло помешательство и она сделала то, что сделала. Влюбилась! Нет! Смалодушничала! Нужно было вернуть ему пакет. Впрочем, у нее еще есть шанс вернуть пакет, только пустой, потому что Толик, пока она раздумывала, нарезал колбасу, половину которой уже съел. Не менее плотоядно он оглядел и другие изыски.
– И кто же этот загадочный благотворитель? – прищурилась Зоя Терентьевна. – Уж не тот ли привлекательный молодой человек из соседнего коттеджа?
– Что?! – всполошился Толик. – Привлекательный сосед?! Юля! Верни ему продукты! Я отказываюсь есть утку по-пекински!
– Тогда ее съем я, – хмыкнула Юлька и села за стол.
– А я налью чая, – вздохнула старушка. – Ох, – она встала у плиты и схватилась за сердце, – закололо что-то.
Юлька сорвалась и кинулась к аптечке, проклиная свое обжорство и влюбчивость в неизвестно кого. Впрочем, имя у него красивое – Сергей, Сережа, Серж…
Пока Юлька хлопотала над старушкой, Толик, жуя, выговаривал женщинам все, что он думает по поводу благотворительности и отдельно взятых благотворителей. Суть сводилась к одному – непримиримым противоречиям между диаметрально противоположными представителями социальных слоев населения. Мало того, Толик был уверен, что Юлька позволила себе взять голландский сыр (который он находил отвратительным на вкус, доедая его последний кусок) и прочие припасы исключительно из-за психологии жертвы…
– …и с ней нужно бороться, – заключил он.
– С психологией или с жертвой? – уточнила Зоя Терентьевна, которой заметно полегчало от его длинного монолога.
– С психологий, – уточнил Толик. – Вам уже лучше?
– Да, все прошло, и я опять готова в бой!
– Давайте сначала доедим эту треклятую утку! – предложила Юлька.
– А что там еще осталось? – заглянул в пакет Толик.
– Ешьте утку, Анатолий! – строго прервала его изыскания Зоя Терентьевна. – Моему сердцу вреден лишний холестерин.
Через полчаса от продуктов остались одни воспоминания.
– Ладно, – сказал Толик, с недоверием глядя на Юльку. – Я не имею права вмешиваться в твою, Юль, личную жизнь, но…
– У меня нет никакой личной жизни, – прошипела ему та в ответ. – Только общественная!
– Это хорошо, это вселяет надежду. Тогда мы с чистой совестью можем приобщить к нашему делу твоего соседа. Нам нужно завербовать его в свои ряды! Пусть будет поставщиком продуктов.
– Он не мой! Не мой, понимаешь?
– Не злись, Юль. Учи историю революций, – улыбнулся Толя. – Вот Савва Морозов тоже был миллионером, а помогал большевикам.
– Он не был их идейным врагом, – уточнила Зоя Терентьевна. – К тому же нам срочно нужно расставить приоритеты. Что на первом месте?
– Еда! – рявкнул Анатолий.
– Неправильный ответ, молодой человек, садитесь, два! – хмыкнула бывшая учительница. На первом месте – вода. Я давно живу в этом старом доме и знаю систему водоснабжения. Горячая вода нашего дома, в отличие от холодной, закольцована с ближайшим детским садом. Отсюда следует, что ее отключили автономно. Полагаю, общий вентиль находится в соседнем подъезде, он как раз посредине, и оттуда тоже есть выход в подвал. Нужно спуститься и открыть кран. Анатолий, я предлагаю это сделать вам.
– Пойти и повернуть кран? – согласился Толик. – Легко и с удовольствием, Зоя Терентьевна!
Юля вызвалась идти с ним. Нужно же было чем-то заняться, чтобы отвлечь себя от грустных мыслей о привлекательном соседе. А мысли, как назло, постоянно возвращались к нему. Да, он идейный враг, если живет в богатом доме. Ему не понять их бед и неприятностей, у него из крана течет вода любой температуры, вместо ванны стоит джакузи, а за домом вообще есть подогреваемый бассейн. Юлька видела это излишество из кухонного окна. Принц, как есть принц, только вот она не его Золушка. Да и сказки все это – принцы женятся на принцессах, а не на замарашках.
Нужно повторять себе это чаще.
А кто достается замарашкам?
Юлька посмотрела на идущего рядом Толика. Соратник по борьбе, отличный товарищ, преданный друг. Нужно проявить к нему больший интерес, а то как-то все не до него.
– Нашел что-нибудь в подвале? – участливо спросила Юлька.
– А? – Сытый Толя засыпал на ходу. – Не-а, не нашел. Но прокопал достаточно глубоко, в два человеческих роста. Каждый раз слышал, как лопата стукалась о железо. Все, думал, что это сундук, но попадались старые кирпичи.
– Ничего, скоро найдешь, – ободрила его Юлька.
– Ты правда так думаешь?! – обрадовался Толик. – Юль, ты такая, такая…
– Толик, включи фонарик! – прервала его восторг Юля.
Они спустились на первый этаж, где царствовали потемки. Толик включил фонарь и открыл дверь в подвал. Оттуда повеяло сыростью и холодом.
– Не бойся, – Толик взял Юлькину ладонь, – я с тобой.
– Я не боюсь, – сказала Юлька, но ладонь из его руки вырывать не стала.
Откуда только берется сырость в доме, где отключена вода? Капельки даже на стенах подвала. Юльке стало как-то неприятно от мрачной обстановки с ржавыми трубами, проходящими у них над головами, чмокающей грязи под ногами и странному завыванию ветра где-то неподалеку. Вот она на самом дне жизни! Правильно, какой может быть роман у принца и Золушки? Разве что виртуальный, когда ни тот, ни другая не обременены традиционными условностями, ведь виртуальный мир подразумевает свободу. Жаль только, что виртуально поцеловаться нельзя. Может, стоит поцеловаться с Толиком? Он такой решительный, храбрый, целеустремленный. Синица в руках, одним словом, нет, все же тремя словами получается. Да и целоваться с ним совершенно не хочется. А вот с Сергеем, как только она его увидела, сразу…
– У-у-у-у-у-у!
– Что это? – нахмурился Толик, сжимая ладонь Юльки. – Это не ветер.
– Не ветер?! – испугалась она. – А кто тогда?
– Вот именно – кто!
Толик остановился и осмотрелся.
